Об авторе

О проекте

Документы ЦК

Публикации

Выступления

Книги

письма

Ссылки

Архив

1992-1995

1996-1999

2000-2003

 

ГОД 2000

Политика России на Ближнем и Среднем Востоке

На протяжении десятилетий на Ближнем и Среднем Востоке сохраняются опасные очаги кризисов и конфликтов. Пять войн между Израилем и арабскими странами, ирано-иракская война, война в Афганистане и война в Персидском заливе, прямые вооруженные интервенции и непрекращающееся вмешательство извне, обострение отношений между отдельными арабскими странами, гражданские войны и кровавые внутренние междоусобицы - все это делает регион одной из самых "горячих" точек на нашей планете.

Россия пришла на Ближний и Средний Восток, имея прочный фундамент многолетнего взаимовыгодного сотрудничества СССР со странами этого региона. Вывод советских войск из Афганистана в феврале 1989 г. устранял, пожалуй, единственный фактор, осложнявший отношения СССР с некоторыми арабскими странами, и создавал благоприятные условия для дальнейшего развития сотрудничества СССР со всеми арабскими странами Ближнего Востока и Северной Африки, не говоря уже об Иране и Турции. Политическое и иное сотрудничество СССР с рядом арабских стран развивалось на договорной основе. Договоры о дружбе и сотрудничестве были заключены с Йеменской Арабской Республикой (21 марта 1964 г.), с Ираком (9 апреля 1972 г.), НДРЙ (25 октября 1979 г.) и Сирией (8 октября 1980 г.). В конце 80-х - начале 90-х годов и со стороны Египта стала активно проявляться линия на нормализацию отношений и сближение с Советским Союзом, несмотря на то, что садатовское руководство односторонней акцией (март 1976 г.) разорвало Договор о дружбе и сотрудничестве СССР и Египта от 27 мая 1971 г.

В сентябре 1990 г. в ходе визита в Москву министра иностранных дел Саудовской Аравии было достигнуто соглашение о возобновлении обмена дипломатическими представителями на уровне послов между Саудовской Аравией и СССР. В 1971 г. были установлены дипломатические отношения СССР с ОАЭ, в 1985 г. - с Оманом, в 1988 г. - с Катаром, в 1990 г. - с Бахрейном. Первое советское посольство в районе Персидского залива появилось еще в 1963 г. - в Кувейте. Между СССР и странами Персидского залива постепенно налаживались взаимовыгодные торгово-экономические отношения. Саудовская Аравия, Кувейт и ОАЕ предоставили СССР заем в 4 млрд. долл., свободный от каких-либо условий.

Ирано-иракская война (1980-1988 гг.) не помешала устойчивому развитию сотрудничества СССР как с Ираном, так и с Ираком. Советская дипломатия сыграла значительную роль в разработке и принятии многочисленных резолюций Совета Безопасности ООН, послуживших прекращению этой войны, в том числе резолюции 598 (1987 г.), явившейся основой для мирного урегулирования в регионе. Ирак оставался крупным партнером по сотрудничеству с СССР вплоть до августа 1990 г., т.е. до начала войны в Персидском заливе и принятия против него санкций Совета Безопасности ООН. Отношения с Исламской республикой Иран строились на основе подписанной 23 июня 1989 г. в Москве на высшем уровне Декларации о принципах отношений и дружественного сотрудничества между двумя странами. Тогда же были заключены соглашения об экономическом, торговом и научно-техническом сотрудничестве. Расширялись прямые политические и экономические связи между Ираном и советскими республиками. Что касается отношений с Турцией, то вплоть до распада СССР они развивались по восходящей, отличались многообразием контактов на весьма высоком уровне и регулировались такими весомыми совместными документами, как Декларация 1972 г. о принципах добрососедских отношений, Политический документ 1978 г. о принципах добрососедского и дружественного сотрудничества и Долгосрочная программа развития экономического, торгового и научно-технического сотрудничества 1984 г.

К концу 80-х годов, во многом благодаря последовательным усилиям Советского Союза как в одностороннем инициативном плане, так и в сотрудничестве с США, были созданы необходимые предпосылки для начала арабо-израильского мирного процесса и всеобъемлющего ближневосточного урегулирования. Существенным катализатором политико-дипломатического поиска на этом пути послужил кризис в Персидском заливе, придвинувший Израиль и арабские государства к порогу новой войны и обостривший до крайности отношения между самими арабскими странами. Возросла заинтересованность в ближневосточном урегулировании со стороны Турции, вышедшей на позиции одного из ведущих государств в регионе. Активизировались контакты по ближневосточной проблеме между СССР и США, носившие регулярный характер с 1986 г. Началось весьма интенсивное развитие контактов между СССР и Израилем, несмотря на то, что дипломатические отношения между ними были расторгнуты в 1967 г. В январе 1991 г. представительства в Москве и Тель-Авиве были подняты до уровня генеральных консульств, а в октябре 1991 г. восстанавливаются дипломатические отношения между СССР и Израилем.

Все эти обстоятельства подготовили проведение 30 октября - 1 ноября 1991 г. в Мадриде мирной конференции по Ближнему Востоку между арабскими государствами и Израилем на основе резолюций Совета Безопасности 242 от 22 ноября 1967 г. и 338 от 22 октября 1973 г., предусматривающих освобождение Израилем всех оккупированных им с 1967 г. арабских территорий и право всех государств региона на независимое существование в пределах признанных границ ("мир в обмен на землю"). Сопредседателями Мадридской конференции стали СССР и США.

Россия как преемник СССР с самого начала заявила о намерении продолжать вместе с США коспонсорство в мадридском процессе. С учетом того, что стабилизация обстановки на Ближнем Востоке отвечает ее интересам, концептуальные внешнеполитические установки России нацеливали на активное участие Москвы "в роли честного посредника" в усилиях по урегулированию арабо-израильского конфликта, в полной мере используя положение коспонсора переговорного процесса. Ставилась задача добиваться сближения позиций сторон конфликта с целью выхода на взаимоприемлемые для них развязки. Взаимодействуя с США в рамках переговорного процесса, Россия должна была сохранять собственную инициативную роль, в том числе за счет активизации диалога как с арабами (особенно - палестинскими), так и Израилем 1.

