Об авторе

О проекте

Документы ЦК

Публикации

Выступления

Книги

письма

Ссылки

Архив

1992-1995

1996-1999

2000-2003

 

ГОД 2000

Россия в Организации Объединенных Наций

24 декабря 1991 г. специальным посланием российского президента Генеральный секретарь ООН был информирован о том, что членство СССР в ООН, в том числе в Совете Безопасности, во всех других органах и организациях системы ООН продолжается, при поддержке стран СНГ, Российской Федерацией. В послании подчеркивалось, что РФ полностью сохраняет ответственность за все права и обязательства СССР в соответствии с Уставом ООН, включая финансовые обязательства 1. Как было разъяснено, переход места в ООН от СССР к РФ никаких согласований, одобрений или утверждений не требует, не было необходимости ни в решениях Генеральной Ассамблеи ООН, ни Совета Безопасности, которых лишь уведомили о данной трансформации.

Концептуальные установки России в отношении ООН сформулированы в утвержденных распоряжением президента РФ в апреле 1993 г. "Основных положениях концепции внешней политики Российской Федерации", в "Обращении к ООН" президента РФ по случаю 50-летия окончания второй мировой войны (май 1994 г.), в выступлениях президента РФ на 49-й и 50-й сессиях Генеральной Ассамблеи ООН (сентябрь 1994 г., октябрь 1995 г.), в ежегодных посланиях президента РФ Федеральному Собранию (1994-1999 гг.), в Концепции национальной безопасности России (2000 г.) и в ряде других документов внешней политики России.

Россия исходит из того, что в общих интересах человечества активно содействовать повышению роли и эффективности ООН как центрального элемента системы коллективной безопасности в осуществлении провозглашенной в ее Уставе высокой цели - "избавить грядущие поколения от бедствий войны". В этой связи важно отметить, что Россия заинтересована в использовании имеющихся у ООН возможностей во всех сферах международных отношений: в формировании новых региональных политических структур безопасности, как и будущей модели глобальной безопасности, в решении проблем разоружения, в том числе ядерного, в предотвращении и урегулировании региональных конфликтов, развитии международного сотрудничества в экономической, социальной, экологической и других областях, в утверждении примата международного права и обеспечении прав и свобод человека.

К вопросу о роли России в ООН необходимо подходить под углом зрения целей российской внешней политики, направленных на обеспечение наиболее благоприятных внешних условий для проводимых в стране рыночных реформ и "включения России в мировое сообщество" на правах великой державы. С другой стороны, очевидно, что переживаемый Россией социально-экономический кризис, все более подрывающий ее национальную безопасность, серьезным образом ограничивают роль и возможности России в ООН.

В соответствии с концептуальными установками России центральная задача заключается в том, чтобы максимально полно использовать механизмы ООН для обеспечения международного мира и безопасности, прежде всего в ключевых с точки зрения России регионах, в первую очередь СНГ. В более широком плане ООН в настоящее время рассматривается главным механизмом, способным обеспечить беспрепятственный переход от двухполюсного, конфронтационного к многополюсному демократическому миру 2. "ООН может и должна стать основным инструментом строительства новых международных отношений. Она обладает для этого необходимыми полномочиями. Ей необходимо для этого дать средства, в том числе финансовые Россия выполняет и выполнит свои обязательства перед ООН", - заявил президент РФ на специальном торжественном заседании Генеральной Ассамблеи ООН по случаю 50-летия этой международной организации 3.

В интересах России всецело использовать потенциал главного органа ООН по поддержанию международного мира и безопасности - Совета Безопасности для содействия урегулированию кризисов и конфликтов, а также для предотвращения их возникновения с помощью "превентивной" дипломатии. При этом основными в арсенале ООН должны быть политические и дипломатические средства для мирного разрешения споров. Понятно также, что, стремясь к расширению практики взаимодействия постоянных членов Совета Безопасности, Россия должна противостоять наметившейся в последнее время "опасной тенденции" действовать в обход Устава ООН и коллективной воли Совета Безопасности 4.

Важным направлением деятельности России в ООН является содействие совершенствованию механизмов оперативного реагирования на чрезвычайные гуманитарные ситуации, включая массовые и грубые нарушения прав человека и национальных меньшинств. Вместе с тем должно, разумеется, учитываться, что Устав ООН ни в коей мере не дает ООН права на вмешательство в дела по существу входящие во внутреннюю компетенцию любого государства и не требует от членов ООН представлять такие дела на разрешение в порядке Устава ООН. В Уставе ООН делается лишь одно исключение из этого принципа - применение Советом Безопасности принудительных мер на основе главы 7 Устава о действиях в отношении угрозы миру, нарушений мира и актов агрессии 5.

Среди других направлений деятельности России в ООН необходимо отметить использование ее возможностей для обеспечения внешнеэкономической поддержки российским реформам, мобилизации международных финансово-технических ресурсов для реализации конкретных проектов, привлечения, по мере необходимости, мирового экспертно-прогностического потенциала для оценки экономической ситуации в РФ, перспектив ее развития, а также последствий шагов, предпринимаемых в области экономического реформирования.

