Об авторе

О проекте

Документы ЦК

Публикации

Выступления

Книги

письма

Ссылки

Архив

1992-1995

1996-1999

2000-2003

 

ГОД 1973

К ВОПРОСУ О РОЛИ США В СОЗДАНИИ ООН

Исследование проблем, относящихся к истории создания Организации Объединенных Наций, неизменно привлекало и привлекает внимание ученых и специалистов-международников стран всех континентов, широких кругов мировой общественности. В особенности возрастает интерес к этим проблемам в настоящее время, когда под воздействием внешней политики Советского Союза, других социалистических стран закрепленный в Уставе ООН принцип мирного сосуществования государств с различным общественным строем превратился в реальную силу международного развития.

Актуальность приобретает и тот исторический факт, что ООН была создана прежде всего как всемирная организация коллективной безопасности. На протяжении всего послевоенного периода деятельность ООН была сосредоточена на выполнении ее центральной задачи, определенной Уставом,- способствовать поддержанию мира и укреплению международной безопасности.

Как одна из великих держав - участниц антигитлеровской коалиции Соединенные Штаты сыграли важную роль в создании ООН. Вместе с Советским Союзом, Англией, Францией и Китаем они стали постоянным членом Совета Безопасности, на который в соответствии с Уставом ООН возложена основная ответственность за поддержание мира и международной безопасности. Входе конференций руководителей трех стран - участников антигитлеровской коалиции в Тегеране (28 ноября - 1 декабря 1943 г.) и в Ялте (4-11 февраля 1945 г.) президент США Ф. Д. Рузвельт проявил большой интерес к созданию послевоенной системы международной безопасности, внес позитивный вклад в выработку принципа единогласия постоянных членов Совета Безопасности, ставшего основой основ организации. Американская дипломатия принимала активное участие в Московской конференции министров иностранных дел СССР, США и Англии (октябрь 1943 г.), на которой вопрос о создании международной организации безопасности впервые рассматривался в практическом плане, а также в конференциях по разработке Устава ООН в Думбартон-Оксе (август-октябрь 1944 г.) и в Сан-Франциско (апрель-июнь 1945 г.). Объективный анализ исторических фактов показывает, что путь США к подписанию Устава ООН был сложным и трудным, наполненным размышлениями и раздумьями относительно возможного влияния будущей международной организации безопасности на позиции США в послевоенном мире.

Вне сомнения, общий подход США к кардинальным вопросам устройства и функций будущей международной организации прямо вытекал из стратегических установок Вашингтона, рассчитанных на обеспечение "мирового лидерства" США в послевоенный период. Вместе с тем на его формирование непосредственное воздействие оказывали объективные факторы, с которыми Вашингтону приходилось считаться: колоссальное возрастание международного авторитета Советского Союза, в особенности после разгрома гитлеровских армий в Сталинградской битве и на Курской дуге, мощный подъем антифашистского освободительного и демократического движения во всем мире, решимость миролюбивых народов навсегда исключить войну из мировой политики, установить на земле прочный и справедливый мир.

Столкновение расчетов США на использование будущей организации в качестве одного из каналов для осуществления экспансионистской программы американского империализма с международно-политическими реальностями, выявившимися в ходе войны, обусловило непоследовательность позиции США в вопросе о создании ООН, колебания и зигзаги американской дипломатии при разработке ее Устава.

Обращаясь к истории создания ООН, американские буржуазные историки склонны затушевывать острую дипломатическую борьбу, которая развернулась вокруг выработки основополагающих принципов Устава ООН. И это понятно, ибо иначе невозможно обосновать выдвинутую и усиленно пропагандируемую ими концепцию о том, что своим возникновением ООН обязана-де прежде всего политической инициативе Вашингтона и якобы США явились "главным архитектором ООН" 1.

В стремлении изобразить США в качестве инициатора создания ООН американские буржуазные ученые обычно ссылаются на так называемую Атлантическую хартию Рузвельта - Черчилля от 14 августа 1941 г., в которой, как известно, были сформулированы некоторые демократические принципы послевоенного устройства мира. В действительности в тексте Атлантической хартии нет и намека на постановку вопроса об учреждении какой-либо международной организации: там лишь в общей и туманной форме говорилось о необходимости создания после войны "широкой и надежной системы всеобщей безопасности".

О том, что должна была представлять собой эта "система", свидетельствуют, в частности, материалы, характеризующие взгляды президента Рузвельта на послевоенное устройство мира в период до победы советских армий в битве под Москвой. Тогда Рузвельт считал, что к моменту окончания войны США и Англия будут занимать фактически господствующие позиции в мире. Исходя из этого, он выдвигал идею создания "международной полиции" в составе американских и английских вооруженных сил в качестве главного средства обеспечения "мирового порядка" и гарантии "стабильности" в послевоенном мире 2.