Однако обращало на себя внимание то, что уже в первых официальных заявлениях российского руководства, в том числе МИД, исчезли ясные и четкие формулировки сути ключевых проблем ближневосточного урегулирования. В особенности это касалось закрепленных в многочисленных резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН требований о незамедлительном освобождении Израилем всех оккупированных им с 1967 г. арабских территорий, включая Восточный Иерусалим, о признании неотъемлемого права палестинского народа на самоопределение, суверенитет и национальную независимость и его права на создание собственного независимого государства, а также о признании ООП в качестве единственного законного представителя палестинского народа. Мало того, в публичных выступлениях министра иностранных дел РФ А.Козырева лидер ООП Я. Арафат некоторое время вообще назывался не иначе, как "террористом".

Пагубную роль сыграло и то, что, следуя в фарватере США и руководствуясь своеобразными идеологическими предпочтениями, российское руководство надолго заблокировало развитие отношений России с одним из самых влиятельных государств Ближнего Востока - Сирией, которая, как и ООП, проходила по американскому списку "террористических" государств и организаций. К тому же Россия выступила в поддержку массированных бомбардировок Ирака американской авиацией и других мер, явно неадекватных резолюциям Совета Безопасности ООН о санкциях в отношении этой страны, а также поддержала по указке США и в ущерб собственным интересам несправедливые и необъективные санкции Совета Безопасности против Ливии 2. Наконец, резко сократился объем торгово-экономического и иного сотрудничества России с Египтом, Иорданией и другими арабскими странами, традиционно игравшими, наряду с Сирией и ООП, ведущую роль в вопросах ближневосточного урегулирования. Получили развитие лишь отношения России с Израилем и со странами Персидского залива, при том однако, что последние вообще стремились не вмешиваться в арабо-израильский конфликт и, как правило, оставались в стороне от главных направлений борьбы за мир на Ближнем Востоке. В результате всех этих факторов участие России в мадридском процессе в первые два-три года фактически носило декларативно-протокольный характер и преимущественно сводилось к поддержке линии США и Израиля. Что касается контактов России с арабскими странами по вопросам ближневосточного урегулирования, то и они в тот период во многом инициировались США с расчетом использовать оставшиеся в этих странах у России, по наследству от СССР, связи с тем, чтобы оказать давление, в особенности на Сирию и ООП, и попытаться склонить их к уступкам, в том числе в принципиальных вопросах.

В рамках мадридского процесса в Вашингтоне состоялось 12 раундов двусторонних арабо-израильских переговоров (Израиль с Сирией, Ливаном, Иорданией и ООП). Последний раунд был проведен в январе-феврале 1994 г., после чего было решено перевести переговоры на постоянную основу и сосредоточить их в пяти регулярно созываемых тематических группах (по контролю над вооружениями и региональной безопасности, по водным ресурсам, окружающей среде, экономическому развитию и беженцам) и в группе содействия, дополняемых межсессионными мероприятиями по тематике каждой из пяти групп. В числе государств, оказывающих содействие многосторонним переговорам и нахождению решений с использованием при этом экономической помощи, наибольшую активность проявляют США, страны ЕС, а также Япония.

В январе 1992 г. Россия проявила инициативу в проведении Московской организационной встречи по подготовке многосторонних переговоров по Ближнему Востоку. "Москва, - заявил при открытии встречи министр иностранных дел России, - принимает эстафету Мадрида и Вашингтона". Однако ни Сирия, ни Ливан, ни ООП не прислали на встречу своих представителей 3.

Большое позитивное воздействие на мадридский процесс оказала победа на парламентских выборах в Израиле в середине 1992 г. Партии труда (Авода) и приход к власти в Тель-Авиве левоцентристского правительства во главе с И. Рабином. Израиль впервые заявил о применимости резолюции СБ 242 к урегулированию с Сирией, подтвердил, что у него нет территориальных претензий в отношении Ливана, отменил действовавшее с 1986 г. положение о запрете на контакты с ООП и провел в Осло (Норвегия) прямые закрытые переговоры с ООП по вопросам урегулирования конфликта 4. На переговорах в Осло американская дипломатия активно использовала посреднические усилия Норвегии, которая, как потом скажет Клинтон, "сыграла решающую роль" в содействии переговорам. Что касается России, то согласно заявлению в 1994 г. В. Посувалюка, "российская дипломатия не только знала о секретных встречах в Осло, но и активно помогала их успешному завершению" 5.

В соответствии с письмами, которыми обменялись Арафат и Рабин 9 сентября 1993 г. ООП признавала право Израиля "на существование в условиях мира и безопасности", признавала резолюции СБ 242 и 338, а также отказывалась "от использования терроризма и других актов насилия", а Израиль в свою очередь признавал ООП "в качестве представителя палестинского народа" и заявлял о своем намерении вести с ООП переговоры в рамках мирного процесса на Ближнем Востоке 6. 13 сентября 1993 г. в Вашингтоне Израиль и ООП, а от имени коспонсоров госсекретарь США и министр иностранных дел РФ подписали "Декларацию о принципах организации временного самоуправления", в соответствии с которой целью палестинско-израильских переговоров объявлялось установление палестинского временного самоуправления на Западном берегу и в секторе Газа, а также учреждение на основе выборов Палестинского Совета, которому передавалась власть в этих районах, рассматриваемых отныне как "единая территория". В качестве первого шага палестинское самоуправление вводилось в секторе Газа и районе Иерихона (Западный берег), с оговоркой, что оборона, безопасность и внешние отношения остаются прерогативой Израиля, а затем устанавливался пятилетний переходный период, причем не позднее начала третьего года этого периода должны были открыться переговоры "об окончательном статусе" для решения "остающихся вопросов" (Иерусалим, беженцы, поселения, меры безопасности, границы, отношения и сотрудничество с другими соседями и прочие вопросы, представляющие общий интерес) 7. Как видно, ключевой и наиболее трудный вопрос ближневосточного урегулирования - о создании независимого палестинского государства - как бы выносился за скобки мадридского процесса. Не подтверждалось также и право арабов на Восточный Иерусалим.

В октябре 1993 г. в Вашингтоне под председательством США и России состоялась 1-я международная конференция по оказанию помощи палестинской автономии с участием 46 государств, на которой было решено выделить на развитие палестинской экономики в плане материального обеспечения Декларации о принципах более 2 млрд. долл. на предстоявшие пять лет. Основными "донорами" стали США, ЕС, Япония и Саудовская Аравия. Министр финансов РФ заявил на конференции о готовности России оказать палестинцам техническое и экономическое содействие в таких сферах, как водоснабжение, сельское хозяйство, энергетика, обучение палестинских студентов и подготовка специалистов "для создаваемых различных структур палестинского государства" 8.