В свете этого не приходится удивляться отсутствию какого-либо упоминания в Атлантической хартии о Советском Союзе. Как пишет в фундаментальном исследовании об истории Устава ООН американский автор Руфь Рассел, это обстоятельство объяснялось существовавшим в то время в военных кругах западных стран убеждением, что "Германия по всей вероятности должна была сломить советское сопротивление до зимы" 3. Следовательно, если даже встать на точку зрения американских ученых относительно того, что Атлантическая хартия заложила основы международной организации безопасности, то необходимо сделать оговорку: речь шла о создании организации либо без участия Советского Союза, либо при его участии, но отнюдь не в качестве великой державы с тем же статусом, что США и Англия. Подобного рода "международная организация" не имела бы ничего общего с той, которая была создана на конференции в Сан-Франциско.

При всем этом важно отметить, что вплоть до нападения Японии на Пирл-Харбор в декабре 1941 г. в американских правящих кругах, несмотря на факт подписания США Атлантической хартии, существовали серьезные сомнения в целесообразности всестороннего и полного участия США в антигитлеровской коалиции4. Декларация Объединенных Наций, официально оформившая антигитлеровскую коалицию, в состав которой вошли и Соединенные Штаты, была подписана в Вашингтоне 1 января 1942 г., т. е. спустя более чем полгода после нападения фашистской Германии на СССР и лишь после сокрушительного поражения фашистских армий в битве под Москвой.

Под влиянием стремительно развивавшихся событий в руководстве США с начала 1942 г. стало постепенно утверждаться мнение о невозможности игнорирования Советского Союза в решении коренных вопросов послевоенного устройства мира, и в частности вопросов создания системы международной безопасности. Серьезную эволюцию претерпели и взгляды президента Рузвельта.

Заблуждаясь в оценке потенциальных возможностей Советского Союза, заложенных в социалистическом строе, и не допуская мысли об оттеснении США от "мирового лидерства", Рузвельт тем не менее стал отдавать должное возраставшему влиянию Советского Союза на международные дела. Проявляя реализм и известную дальновидность, он все определеннее склонялся к выводу о том, что послевоенная система международной безопасности может быть создана только в результате взаимоприемлемой договоренности между США и Советским Союзом относительно ее основных целей и принципов.

Вместе с тем примерно до середины 1943 г. Рузвельт считал, что вопрос о создании постоянной международной организации по поддержанию мира необходимо отложить до завершения послевоенного "переходного периода", в течение которого лишь четыре великие державы (США, Англия, Советский Союз и Китай) должны были участвовать в "гарантировании мира". Он, правда, допускал функционирование в течение этого периода узкой по составу международной организации, но лишь на "временной основе" при условии, что она "не будет предопределять окончательных решений в отношении мирового порядка" 5. Находясь под сильным влиянием взглядов Черчилля о "региональной организации" послевоенного мира, Рузвельт не разделял мнения о том, что новая организация международной безопасности должна носить универсальный характер 6.

В феврале 1942 г. Рузвельт санкционировал создание специального органа - Консультативного комитета по послевоенной внешней политике, которому поручалась, в частности, разработка планов будущей системы международной безопасности. В состав этого Комитета вошли 45 политических и государственных деятелей, представлявших сенат, палату представителей, госдепартамент, казначейство, военное и военно-морское министерства, аппарат Белого дома, Библиотеку конгресса, а также лиц, не связанных с правительством. Председательствовал на заседаниях Консультативного комитета государственный секретарь США К. Хэлл. Исполнительным директором Комитета был назначен специальный помощник государственного секретаря Л. Пасвольский.

Практическая работа по вопросам, непосредственно связанным с подготовкой создания будущей международной организации безопасности, была сконцентрирована в "специальном подкомитете" во главе с заместителем государственного секретаря С. Уэллесом. В июле 1942 г. этот подкомитет приступил к изучению "опыта" Лиги наций и только к концу октября 1942 г. занялся составлением планов создания будущей организации международной безопасности 7.

26 марта 1943 г. "специальный подкомитет" направил руководству Консультативного комитета примерный текст "Проекта конституции международной организации", положивший начало серии различных вариантов Устава будущей организации, соображений и предложений, предназначенных для ориентации высшего руководства США, в том числе президента.

Ознакомившись с проектом "специального подкомитета", К. Хэлл нашел его неприемлемым вследствие того, что в нем слишком явно были отражены идеи С. Уэллеса о региональном характере будущей организации 8. Проект возвратили в подкомитет на "доработку", которая заняла еще несколько месяцев. В окончательном тексте проекта подкомитета (от 14 июля 1943 г.) предусматривалось, что членство будущей международной организации должно четко отражать "универсальный характер международного сообщества" 9. Однако к тому времени работа "специального подкомитета" была практически свернута из-за разногласий между Хэллом и Уэллесом. В особенности большое недовольство у Хэлла вызвало то обстоятельство, что 19 июня 1943 г. Уэллес лично информировал президента о работе "специального подкомитета" 10.

В конце мая 1943 г. Хэлл поручил узкой группе высших чиновников госдепартамента заняться составлением проектов Устава будущей международной организации вне зависимости от результатов работы "специального подкомитета". В дальнейшем эта группа, руководимая Л. Пасвольским, превратилась в основной центр по определению политики США в вопросе о создании международной организации безопасности.