Как коспонсор мадридского процесса Россия скрепила своими подписями ряд последовавших соглашений между Израилем и ООП, в частности о введении палестинского самоуправления в секторе Газа и Иерихоне (Каир, 4 мая 1994 г.) и Временного соглашения о переходном периоде (Вашингтон, 28 сентября 1995 г.). Последнее предусматривало значительное расширение сферы палестинского гражданского самоуправления на Западном берегу, передислокацию и вывод израильских войск из ряда городов и селений этого региона и подготовку к выборам Палестинского Совета, наделенного законодательной и исполнительной властью. Соглашением не предусматривались однако полномочия ПС в области внешних сношений, к тому же Израиль сохранял за собой всю полноту ответственности за обеспечение внешней безопасности, защиту израильтян и их поселений на Западном берегу и в Газе.

Мадридский мирный процесс продолжал набирать силу и после убийства 4 ноября 1995 г. еврейским экстремистом премьер-министра Израиля И. Рабина. 20 января 1996 г. на Западном берегу и в Газе состоялись выборы в Палестинский Совет и главы исполнительной власти на этой территории. Победу на выборах, проходивших под контролем международных наблюдателей, в том числе российских, одержал Я.Арафат, получивший 88% голосов. В Палестинском Совете господствующие позиции заняли также его сторонники.

По решению 2-й международной конференции по оказанию помощи палестинской автономии (Париж, январь 1996 г.) финансовая помощь ей на 1996 г. была определена, с учетом невыполненных обязательств за 1995 г., - в более чем 1,3 млрд. долл. Российская делегация подтвердила свои прежние обязательства, а также передала палестинцам на безвозмездной основе 45 бронетранспортеров и оказала помощь в подготовке специалистов для палестинской полиции.

К середине 90-х годов при содействии США и России были достигнуты определенные успехи и на иорданском направлении мадридского процесса. 14 сентября 1993 г. в Вашингтоне была подписана иордано-израильская "Повестка дня" - документ, представлявший собой развернутую программу строительства мирных отношений между двумя странами 9. 25 июля 1994 г. в Вашингтоне подписывается иордано-израильская Декларация о прекращении состояния войны, а 26 октября 1994 г. в районе Акабы - мирный договор между Израилем и Иорданией, скрепленный подписями госсекретаря США и министра иностранных дел России. Устанавливаются дипломатические отношения на уровне посольств.

Сложнее обстоит дело на сирийско-израильском направлении мадридского процесса. В январе 1994 г. президент Х. Асад впервые заявил о мире с Израилем как стратегическом выборе Сирии, а премьер-министр И. Рабин - о возможности вывода израильских войск с Голанских высот и ликвидации там, в этом контексте, израильских поселений. Однако Израиль пока что не соглашается на формулу о полном выводе своих войск с Голанских высот, а их отвод из этого района обусловливает принятием Сирией обязательств о демилитаризации Голан, о сокращении сирийской армии, о создании поясов "разряженного военного присутствия" в стратегически важных пограничных районах Сирии, о сохранении израильской станции раннего оповещения в районе г. Хермон и т.п. Вместе с тем Израиль добивается, чтобы сирийцы пошли на обмен посольствами и другие меры по нормализации отношений между двумя странами еще до вывода израильских войск с Голанских высот. Что касается Сирии, то она, в соответствии с сирийским проектом "Декларации о принципах", в первоочередном порядке продолжает настаивать на формуле: полный уход Израиля с сирийских Голан, оккупированных в 1967 г., а также вывод и демонтаж всех израильских поселений, созданных на оккупированных сирийских территориях.

С января 1994 г. сирийско-израильские переговоры были переведены с раундовой на постоянную основу и проводятся в основном в США, причем американская дипломатия стремится использовать сирийско-израильские противоречия по вопросам взаимосвязи этапов вывода израильских войск из Голан, фаз нормализации отношений и мер безопасности для продвижения собственных интересов и укрепления военного присутствия США в регионе. Именно так можно расценить сведения из израильских источников о том, что США и Израиль в принципе договорились о размещении на Голанах около десяти тысяч американских солдат "после полного отступления Израиля" 10. Наряду с двусторонними контактами в США постоянные консультации и переговоры на сирийско-израильском направлении осуществляются и в ходе периодических поездок на Ближней Восток госсекретаря США, министра иностранных дел России или их заместителей.

На ливанско-израильском направлении мадридского процесса также сложилась непростая ситуация. Израиль в принципе готов отказаться от так называемой "зоны безопасности", где в нарушение резолюции Совета Безопасности ООН 425 от 19 марта 1978 г. продолжают оставаться находящиеся под контролем Израиля марионеточные военные формирования, но обусловливает это предоставлением гарантий безопасности для себя на границах с Ливаном и разоружением антиизраильских группировок на территории Ливана (проиранская "Хизбалла" - "Партия Ислама" и др.). Камнем преткновения остается и продолжающееся присутствие на территории Ливана сирийских войск (30 тыс.), введенных туда еще в 1976 г. по мандату Лиги арабских государств и удерживающих в настоящее время 80% территории Ливана. Однако этот вопрос - предмет обсуждений в рамках сирийско-израильских переговоров.

Хевронская трагедия в феврале 1994 г. (массовое убийство палестинцев в мечети Хеврона, где по поверию похоронен праотец евреев и арабов Авраам) сфокусировало в одну точку серьезные трудности на пути ближневосточного урегулирования. По инициативе России и США Совет Безопасности ООН впервые прямо подключается к мирному процессу на Ближнем Востоке и 18 марта 1994 г. принимает резолюцию 904, на базе которой в этот район направляются международные наблюдатели и достигается договоренность Израиля и ООП о мерах безопасности для Хеврона. Позднее, в беседе с президентом РФ 20 апреля 1994 г., Я. Арафат особо отметил "основополагающую роль российской дипломатии в принятии резолюции СБ 904 и в реализации мер по укреплению безопасности палестинцев" 11.

Кровавые события в Хевроне стимулировали ускорение мадридского процесса не только по линии двусторонних переговоров, о чем говорилось выше, но и по линии многосторонних встреч, в которых Россия принимает активное участие. Важным направлением работы таких встреч становится разработка постконфронтационного сотрудничества в регионе. Так, Россия вместе с США выступили в роли почетных сопредседателей первой Международной конференции по экономическим проблемам Ближнего Востока и Северной Африки в Касабланке (октябрь - ноябрь 1994 г.), на которой было объявлено о фактическом прекращении экономического бойкота Израиля арабскими странами 12. Возобновив свою работу в Аммане в октябре 1995 г., конференция приняла решение о создании регионального банка экономического развития, призванного финансировать крупные проекты в различных отраслях экономики Ближнего Востока и-Северной Африки. Правда, при всем этом в прессе отмечалось, что российская и американская делегации на конференции выступали явно в разных весовых категориях: Россия практически оказалась неготовой к освоению этого гигантского региона с 300-миллионным населением.

Вместе с тем Россия сыграла видную роль в организации и проведении в марте 1996 г. в Шарм-аш-Шейхе (Египет) встречи на высшем уровне по борьбе с международным терроризмом. Участие во встрече президента РФ подчеркнуло важность, которую Россия придает координации усилий мирового сообщества по борьбе с терроризмом, в том числе на Ближнем Востоке. В мире положительно восприняли четкую позицию России - борьба с терроризмом должна носить универсальный характер и быть свободной от двойных стандартов. Однако, к сожалению, во встрече в Шарм-аш-Шейхе по различным причинам не приняли участие Иран, Ирак, Сирия, Ливия, Ливан, Судан, а также Китай и Индия, что существенно ослабило ее значение как международного форума.

В середине 1996 г. с приходом к власти в Израиле правого блока Ликуд во главе с Б. Нетаньяху, победившего на первых в стране прямых выборах премьер-министра, обстановка на Ближнем Востоке вновь обострилась. Нетаньяху не ограничился тем, что в жесткой форме подтвердил "принципиальную" позицию Израиля относительно недопустимости раздела Иерусалима на палестинскую и израильскую части, как и создания суверенного палестинского государства 13, но и предпринял ряд шагов, поставивших мадридский мирный процесс на грань срыва. Особо зловещий характер носили закрытие Израилем границы с Палестинской национальной автономией и установление экономической блокады ПНА, отмена Нетаньяху действовавшего четыре года запрета на строительство еврейских поселений на оккупированных землях (2 августа 1996 г.), ультимативное требование о закрытии ООП своего представительства в арабской части Иерусалима (27 августа 1996 г.), открытие туннеля для туристов вблизи мусульманских святынь Иерусалима (24 сентября 1996 г.), соглашение правящего блока Ликуд с оппозиционной Партией труда о том, что большая часть поселений на Западном берегу и в Газе, где проживает более 130 тыс. израильтян, при всех обстоятельствах должна оставаться под контролем Тель-Авива и будет иметь "корридоры", связывающие их с территорией Израиля (январь 1997 г.) 14, и наконец, объявление в середине января 1997 г. о возобновлении работ по строительству 6500 домов для евреев в арабском районе Иерусалима.

Последняя акция вызвала массовые демонстрации протестов арабов, перераставшие повсеместно на Западном берегу в вооруженные столкновения палестинцев с израильскими войсками. Одновременно значительно активизировались террористические организации: исламское движение "ХАМАС" и "Исламский джихад", объявившие Я.Арафата предателем и усилившими борьбу против его лидерства в ООП. Руководство "ХАМАС" прямо заявило, что оно считает "интифаду" (народное восстание) единственным выходом из тупика в ближневосточном урегулировании, призвав своих сторонников нанести "последний удар по умирающему мирном процессу" и потребовав от палестинской полиции прекратить сотрудничество с израильскими спецслужбами, дабы "не мешать поднимающемуся народному восстанию против оккупантов" 15.

В этих условиях российская дипломатия всеми силами стремится спасти мадридский процесс. В феврале 1997 г. Москва впервые принимала Я.Арафата с официальным визитом в качестве избранного главы Палестинской национальной автономии. Президент РФ заверил Арафата, что Россия "продолжит энергичные усилия в целях содействия разрешению спорных проблем и установлению мира в регионе" и что для Москвы это является одной из приоритетных задач 16 В совместном коммюнике по итогам визита указывалось на необходимость сосредоточить внимание мадридского процесса на переговорах "об окончательном статусе" в соответствии с формулой Мадридской конференции 1991 г. Россия в этой связи ограничилась заявлением о поддержке права палестинцев "на самоопределение", которое "не наносит ущерба интересам Израиля". В коммюнике также отмечалось, что "проблемы Иерусалима и поселений должны решаться в ходе переговоров на взаимоприемлемой основе" и что "любой исход переговоров по Иерусалиму не должен укреплять права религиозных конфессий или ограничивать свободный доступ верующих к святым местам" 17.

При рассмотрении провокационных действий Израиля в Совете Безопасности ООН в феврале-марте 1997 г. российская дипломатия поддерживала все проекты резолюций, осуждавших израильские планы строительства поселений в Восточном Иерусалиме и требовавших их незамедлительной отмены. Однако США дважды накладывали вето на такого рода проекты резолюций, в результате чего Совет Безопасности оказался не в состоянии адекватно реагировать на ситуацию. На созванной в апреле 1997 г. по инициативе арабских стран чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи ООН Россия проголосовала за принятую подавляющим большинством голосов членов ООН резолюцию, осуждавшую политику Израиля в Восточном Иерусалиме как чреватую серьезной угрозой миру на Ближнем Востоке. Против этой резолюции проголосовали лишь США, Израиль и Микронезия.

Вместе с тем Россия не только не собиралась сжигать мосты с Израилем, но наоборот, тесно взаимодействуя с США, стремилась всячески вовлекать новое руководство в Тель-Авиве в реализацию мадридского процесса, а также наращивать двустороннее сотрудничество, в том числе в экономической и военной областях. Еще в январе 1997 г. Россия и США, действуя заодно, сумели побудить правительство Нетаньяху на заключение с ООП соглашения по Хеврону, в результате которого этот последний крупный город Западного берега переходил под контроль Палестинской национальной автономии. Именно это соглашение стало первым реальным подтверждением приверженности Нетаньяху мирному диалогу с палестинцами, хотя Израиль продолжал и продолжает оккупировать большую часть территории Западного берега, а находящиеся там "палестинские зоны" настолько разбросаны, что осуществлять над ними единый государственный контроль со стороны Палестинской национальной автономии весьма затруднительно. В феврале 1997 г., вскоре после заключения соглашения о Хевроне состоялись первые встречи Б. Нетаньяху с Я. Арафатом на Всемирном экономическом форуме в Давосе и на КПП Эрец на границе между Израилем и Палестинской национальной автономией. В ходе этих встреч обсуждались меры по реализации соглашения о Хевроне, а также по урегулированию экономической ситуации в Палестинской национальной автономии.