Разработанные группой Пасвольского и одобренные Хэллом многочисленные планы и проекты будущей организации были далеки от того, чтобы их можно было рассматривать в качестве документов, заложивших основу ООН. Правда, в отличие от времен Атлантической хартии, Советский Союз теперь неизменно фигурировал в перечне великих держав, несущих основную ответственность за поддержание мира и безопасности в послевоенный период. Однако в целом эти планы строились на отрицании принципа единогласия великих держав в решении вопросов международной безопасности.

Так, в соответствии с "Проектом Устава Организации Объединенных Наций" от 14 августа 1943 г., подготовленным отделом специальных исследований госдепартамента (руководил отделом тот же Пасвольский), решения главного исполнительного органа ООН - Совета - по важнейшим вопросам поддержания мира и регулирования вооружений могли быть приняты при голосовании за них трех из четырех великих держав - постоянных членов Совета (США, Англия, Советский Союз и Китай) 11. Другими словами, проект узаконивал практику дискриминации одной из великих держав и был порочен в самой своей основе. Уместно отметить в этой связи, что аналогичный порядок голосования в исполнительном органе ООН предусматривался и в упомянутом документе от 14 июля 1943 г., подготовленном "специальным подкомитетом" 12.

Весьма уязвимой была позиция группы Хэлла - Пасвольского и в вопросах универсальности будущей организации. С одной стороны, в проекте Устава ООН от 14 августа 1943 г. предусматривалось, что членами ООН могут быть все государства, подписавшие и ратифицировавшие ее Устав. С другой - из разработанного в государственном департаменте под руководством Хэлла меморандума от 9 августа того же года следовало, что в случае отказа Советского Союза принять американские условия создания международной организации США должны встать на путь учреждения "прочного объединенного агентства по сотрудничеству между другими Объединенными Нациями".

Практически все это означало, что новую организацию собирались построить не столько на принципе мирного сосуществования государств, принадлежащих к различным социальным системам, сколько на ультимативных требованиях в отношении Советского Союза. Положения меморандума Хэлла от 9 августа явно перекликались с высказанной Черчиллем в письме Рузвельту от 2 февраля 1943 г. идеей о необходимости упрочения англо-американского союза в сущности на антисоветской основе, имея в виду, что США возьмут на себя "мировое руководство", опираясь на превосходящую силу 13. Коренной поворот в Великой Отечественной войне Советского Союза и во второй мировой войне в целом, наступивший в результате побед Советской Армии в Сталинградской битве (ноябрь 1942 г.), а затем на Курской дуге (июль 1943 г.), растущее международное влияние Советского Союза подорвали иллюзии американских правящих кругов о возможности навязать Советскому Союзу свои условия в разработке планов организации послевоенной международной безопасности. На созванной в октябре 1943 г. по инициативе Советского Союза Московской конференции министров иностранных дел СССР, США и Англии представители трех держав, а также Китая подписали Декларацию, в которой признавалась "необходимость учреждения в возможно короткий срок всеобщей международной организации для поддержания международного мира и безопасности, основанной на принципе суверенного равенства всех миролюбивых государств, членами которой могут быть все такие государства - большие и малые" 14.

Придавая большое значение будущей международной организации, Советский Союз считал необходимым с самого начала вовлечь в работу по ее созданию широкий круг государств. Делегация США, однако, возражала против предложенных Советским Союзом конкретных мер, направленных к этой цели, на том основании, что это привело бы к "соперничеству и ревности" между Объединенными Нациями 15.

Простое сопоставление перечисленных американских планов организации системы международной безопасности с решением Московской конференции показывает, что между ними - дистанция огромного размера. Изменение американской позиции, и, в частности, отказ от создания "переходного механизма" в виде урезанной и ограниченной организации международной безопасности, было очевидным. Как признает американский автор Э. Чейз, работа госдепартамента США по планированию международной организации безопасности проходила "в вакууме" до тех пор, пока не состоялась Московская конференция СССР, США и Англии 16.

Обосновывая тезис о том, что США явились главным архитектором и создателем ООН, американские буржуазные авторы ссылаются на то, якобы Московская декларация о создании международной организации в общем, лишь с небольшими изменениями, воспроизводила соответствующий текст, привезенный в Москву государственным секретарем Хэллом и одобренный Рузвельтом и Черчиллем в ходе их переговоров в Квебеке в августе 1943 г. Однако такие рассуждения являются совершенно неубедительными. У Советского Союза была своя программа обеспечения международной безопасности в послевоенном мире, основанная на принципах уважения прав народов, самоопределения, суверенитета и равноправия наций. Советское правительство на межсоюзнической конференции в Лондоне 24 сентября 1941 г. подчеркнуло, что в вопросах послевоенного устройства мира Советский Союз будет отстаивать право каждого народа на государственную независимость и территориальную неприкосновенность своей страны, право устанавливать такой общественный строй и избирать такую форму правления, какие он считает необходимым 17.

Именно эти прогрессивные и демократические принципы стали основополагающими принципами Устава Организации Объединенных Наций.

Известно, что и первое упоминание в официальном международном документе о необходимости создания организации по поддержанию мира содержалось в Декларации правительства Советского Союза и правительства Польской Республики о дружбе и взаимной помощи, подписанной 4 декабря 1941 г. В ней указывалось, что обеспечение прочного и справедливого мира может быть достигнуто лишь новой организацией международных отношений, основанной на объединении демократических стран в прочный союз 18.

Американские государственные деятели военного времени сами неоднократно признавали, что Советский Союз отнюдь не был загипнотизирован предложениями США о форме и характере международной организации безопасности. Если некоторые из этих предложений принимались Советским Союзом, то это еще не говорило о том, что США явились главным "архитектором" и создателем ООН, а лишь свидетельствовало, что Советский Союз выступал за решение вопросов строительства ООН в духе сотрудничества между великими державами, что он высоко оценивал реалистические предложения, которые могли послужить делу создания действительно эффективной организации международной безопасности в послевоенный период.

Важной вехой в подготовке к созданию будущей организации международной безопасности явилась встреча руководителей трех стран антигитлеровской коалиции в Тегеране (28 ноября - 1 декабря 1943 г.). В ходе этой встречи состоялся предварительный обмен мнениями между Сталиным и Рузвельтом относительно целей и структуры организации и было достигнуто взаимопонимание о том, что главная ответственность за поддержание послевоенного мира должна быть возложена на великие державы.

В беседе со Сталиным 29 ноября Рузвельт смог лишь в общих чертах охарактеризовать американский план создания "мировой организации". Из пояснения президента следовало, что главный орган организации по поддержанию международной безопасности - "Полицейский комитет", в состав которого входили бы США, Англия, СССР и Китай,- наделялся бы полномочиями не только по борьбе против агрессии, но также и в целях подавления революции 19.

Интерес, проявленный И. В. Сталиным к созданию послевоенной международной организации безопасности, произвел на Рузвельта большое впечатление. Возвратившись в Вашингтон, он 21 декабря 1943 г. впервые запросил у Хэлла соображения госдепартамента по данному вопросу. До того Рузвельт никогда серьезно не вникал в детали конкретных планов создания международной организации, разрабатывавшихся в госдепартаменте, хотя в общем и был информирован о проводившейся работе 20.

В ответ на просьбу президента Хэлл направил ему 29 декабря меморандум, составленный группой Пасвольского при непосредственном участии самого Хэлла. Особенность предложений, содержавшихся в меморандуме, состояла в том, что в подходе к основному вопросу, от правильного разрешения которого зависела судьба будущей организации,- т. е. о порядке принятия решении в исполнительном органе (Совете),- они исходили из двух возможностей: либо решения по вопросам поддержания мира будут приниматься на основе единогласия великих держав - постоянных членов, либо большинством в 3/4 голосов постоянных членов. В последнем случае предусматривалось, что постоянный член, голосовавший "против", мог подчиниться или не подчиниться решению органа, но в любом случае он обязывался не препятствовать выполнению принятых решений 21.

3 февраля 1944 г. состоялась беседа Рузвельта с Хэллом и Пасвольским по существу меморандума от 29 декабря. В ходе этой беседы президент не высказался определенно ни по одному, из предложенных альтернативных решений о порядке голосования в исполнительном органе по вопросам поддержания мира. Он, однако, подчеркнул необходимость закрепления в Уставе будущей организации такого положения, которое исключало бы использование войск США за границей без согласия Вашингтона. Характеризуя реакцию. Рузвельта на меморандум от 29 декабря, Пасвольский отмечал: "Президент ясно высказался в том смысле, что интересы великих держав требуют их единогласия по большинству главных вопросов, но... он не был уверен в возможности обеспечить достаточную гибкость Совета в подходе к чрезвычайным ситуациям, если в основу действий Совета будет положен этот принцип" 22 Острая дипломатическая борьба по вопросу о порядке голосования в Совете Безопасности при принятии им мер по поддержанию мира развернулась на конференции советской, американской, английской и китайской делегаций в Думбартон-Оксе (21 августа - 7 октября 1944 г.). Конференция была созвана по инициативе Советского Союза, проявленной им еще на Московской конференции министров иностранных дел 23.

Советский Союз с самого начала стремился отразить в Уставе будущей организации принцип полного сотрудничества всех государств и в первую очередь великих держав, не делая никаких исключений из правила единогласия постоянных членов Совета Безопасности. Эта принципиальная позиция была вновь подтверждена в советском меморандуме о международной организации безопасности, переданном союзникам 12 августа 1944 г.

Американская дипломатия в Думбартон-Оксе упорно добивалась включения в Устав ООН положений, содержащих двусмысленные и неясные формулировки в вопросе о порядке голосования в Совете Безопасности. Правда, по сравнению с проектами Устава, подготовленными в госдепартаменте в 1943 г., включая меморандум Хэлла, в ее позиции произошли некоторые позитивные сдвиги. Они выражались, в частности, в отказе от абсолютизации формулы, предусматривавшей принципиальную возможность принятия Советом важных решений даже в случае возражений со стороны одного из его постоянных членов. Однако в Думбартон-Оксе делегация США не ослабила усилий, нацеленных на то, чтобы создать в Уставе ООН лазейки, которые при необходимости позволили бы Вашингтону действовать в обход принципа единогласия великих держав, хотя теперь и подчеркивалось, что этот принцип должен послужить основой организации.