В марте 1997 г. в разгар бурных событий на Западном берегу в Москве вслед за Я. Арафатом принимали с официальным визитом и Б.Нетаньяху. В ходе этого визита был подтвержден курс России на всестороннее сотрудничество с Израилем в торгово-экономической и других областях: еще в апреле 1994 г. в Москве премьер-министры обеих стран подписали межправительственное соглашение, которое, в частности, предусматривало установление в двусторонних отношениях режима наибольшего благоприятствования и учреждение смешанной российско-израильской комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. В июне 1995 г. между Россией и Израилем было заключено рамочное соглашение о военном сотрудничестве, предусматривавшее совместную разработку новых видов оружия и военной техники, а также координацию усилий на мировом рынке вооружения.

В центре внимания визита в Москву Нетаньяху также находились вопросы двустороннего экономического и военного сотрудничества, причем на этот раз речь шла в основном о задачах на перспективу: проекты строительства газопроводов и поставок российского газа в Израиль, оснащение некоторых видов военной техники российского производства израильской электроникой и др. 18 . Было подписано также соглашение о сотрудничестве и взаимной помощи в таможенных делах. Естественно, что переговоры с Нетаньяху в Москве были использованы для разъяснения необходимости придания большей гибкости позиции Израиля в вопросах ближневосточного урегулирования, что впрочем, делалось и в Вашингтоне во время визитов туда Нетаньяху в феврале и в апреле 1997 г.

Стремление российской и американской дипломатии закрепить Израиль на позициях мадридской формулы ближневосточного урегулирования происходило на фоне укрепления единства арабских стран и ООП. 31 марта 1997 г. Лига арабских государств приняла решение об экономическом бойкоте Израиля. Вновь прозвучавшие требования ряда арабских стран об освобождении всех захваченных Израилем с 1967 г. арабских земель, включая Восточный Иерусалим, и создании палестинского независимого государства побуждали правительство Нетаньяху вернуться на путь мадридского процесса, по крайней мере, как "наименьшего зла". В этом же направлении действовала и резолюция чрезвычайной сессии Генеральной Ассамблеи ООН. И в самом Израиле отход от умеренного курса И. Рабина вызвал в целом негативную реакцию населения.

В результате воздействия всех этих факторов позиция правительства Нетаньяху постепенно эволюционировала в сторону мадридского процесса. Уже в середине апреля 1997 г. на созванном по инициативе Нидерландов в Валлетте (Мальта) совещании средиземноморских стран на высшем уровне состоялась встреча Я.Арафата и министра иностранных дел Израиля Д. Леви. В мае 1997 г. на встрече в Эреце (сектор Газа) президент Израиля Э. Вейцман передал Я.Арафату израильские предложения по возобновлению мирного диалога. Правительство Нетаньяху согласилось также увеличить до 80 тыс. численность палестинских рабочих в Израиле и смягчило свои требования в отношении открытия палестинцами международного аэропорта и строительства морского порта в Газе 19.

В сентябре 1998 г. в Вашингтоне состоялись встреча и переговоры Я.Арафата и Б. Нетаньяху, участвовавших в работе 53-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Весьма сдержанная речь Я.Арафата в общих прениях на сессии, куда он впервые был приглашен в качестве главы ПНА, во многом обусловила продуктивность переговоров, проходивших под патронажем Б.Клинтона. Переговоры были продолжены в местечке Уай-Плантейшн (США) и их результатом было подписание 23 октября 1998 г. Я.Арафатом, Б.Нетаньяху и Б.Клинтоном (в качестве свидетеля) Меморандума о взаимопонимании между Израилем и Палестинской Администрацией 20.

В соответствии с этим документом, получившим название "соглашение Уай-Плантейшн", Израиль согласился на поэтапный вывод своих войск еще с 13% территории Западного берега, в результате чего, при выполнении соглашения, ПНА получала бы контроль над 40% этой оккупированной территории. Соглашение предусматривало также освобождение палестинских заключенных из израильских тюрем. Палестинская сторона обязывалась усилить борьбу против терроризма, а также подтвердить аннулирование тех статей Палестинской национальной хартии, которые ставили под сомнение само существование Израиля. Кроме того, в соглашение был включен специальный пункт, обязывавший ПНА воздерживаться от любых шагов, могущих привести к изменению статуса Западного берега и сектора Газа. Последнее обстоятельство имело особое значение, учитывая многочисленные заявления Арафата о том, что заканчивавшийся 5 мая 1999 г. пятилетний переходный период, установленный упомянутым выше соглашением в Каире от 4 мая 1994 г., должен так или иначе увенчаться провозглашением создания независимого палестинского государства.

Дальнейшее развитие событий показало, однако, что правительство Б.Нетаньяху под различными предлогами уклонилось от выполнения главных статей "соглашения Уай-Плантейшн", несмотря на тот факт, что Палестинский Совет под давлением Я.Арафата проголосовал за исключение из Палестинской национальной хартии ее одиозных статей.

В этих условиях Я.Арафат предпринимает поездку по многим странам Европы и Азии с тем, чтобы прозондировать отношение в мире к его намерению односторонне провозгласить 5 мая 1999 г. создание независимого палестинского государства. Но повсюду, в том числе и в России, где Я.Арафат находился с визитом в апреле 1999 г., палестинскому лидеру однозначно разъяснили, что такой шаг привел бы лишь к обострению напряженности на Ближнем Востоке и поставил бы под угрозу успехи, уже достигнутые палестинцами в рамках мадридского процесса. В результате по решению Палестинского Совета вопрос о провозглашении независимого палестинского государства был отложен на неопределенное время.