В соответствии с новой тактической линией, разработанной к началу конференции в Думбартон-Оксе, США предложили такую процедуру голосования в Совете, которая предусматривала, что держава, участвующая в споре (в том числе и постоянные члены Совета), должна автоматически "воздерживаться" при голосовании с тем, чтобы не препятствовать "эффективным действиям" Совета. При этом речь шла о действиях Совета с использованием всего объема его полномочий, включая применение санкций 24. Официально представители США мотивировали свою позицию необходимостью учитывать интересы малых стран, стремлением уберечь их от "диктата великих держав". Такая аргументация являлась, однако, совершенно неубедительной, ибо в конечном счете малые страны, не в меньшей степени, чем великие державы, были заинтересованы в обеспечении согласованности и единогласия великих держав. Раскол же среди последних был бы чреват для малых стран самыми серьезными последствиями.

Действительная политическая направленность новой американской формулы не вызывала сомнений: США явно хотели использовать будущую организацию в целях оказания давления на Советский Союз, в особенности в вопросах послевоенного урегулирования в Европе. Проявляя беспокойство по поводу политических последствий освободительной миссии Советской Армии, вступившей в Восточную Европу, американские правящие круги не прочь были лишить Советский Союз "права вето" в Совете Безопасности при возможном рассмотрении Советом вопросов, в которых Советский Союз являлся как бы "стороной в споре". Как отмечает Р. Рассел, фактически США добивались признания права западных держав на вмешательство в дела стран, которые могли быть освобождены Советской Армией от гитлеровской оккупации (в частности, в дела Польши) 25.

Попытки американской дипломатии создать брешь в правиле единогласия великих держав встретили решительный отпор со стороны советской делегации в Думбартон-Оксе, возглавлявшейся послом СССР в США А. А. Громыко. Не помогло также и прямое обращение американского президента к И. В. Сталину с просьбой поручить советской делегации в Думбартон-Оксе "согласиться" с американской позицией 26. В письме Рузвельту от 14 сентября 1944 г. И. В. Сталин подтвердил "важность того, чтобы Совет работал на основе принципа согласованности и единогласия четырех ведущих держав по всем вопросам, включая и те, которые непосредственно касаются одной из этих стран" 27.

Позиция, занятая американской и поддерживавшей ее английской делегациями, помешала разрешению в Думбартон-Оксе ключевого вопроса о порядке голосования в Совете Безопасности, и этот вопрос был оставлен открытым. В целом же принятый конференцией документ "Предложения относительно создания всеобщей международной организации безопасности" свидетельствовал о большой плодотворной работе, проделанной в Думбартон-Оксе. В частности, были разрешены многие проблемы, касавшиеся функций Совета Безопасности, состава и полномочий Генеральной Ассамблеи, Экономического и Социального Совета ООН и ряд других.

Исторические победы Советской Армии в 1944 г., упрочение и расширение антигитлеровской коалиции крайне затрудняли маневры американской дипломатии в вопросе о правиле единогласия великих держав в Совете Безопасности. Отсутствие договоренности по этому вопросу ставило под угрозу выполнение Московской декларации о создании всеобщей организации безопасности. Мысль же об учреждении какой-либо сепаратной организации без участия Советского Союза признавалась теперь совершенно абсурдной даже теми представителями правящих кругов США, которые всерьез обсуждали возможность подобного решения в 1942-1943 гг.

5 декабря 1944 г. Рузвельт направил И. В. Сталину послание, из которого следовало, что в позиции США произошли определенные позитивные сдвиги. Рузвельт предложил компромиссную формулу, в соответствии с которой постоянный член Совета Безопасности - непосредственный участник того или иного спора - мог наложить вето на любое решение Совета, связанное с применением принудительных мер (санкций), и обязывался "воздерживаться" только при принятии мер с использованием процедуры мирного урегулирования споров 28.

В ходе всестороннего обсуждения этой формулы на конференции руководителей трех держав в Ялте (4-11 февраля 1945 г.) стороны пришли к соглашению относительно того, что предложения, сделанные Рузвельтом, "могут служить основой будущего сотрудничества великих и малых держав в вопросах международной безопасности" 29. При этом были учтены сделанные в Ялте государственным секретарем США Стеттиниусом и Черчиллем заявления, что "власть международной организации" не может быть использована против интересов великих держав и что урегулирование споров между великими державами должно осуществляться не через ООН, а в дипломатическом порядке 30.

Попытки США внести в Устав ООН положения, допускающие двусмысленность в процедуре голосования при рассмотрении Советом Безопасности вопросов мирного урегулирования споров, в конечном счете не увенчались успехом. В принятом на конференции в Сан-Франциско 7 июня 1945 г. Заявлении правительств США, СССР, Англии и Китая, к которому позднее присоединилась и Франция, даются четкие и ясные разъяснения, отклоняющие неприменимость вето при мирном решении вопросов 31.

На конференции в Сан-Франциско (25 апреля - 27 июня 1945 г.) делегация США не оказала никакого противодействия и по существу поддерживала предложения, направленные на расширение прав Генеральной Ассамблеи ООН в ущерб соответствующим полномочиям Совета Безопасности. Лишь благодаря настойчивым усилиям СССР в Устав ООН не были включены положения, наделяющие Генеральную Ассамблею правами выносить любые рекомендации по докладам Совета Безопасности, а также делать рекомендации сторонам о пересмотре тех международных договоров, которые, по ее мнению, могли бы повредить "общему благополучию" 32.

Американская дипломатия, как и дипломатия других колониальных держав, пыталась помешать включению в Устав ООН положения о принципе равноправия и самоопределения народов. На конференции в Сан-Франциско, как указывает Р. Рассел, США согласились с соответствующим предложением СССР лишь потому, что "против этого принципа было трудно возражать" 33.

Настойчивая борьба СССР на конференция в Думбартон-Оксе и в Сан-Франциско привела к закреплению в Уставе ООН принципа самоопределения как в общей форме (ст. 1, п. 2, 55), так и в виде требования независимости для народов, не имеющих своей государственности (ст. 76).

Соединенные Штаты возражали против трактовки принципа самоопределения народов как основополагающего принципа Устава ООН. Они выступали против включения в Устав ООН четких положений о предоставлении независимости колониальным территориям. В этой связи уместно отметить, что в правящих кругах США еще при администрации Рузвельта вынашивались идеи о постановке под "международную опеку" сроком на 20 лет обширных территорий Юго-Восточной Азии в том толковании, что в конечном счете им будет предоставлена "независимость по образцу Филиппин" 34. В специальном документе - "Декларация ООН о национальной независимости",- направленном госсекретарем К. Хэллом в марте 1943 г. президенту Рузвельту, Объединенным Нациям предлагалось создать "международную организацию попечительства", которая действовала бы "через региональные советы, составленные из представителей стран, имеющих крупные интересы в соответственных районах" 35, т. е. из представителей колониальных держав.

Провозглашенная в Декларации цель - "национальная независимость" - отнюдь не отражала существа американских планов. Главное состояло в том, чтобы, используя лозунг "независимости", облегчить проникновение США в колониальные владения Англии, Франции, Голландии, Бельгии, Португалии и Испании с последующим вытеснением их из сферы своего колониального господства.

Характерно, что под давлением англичан слово "независимость" постепенно исчезло из официальных американских планов относительно послевоенного устройства мира. На англо-американской конференции в Квебеке (август 1943 г.) министр иностранных дел Англии Идеи заявил госсекретарю США Хэллу, что содержащийся в упомянутом проекте американской декларации термин "независимость" вызывает у него "беспокойство" и что ему вообще "не очень-то нравится этот проект" 36. Противодействие англичан сыграло свою роль в отказе США вынести указанный проект на рассмотрение конференции трех держав в Москве 37. В конечном итоге США заменили в соответствующих документах о будущей международной организации термин "независимость" на более гибкий - "самоуправление".

Особые усилия на конференциях по выработке Устава ООН США прилагали к тому, чтобы по возможности изъять из сферы действия Совета Безопасности ООН все проблемы международной безопасности в Латинской Америке, которая в соответствии с доктриной Монро объявлялась сферой американских интересов. Соединенные Штаты добивались прямого включения в Устав ООН ссылки на Чапультепекскую декларацию, подписанную на межамериканской конференции в Мехико 8 марта 1945 г. и закреплявшую господствующее положение США на латиноамериканском континенте 38. Фактически они стремились возложить основную ответственность за поддержание мира в Латинской Америке не на Совет Безопасности, а на "механизм", созданный Чапультепекской декларацией.

Только столкнувшись с твердой позицией Советского Союза и ряда других стран, США согласились на такое изложение соответствующих положений Устава (ст. 52, 53, 54), которое исключает использование региональных организаций для действий в обход Совета Безопасности, несущего главную ответственность за поддержание мира и международной безопасности 39.

При выработке положений Устава ООН, касающихся международного сотрудничества в экономических и социальных областях, Соединенные Штаты выступили против упоминания в Уставе основных прав человека, в частности против того, чтобы ООН взяла на себя обязательство содействовать обеспечению полной занятости населения, т. е. устранению безработицы в капиталистических странах 40. Лишь после упорной борьбы США сняли эти возражения, и в Уставе ООН была зафиксирована формулировка (ст. 55) о том, что в целях развития мирных и дружественных отношений ООН содействует повышению уровня жизни, полной занятости населения, экономическому и социальному прогрессу, международному сотрудничеству в экономической, социальной, культурной и других областях, выступает за уважение прав человека для всех без различия расы, пола, языка, религии. Концепция об исключительной и особо выдающейся роли США в создании ООН не выдерживает, таким образом, простого сопоставления с фактами. Действительные исторические факты свидетельствуют, что основополагающие принципы Устава ООН были выработаны в ходе острой и напряженной политической и дипломатической борьбы, увенчавшейся победой сторонников создания такой организации послевоенной международной безопасности, которая воплотила в себе чаяния сотен и сотен миллионов людей о недопущении новой всемирной трагедии, о наступлении эры дружественных, добрососедских отношений между всеми государствами.