Вся история с "соглашением Уай-Плантейшн" убедительно показала, что попытки действовать вне рамок мадридского процесса, и в частности в обход России как одного из его коспонсоров, не приносят сколько-нибудь прочных результатов на пути достижения ближневосточного урегулирования. Острой критике это, по сути, сепаратное соглашение подверглось как в ПНА, так и в Израиле, где "односторонние уступки" Б.Нетаньяху сыграли немаловажную роль в поражении блока "Ликуд" на парламентских выборах 17 мая 1999 г.

Победа на выборах в Израиле левого блока "Единый Израиль" во главе с лидером Аводы Э.Бараком вызвала в целом позитивную реакцию в арабском мире. Этому способствовали, в частности, первые заявления Э.Барака в качестве нового премьер-министра Израиля о том, что в течение года он обещает вывести израильские войска из Южного Ливана в рамках мирного диалога с Сирией и что Израиль готов пойти на определенные территориальные уступки на Голанских высотах в качестве одного из условий мирного договора с Дамаском. С другой стороны, наблюдатели обратили внимание на крайнюю жесткость подхода Э. Барака к палестинскому вопросу, в отношении которого он предложил исходить из "четырех незыблемых принципов": Иерусалим остается вечной и неделимой столицей Израиля; страна не вернется к границам 1967 г.; на палестинских территориях исключено присутствие любой иностранной армии; еврейские поселения на Западном берегу останутся под израильским суверенитетом 21.

Как бы не менялась калейдоскопическая ситуация на Ближнем Востоке, Россия твердо убеждена, что и на палестинском, и на сирийском, и на ливанском направлениях мадридского процесса можно добиться реальных успехов лишь основываясь на принципе "территория в обмен на мир", резолюциях Совета Безопасности ООН 242 и 338, а по Ливану - 425. Исходя из этого, еще в апреле 1999 г. Россия выступила с инициативным предложением о проведении Мирной конференции по Ближнему Востоку с участием США, России, Египта, Сирии и других арабских и европейских государств, Японии, Израиля и ПНА. Такая конференция состоялась в Москве в феврале 2000 г. Она приняла важные решения, нацеленные на активизацию переговоров на всех направлениях мадридского процесса.

Четкая линия России на продвижение мадридского процесса сочетается с развитием ею в последние годы двустороннего сотрудничества со всеми странами ближневосточного региона. Наряду с укрепляющимися отношениями России с Израилем и ПНА в последнее время получили развитие и ее отношения с Сирией, Ливаном, Египтом, Ираком, а также со странами Персидского залива.

Отношения России с Сирией, поначалу замороженные из-за идеологических соображений, постепенно начали нормализоваться. Важной вехой на этом пути был визит в Дамаск в апреле 1994 г. первого вице-премьера РФ, в ходе которого наметились пути погашения сирийского долга России (11 млрд. долл.) и возобновления военно-технического сотрудничества с этой страной.

Обещав Израилю не продавать Сирии наступательного оружия, Россия согласилась поставлять ей запчасти для военной техники, а также сугубо оборонительные системы вооружений 22. Характерной особенностью российско-сирийских связей является высокий удельный вес в них технического содействия, которое теперь осуществляется на коммерческой условиях, прежде всего в сирийской энергетике, водном хозяйстве, нефтедобыче и транспорте. В мае 1997 г. вопросы двустороннего сотрудничества с Сирией и их перспективы подробно обсуждались в ходе визита в Москву министра иностранных дел Сирии Ф. Шараа. В ходе многочисленных встреч высокопоставленных российских представителей с сирийским руководством в Дамаске, в том числе с президентом Сирии Х. Асадом, сирийская сторона неизменно высказывается за активизацию роли России как коспонсора мирного процесса. Успешно прошел визит Х. Асада в Москву в июне 1998 г.

В апреле 1997 г. впервые за 50 лет дипломатических отношений между двумя странами Россию посетил с официальным визитом премьер-министр Ливана Р. Халили, который был принят президентом РФ. По итогам переговоров в Москве были подписаны соглашения о сотрудничестве в области науки, культуры и образования, о создании межправительственной комиссии по торговле и экономическому сотрудничеству, а также об избежании двойного налогообложения. Москва подтвердила, что Россия выступает за обязательное выполнение резолюции СБ 425 о выводе израильских войск из так называемой зоны безопасности в Южном Ливане 23.

К 1995 г. в основном нормализовались отношения России с Египтом. Урегулирование проблем задолженности уже привело к значительному росту товарооборота между обеими странами. Если в советский период символами связей с Египтом были Асуан и Хелуан, то в настоящее время Россия оказывает Египту содействие в сооружении ряда крупных проектов в промышленности, энергетике и сельском хозяйстве: стекольный завод в Шабре, завод по производству огнеупоров в Таббине, ЛЭП протяженностью в 140 км, предприятие по добыче и переработке фосфоритов в Абу-Тартуре и др. России выгодно развивать партнерское взаимодействие с Египтом, учитывая его важное место в арабском и исламском мире. В основу этого взаимодействия положены теперь соображения торгово-экономической выгоды и высокая степень совпадения внешнеполитических интересов по многим глобальным и региональным проблемам. Посетивший Москву в апреле 1997 г. во главе правительственной делегации председатель Народного собрания Египта А. Суруром отметил в своем интервью наличие прочного фундамента дружбы Египта с великим русским народом. Он заявил: "Мы никогда не забудем того, что вы сделали для нас, несмотря ни на какие временные размолвки. И я верю, что Россия преодолеет все нынешние трудности и снова займет подобающее ей место в мире - место истинно великой державы" 24. Состоявшийся в сентябре 1997 г. официальный визит в Москву президента Египта Х. Мубарака явился новым вкладом в развитие российско-египетского сотрудничества в экономической, культурной и других областях. Х. Мубарак призвал российское руководство использовать все имеющиеся у него возможности для повышения роли России в мадридском процессе и в целом на Ближнем Востоке.