В конкретных исторических условиях завершающего периода второй мировой войны подписание Соединенными Штатами Устава ООН по существу явилось объективной необходимостью тем более, что интересы собственной безопасности привели их в лагерь антигитлеровской коалиции. Понимание этой необходимости отражалось и на подходе США к центральному вопросу, от правильного решения которого зависела судьба ООН,- к вопросу о принципе единогласия великих держав в поддержании мира и международной безопасности.

И хотя американская дипломатия предпринимала неослабные усилия к тому, чтобы включить в Устав ООН ряд положений, допускающих действия в обход Совета Безопасности, важно было то, что начиная с 1943 г. США признавали необходимость закрепления в Уставе ООН принципа единогласия великих держав как основы создаваемой международной организации безопасности. Предложенная США на Ялтинской конференции формула голосования в Совете Безопасности предусматривала, в частности, что постоянные члены Совета должны нести главную ответственность за поддержание международного мира и что единодушное одобрение принимаемых ими решений должно являться необходимой предпосылкой действий организации по поддержанию мира 41.

С одной стороны, признание США "права вето" означало единственно возможный реальный подход к созданию международной организации с участием Советского Союза, а с другой - оно обеспечивало Вашингтону надежную гарантию защиты собственных интересов в ООН на случай любой эвентуальности. Последнее обстоятельство, без преувеличения, сыграло роль важнейшего фактора в том, что Устав ООН был вообще подписан делегацией США в Сан-Франциско и что, в отличие от Статута Лиги наций, он был ратифицирован сенатом США.

Уже в ходе обсуждения вопроса о ратификации Устава ООН в сенатском комитете по иностранным делам (9-13 июля 1945 г.) выявилось полное единодушие сенаторов в необходимости сохранения в Уставе положений о "праве вето" в Совете Безопасности. В докладе комитета, принятом 20 голосами против одного, особо подчеркивалось, что любые неблагоприятные для США акции со стороны ООН могут быть "нейтрализованы" вследствие обладания США этим правом в Совете Безопасности 42.

Показательно, что в направленных в адрес комитета письмах военного министра США Стимсона и министра военно-морского флота Форрестола высказывалось удовлетворение тем, что положения Устава закрепляли за США "право вето" в вопросах использования собственных вооруженных сил, регулирования и сокращения вооружений, определения состава и командования вооруженных сил, направляемых в распоряжение Совета Безопасности, установления системы опеки над теми или иными территориями и в проведении региональных мероприятий ООН. Точка зрения Стимсона и Форрестола поддерживалась и Объединенным комитетом начальников штабов США 43.

Обсуждение Устава ООН в сенате США (23-28 июля 1945 г.) также в основном концентрировалось вокруг вопроса о "праве вето" США в Совете Безопасности. Значительная часть сенаторов считала, что "право вето" может послужить инструментом сотрудничества между великими державами в послевоенный период. "В соответствии с Уставом,- заявил, например, сенатор Чэндлер,- США и Советская Россия отныне прочно соединяются с другими Объединенными Нациями, и в том, что эти две державы обязались направить свою энергию на дело предотвращения войны, мы практически достигли нечто такого, чего до сих пор не удавалось достичь в истории человечества" 44.

Характерно, что в протоколах сената было отмечено заявление бывшего главнокомандующего военно-морским флотом США, делегата США на конференции в Сан-Франциско Г. Стассена, в котором указывалось, что ялтинская договоренность между Ф. Рузвельтом, У. Черчиллем и И. В. Сталиным о "праве вето" подчеркивала важность взаимного согласия великих держав по вопросу об использовании силы и что эта договоренность возлагала на каждую из них "священное обязательство" изыскивать основу для "справедливого соглашения" в соответствии с целями и принципами Устава 45.

Другой подход выражался в подчеркивании тезиса о том, что "право вето" при любых обстоятельствах оставляет-де свободу рук Соединенным Штатам. Так, сенатор Тафт с удовлетворением отмечал, что благодаря "праву вето" США не будут обязаны голо совать за применение санкций или силы, если сочтут это не соответствующим "их собственной национальной политике" 46.

Единодушное одобрение сенатом США Устава ООН (89 сенаторов голосовали за ратификацию и только два сенатора - против) являлось лишь фасадом, прикрывавшим острые противоречия в правящем лагере США по вопросам подхода к этой организации и оценки возможностей ее использования для достижения внешнеполитических целей США. Тот факт, что Устав ООН закреплял "право вето" не только за США, но и за Советским Союзом, что многие положения Устава явно вступали в противоречие с претензиями США на руководящую роль в мировых делах и даже посягали на святая святых - на доктрину Монро, закреплявшую господство США в Латинской Америке, вызывал в правящих кругах США определенную неуверенность в правильности избранного курса на создание международной организации в том виде, в котором она была учреждена в Сан-Франциско. Показательно, что в ходе дебатов в сенате подавляющее большинство сенаторов обусловливало свое голосование за ратификацию всевозможными оговорками и порою - совершенно недопустимым толкованием отдельных положений Устава. Многие из этих оговорок представляли собой те или иные варианты официальной позиции США по отдельным положениям Устава, которые выдвигались делегацией США в Думбартон-Оксе и Сан-Франциско, но были отклонены в результате решительной позиции СССР.

В изданных в 1967 г, в США новых документах, относящихся к созданию ООН, сообщается, что президент Рузвельт, умерший за несколько дней до открытия конференции в Сан-Франциско, собирался выступить на ней с речью, имея в виду при этом сделать акцент на возможность "изменений и улучшений" Устава ООН в будущем 47.

Характерно также, что Джон Фостер Даллес, являвшийся главным советником американской делегации в Сан-Франциско от республиканской партии, выступая на заседании сенатского комитета по иностранным делам, заявил, что подписание США Устава ООН может быть либо "шагом вперед", либо "ошибкой". Высказываясь тем не менее за ратификацию, он говорил: "Может случиться, что постоянный мир будет установлен лишь вследствие испытания или ошибки. Но он никогда не будет установлен, если мы побоимся даже предпринять попытку сделать это" 48.

Более четверти века существования ООН подтвердили великую силу и жизненность основополагающих принципов Устава. Не в состоянии игнорировать это обстоятельство, США стремятся обосновать положениями Устава даже самые неблаговидные акции своей внешней политики. Ссылками... на Устав ООН обосновывалась агрессия в Индокитае, оправдывается захватническая политика Израиля, вмешательство во внутренние дела многих стран и народов. С целью подкрепить соответствующие "аргументы" американской пропаганды и дипломатии ныне пущена в ход концепция о "прозападном" и даже "проамериканском" характере ООН и ее Устава.

Сторонники этой концепции Г. Тейлор и Б. Кэшмэн утверждают, например, что ООН "основана на западных юридических, политических и экономических идеях", что источником ее являются "западные интеллектуальные традиции" 49. Известный американский идеолог Р. Страус-Хюпе пишет: ООН "скроена применительно к американским концепциям" 50.

История создания ООН убедительно показывает, что основополагающие принципы Устава были заложены в нем прежде всего благодаря последовательной и настойчивой борьбе Советского Союза за обеспечение подлинно прогрессивного и демократического характера этой организации. Именно Советскому Союзу ООН прежде всего обязана тем, что в ее Уставе зафиксированы принципы суверенитета, равноправия, независимости и территориальной неприкосновенности каждого государства, невмешательства во внутренние дела, уважения прав всех народов избирать свой общественный строй 51. Советский Союз, внесший решающий вклад в победу над гитлеровской Германией и милитаристской Японией, возглавил борьбу за создание системы послевоенной международной безопасности, придавая, в частности, исключительно важное значение учреждению Организации Объединенных Наций. В письме на имя Л.И. Брежнева по случаю 50-летия Октябрьской революции Генеральный секретарь ООН отмечал: "Советский Союз внес выдающийся вклад в дело победы над силами фашизма и нацизма во время второй мировой войны. С тех пор Советский Союз как один из основателей Организации Объединенных Наций и как постоянный член Совета Безопасности последовательно отстаивал идеалы мира между народами и сыграл особенно важную роль в весьма трудные годы создания Организации Объединенных Наций. Правительство Советского Союза подчеркивало, в частности, важность идеи мирного сосуществования государств, несмотря на различие их политических и социальных систем, идеи, пользующейся в настоящее время широким признанием" 52.

Эти слова могут служить достойным ответом тем американским историкам, которые пытаются либо замолчать, либо принизить выдающуюся роль Советского Союза в создании ООН. Не лишне в этой связи также напомнить, что один из видных участников международных конференций, приведших к подписанию Устава ООН,- государственный секретарь США Э. Стеттиниус в своей книге "Рузвельт и русские" признавал чрезвычайную активность Советского Союза в создании международной организации 53.

Основополагающие принципы и цели, провозглашенные в Уставе ООН, естественно и в полной мере сообразуются с целями и принципами внешней политики Советского Союза. Последовательно проводя политику мира, вытекающую из самой природы нашего государства, Советский Союз выступает за то, чтобы неуклонно повышался и укреплялся авторитет ООН в международных делах, чтобы политический механизм ООН эффективно служил осуществлению целей и принципов Устава. Советский Союз стоит за неукоснительное выполнение Устава ООН, за осуществление принципов Объединенных Наций без каких-либо исключений.

Современная международная обстановка властно требует от Организации Объединенных Наций сосредоточения и активизации усилий на главном направлении, определяемом центральной задачей ООН,- служить надежным инструментом обуздания агрессии, сохранения и укрепления международной безопасности. "Давать немедленный и твердый отпор любым актам агрессии и международного произвола. Для этого должны в полной мере использоваться и возможности Организации Объединенных Наций",- говорится в Отчетном докладе ЦК КПСС XXIV съезду Коммунистической партии Советского Союза 54.

Американский ежегодник, М.: "Наука" 1973 год

к оглавлению


При использовании материалов ссылка на сайт http://www.barichev.ru обязательна

 

Об авторе | О проекте | Документы ЦК | Публикации | Выступления | Книги | Письма | Ссылки| Архив