Развитие сотрудничества России с Ираком сдерживается режимом санкций, установленных Советом Безопасности ООН в отношении этой страны 25. Задолженность Ирака России оценивается в 7-10 млрд. долл. (по некоторым западным оценкам - до 16 млрд. долл.) 26. Располагая 11% мировых запасов нефти (без учета СНГ) и уступая по этому показателю лишь Саудовской Аравии, Ирак не только в состоянии расплатиться с Россией, но и готов сделать это сразу же после отмены санкций. С учетом этого Россия в последние годы подписала с Ираком ряд важных соглашений в экономической области. Регулярные встречи проводит российско-иракская межправительственная комиссия, созданная в 1994 г. в целях возобновления двустороннего сотрудничества. В декабре 1996 г. после частичной отмены санкций на основе резолюции СБ 986 от 21 мая 1996 г. три российские компании - "Зарубежнефть", "Лукойл" и "Нафта-Москва" подписали ряд контрактов на поставку иракской нефти. Достигнута также договоренность о сотрудничестве с Ираком в разработке богатейшего месторождения нефти Западная Курна, которое еще в 70-х годах начали осваивать советские специалисты и которое способно давать 25 млн. т нефти в год. Однако без отмены режима санкций говорить о возможности широкомасштабного сотрудничества России с Ираком не приходится. Между тем кардинальное решение этого вопроса упирается в позицию США, которые, похоже, продолжают рассчитывать на то, что с помощью санкций им удастся устранить от власти в Ираке С.Хусейна и тем самым обезопасить господство американских нефтяных компаний на Ближнем Востоке. Что же касается России, то, признавая публично необходимость отмены санкций против Ирака, она продолжает голосовать в Совете Безопасности ООН, вместе с США, за продолжение этих санкций на очередные установленные Советом двухмесячные сроки.

Хотя Ирак остается предметом самого пристального интереса российских компаний, в частности в нефтяной области, наиболее реальные экономические контакты у России остаются в регионе с Кувейтом, ОАЭ и другими странами Персидского залива. Учитывая, что эти страны стремятся реализовать колоссальные программы модернизации и укрепления своих вооруженных сил, сотрудничество с ними в военной области приобрело особенно выгодный для России характер. Только с Кувейтом, например, заключен контракт на поставку российского оружия на 750 млн. долл., а с ОАЭ - на поставку "специмущества" - на 430 млн. долл. Развивается торговля с этими странами и по другим направлениям. Так, торговый оборот России с ОАЭ в 1996 г., включая поставки специмущества составил 250 млн. долл., а с учетом "челночной торговли" - 1 млрд. долл. 27. При всем этом, однако, доминирующие позиции американского и другого западного капитала в странах Персидского залива, острейшая конкурентная борьба, в том числе на рынке вооружений, делает проблематичным дальнейшее существенное укрепление экономических позиций России в этом регионе.

Вместе с тем для стран Персидского залива весьма важным является установившееся сотрудничество России с их региональной организацией - Советом сотрудничества арабских государств Персидского залива. Со своей стороны Россия стремится содействовать проводимому этими странами, а также Ираком и Ираном, поиску путей создания системы коллективной безопасности в зоне Персидского залива. Такая система в соответствии с концептуальными установками России должна опираться прежде всего на возможности государств региона и не быть направленной конкретно против какого-либо государства. В отличие от советской программы безопасности для Персидского залива, изложенной в предложениях СССР от 10 декабря 1980 г. российская концепция не затрагивает вопросов нахождения в регионе иностранных баз и размещения ядерного оружия, а исходит из необходимости признания реально существующих там военно-политических структур.

Между тем попытки России, опираясь на многолетние традиционные связи, существенно продвинуть взаимовыгодное сотрудничество со странами Персидского залива в последнее время встречают со стороны США и других западных держав все возрастающее противодействие. Это в особенности ярко проявляется в попытках США помешать развитию дружественных отношений России с Исламской Республикой Иран, которая занесена в американский список "террористических государств". С другой стороны, естественно, что Москва извлекает и вполне определенные преимущества из противостояния США и Ирана: для России нынешние тесные партнерские отношения с Ираном являются серьезным козырем в ее трудном диалоге с Западом.

Начало российско-иранскому сотрудничеству было положено в ходе официального визита в Россию министра иностранных дел Ирана А. Велаяти и его переговоров с российскими руководителями в ноябре 1991 г. Итогом этого визита было подписание 26 ноября 1991 г. Меморандума о принципах политического, экономического, культурного и научного сотрудничества между РСФСР и ИРИ, который исходил из того, что глубокие изменения в политической и экономической системах России "открывают новые возможности для взаимодействия между обоими государствами на различных уровнях" 28.

В настоящее время крупнейшим объектом российского технического содействия Ирану является достройка прекращенного в свое время ФРГ строительства первого энергоблока атомной электростанции в Бушире, на берегу Персидского залива. Заключено соглашение о поставках для этой АЭС, мощностью в 1000 МВт, российских реакторов. В январе 1995 г. подписан соответствующий генеральный контракт стоимостью около 800 млн. долл., и российская сторона твердо его выполняет, несмотря на непрекращающееся давление США как прямое, так и через "посредников", в основном через Израиль (например, Б.Нетаньяху сделал на этот счет представление Президенту РФ во время их встречи в Москве в марте 1997 г.). В ходе состоявшегося в апреле 1997 г. визита в Москву председателя иранского меджлиса Натег-Нури России было предложено принимать более активное участие в реконструкции иранской экономики, а также в разработке нефтяного месторождения Южный Парс в Персидском заливе. В Казани был подписан протокол к меморандуму о торговом сотрудничестве между Ираном и Татарстаном. Определенное развитие получило военное сотрудничество России с Ираном. Сближению России с Ираном помогает и схожесть позиций обеих стран по вопросам урегулирования афганской, таджикской и карабахской проблем, а также по вопросам режима эксплуатации ресурсов Каспия. В Москве в особенности ценят плодотворные посреднические усилия Ирана по нормализации отношений между правительством Таджикистана и таджикской оппозицией.

Провозглашенный президентом Ирана М.Хатами курс на прорыв из изоляции, к которой страну приговорили в Вашингтоне, находит свое выражение в дальнейшем развитии Ираном сотрудничества со всеми странами, в том числе с Россией. В начале 1999 г. Иран обратился к России с просьбой построить второй блок АЭС в Бушире, и на этот счет уже подписано соответствующее соглашение. Что же касается обвинений США в том, что Россия якобы помогает Ирану создать атомную бомбу, то они являются совершенно необоснованными: Иран - участник Договора о нераспространении ядерного оружия, и его ядерная программа поставлена под строжайший контроль Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ).

Отношения России с Афганистаном значительно осложнились в результате затянувшегося внутриполитического кризиса в этой стране, приведшего к установлению контроля поддерживаемого Пакистаном, Саудовской Аравией и США исламского Движения Талибан над значительной частью территории Афганистана. В сложившейся обстановке Россия была вынуждена принять меры к тому, чтобы обеспечить защиту границ СНГ с южного направления. Еще 4 октября 1996 г. по инициативе России, Казахстана, Киргизии, Таджикистана и Узбекистана в Алма-Ате было принято совместное заявление глав этих государств, в котором ситуация в Афганистане расценивалась как угроза их безопасности. В результате этой инициативы Совет Безопасности ООН принял важную резолюцию, закрепившую основные принципы и направления афганского урегулирования (территориальная целостность, невмешательство во внутренние дела и др.), в полной мере отвечающую интересам алма-атинской "пятерки". 26 мая 1997 г. в связи с разгромом талибами группировки генерала Дустума и их выходом к границам СНГ министр иностранных дел России заявил, что в случае вторжения отрядов талибов на территорию одной из стран Центральной Азии вступит в действие механизм Договора о коллективной безопасности СНГ. В то же время становится все более очевидным, что перспективы продолжения сотрудничества России с Афганистаном во многом будут зависеть от признания или непризнания Москвой новой власти в Кабуле.

Что касается Кабула, то руководство Движения Талибан заявляет, что оно намерено создать центральное правительство, в котором будут представлены все афганские народности, этнические группы и племена. "Никакой дискриминации по религиозному, этническому, языковому или региональному признаку не будет", - говорилось в соответствующем заявлении Движения Талибан 29. Между тем симптоматично, что, оценивая сложившуюся обстановку в Афганистане в более широком контексте, "Независимая газета" от 27 мая 1997 г. писала: "Идет борьба за окончательное вытеснение России из сферы ее геополитического влияния в центральноазиатском районе, установление полного контроля США над нефтяными, газовыми и иными месторождениями Азербайджана, Туркмении, стран Ближнего и Среднего Востока. Талибы при этом просто орудие для достижения целей и не больше. Впрочем, американские нефтяные компании, проявляющие интерес к региону, этого не скрывают". При всей кажущейся упрощенности такого видения ситуации представляется, что в целом оно является достаточно объективным, так как основано на реальных, хотя и неприятных для России фактах суровой действительности.

В отличие от Афганистана отношения России с Турцией носят более ровный и стабильный характер, причем тенденция к их фактическому развитию вполне устойчива, хотя и не лишена отклонений и зигзагов.

Уже в совместном заявлении министров иностранных дел России и Турции от 22 января 1992 г. стороны согласились и дальше развивать тесные торговые и экономические связи, которые существовали между бывшим Союзом ССР и Турцией, выразили решимость преодолевать существующие трудности и договорились наращивать объем торговли и экономического сотрудничества 30.

В мае 1992 г. в результате переговоров в Москве президентов Турции и РФ был подписан Договор об основах отношений между двумя государствами, закрепивший новое качество российско-турецких отношений и создавший хорошую основу для продвижения вперед. Стороны подчеркнули большие потенциальные возможности для наращивания товарооборота между ними и совместной реализации новых крупномасштабных экономических проектов, в том числе связанных с созданием Черноморского района экономического сотрудничества 31. В июне 1992 г. Россия, Турция и ряд других стран подписали Декларацию о черноморском экономическом сотрудничестве, заявив о намерении превратить Черное море в зону мира, стабильности и процветания и обеспечить развитие дружественных и добрососедских отношений в регионе.

Постепенно Турция превратилась в главного экономического партнера России не только в регионе, но и среди всех развивающихся стран с товарооборотом примерно в 1,5 млрд. долл. В дополнение к этому неучтенная, так называемая "челночная торговля" оценивается ежегодно в 3-5 млрд. долл., из которых однако российский экспорт составляет лишь 20-30%, а импорт-70-80% 32.

Вместе с тем в отношениях между Россией и Турцией еще немало осложняющих моментов. Так, 1 июля 1994 г. Турция ввела новый порядок прохождения судов через Босфор и Дарданеллы, резко ограничивающий свободу судоходства в проливах, что ударило прежде всего по интересам России. Пользуясь слабостью России, Турция наращивает свою экспансию в Закавказье и Средней Азии, а выступающие с позиций пантюркизма влиятельные экстремистские силы Турции мечтают о присоединении к ней Крыма, Астрахани и Татарстана. Влияние Турции в странах Закавказья становится все более заметным. Например, если Россия с 1993 по 1996 гг. сократила торговые связи с этими странами почти в три раза, то доля Турции в их внешнеторговом обороте за этот же период в три раза возросла. В странах Средней Азии, по официальным турецким данным, действует уже более тысячи турецких компаний.

Ко всему этому добавляется кровавый геноцид, развязанный Турцией против курдов, проживающих как на ее территории, так и в соседнем Ираке. Как отмечалось в заявлении Госдумы РФ по курдской проблеме от 14 мая 1997 г. "вооруженное противостояние в Турции оказывает дестабилизирующее влияние на весь регион и государства Закавказья, с которыми Российская Федерация связана договорами об обеспечении коллективной безопасности и стремится поддерживать добрососедские отношения". Госдума РФ обратилась к ООН, Совету Европы и другим международным организациям и мировой общественности с предложением всемерно содействовать принятию неотложных мер по мирному решению курдской проблемы на основе законных прав курдского народа в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права 33.

Несмотря на трудности в развитии российско-турецких отношений, Россия и Турция находят общий язык и взаимопонимание по многим актуальным международным проблемам, в том числе по проблемам строительства коллективной безопасности в Европе, разоружения, упрочения мира и безопасности на Ближнем и Среднем Востоке. Все это делает Турцию важным партнером России в международных делах.

В целом анализ политики России на Ближнем и Среднем Востоке позволяет сделать вывод о том, что поступательное развитие отношений России с ключевыми странами этого региона, ее активное участие в мадридском процессе по урегулированию арабо-израильского конфликта и разрешению палестинской проблемы, в усилиях по нормализации обстановки в Афганистане и вокруг Ирака содействует укреплению ее позиций в этом стратегически важном регионе и установлению там прочного мира и безопасности.

Дипломатическая Академия МИД РФ
Кафедра внешней политики и международных отношений
Сборник статей, Москва 2000

к оглавлению


 

При использовании материалов ссылка на сайт http://www.barichev.ru обязательна

 

Об авторе | О проекте | Документы ЦК | Публикации | Выступления | Книги | Письма | Ссылки| Архив