На главном направлении деятельности ООН - в сфере поддержания международного мира и безопасности, как впрочем, и на других направлениях, - Россия опирается на многолетний опыт ООН, накопленный в период до провозглашения Декларации о государственном суверенитете России от 12 июня 1990 г.

В этом отношении, несомненно, должен быть востребован позитивный опыт ООН в такой ключевой области, как разоружение. Известно в этой связи, что даже в период своего становления и "холодной войны" ООН приняла немало полезных резолюций в этой области, которые не может не учитывать и учитывает Россия: резолюции Генеральной Ассамблеи от 24 января и 14 декабря 1946 г. о необходимости запрещения атомного и других видов оружия массового уничтожения и общего регулирования и сокращения вооружений под строгим международным контролем; от 20 ноября 1959 г. - о всеобщем и полном разоружении и др.

Услуги ООН мировое сообщество неоднократно использовало в период "холодной войны" для содействия урегулированию Карибского кризиса (1962 г.), прекращения военных конфликтов между Индией и Пакистаном (1965 и 1971 гг.), урегулирования ряда других конфликтных ситуаций в различных регионах мира. Широко известны, например, резолюции Совета Безопасности 242 от 22 ноября 1967 г. и 338 от 22 октября 1973 г., положенные в основу, наряду с резолюцией Совета Безопасности 425 по Ливану от 19 марта 1978 г., и нынешнего этапа ближневосточного урегулирования. В этой же связи следует упомянуть принятую в 1974 г. Генеральной Ассамблеей ООН резолюцию 3236, в которой отмечалось неотъемлемое право палестинцев на самоопределение, суверенитет и национальную независимость, а Организация Освобождения Палестины признавалась в качестве единственного законного представителя палестинского народа.

Выдающимся документом во всей истории ООН является Декларация о предоставлении независимости колониальным странам и народам, принятая 15-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН 14 декабря 1960 г. Обсуждение в ООН вопросов хода осуществления Декларации в 60-90-х годах во многом содействовало предоставлению независимости колониальным странам Азии, Африки и Латинской Америке, а также ликвидации апартеида в Южно-Африканской Республике. На сегодня около 30 территорий продолжают оставаться на положении колоний, и России еще предстоит высказать свое отношение, в том числе в ООН, конкретно по каждой из них.

Важную роль в вопросах создания нового миропорядка на современном этапе продолжают играть одобренные ООН Декларация о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН (1970 г.). Декларация об установлении нового международного экономического порядка (1974 г.), Хартия экономических прав и обязанностей государств (1974 г.), Всеобщая декларация прав человека (1948 г.), Международные пакты о гражданских, политических, экономических, социальных и культурных правах человека (1966 г.) и ряд других документов.

Опираясь на огромное позитивное политико-дипломатическое и международно-правовое наследие ООН, Россия в своей деятельности в этой международной организации не может игнорировать и ее многочисленные неудачи и провалы, извлекая из них соответствующие уроки.

Россия должна в полной мере учитывать, что ООН никогда не была и не может являться самодовлеющей организацией: ее действия так или иначе, прямо или косвенно отражают соотношение сил в мире, реальное влияние основных группировок государств и союзов на том или ином историческом отрезке времени. Именно собственные, корыстные, притом нередко весьма расширительно толкуемые "национальные интересы", а отнюдь не положения Устава ООН, как таковые, являются, как показывает практика, превалирующими в подходе к ООН некоторых великих держав, да и других крупных государств, претендующих, скажем, на роль лидеров в отдельных регионах мира.

Распад Советского Союза самым непосредственным образом сказался на изменении соотношения сил в ООН. Хотя России удалось, в немалой степени благодаря оперативной и эффективной деятельности российской дипломатии, сохранить место постоянного члена Совета Безопасности, ее позиции в ООН с самого начала оказались ослабленными и уязвимыми. Многочисленные официальные заявления российского руководства насчет демократического имиджа новой России, которым, дескать, отныне и будет определяться настоящий авторитет и влияние России в ООН и других международных организациях, мало кого убедили.

Обратный эффект имело и назойливое рекламирование Россией ценностей "американской демократии" и "американского образа жизни": умудренные опытом и знанием истории маститые дипломаты не забыли, какой кровавый след стелется за деяниями США в Корее и Вьетнаме, в Конго и Анголе, на Ближнем Востоке и Латинской Америке. Не забыли они и о том, что США отказались поддержать в ООН Декларацию о предоставлении независимости колониальным странам и народам, что в течение более двух десятилетий США не только бойкотировали восстановление в ООН законных прав КНР, но и проголосовали против принятой, наконец, 25 октября 1971 г. подавляющим большинством голосов положительной резолюции 16-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН по этому вопросу. Помнили в ООН и о том, что именно США на протяжении многих лет блокировали принятие Советом Безопасности решений о незамедлительных и эффективных мерах по ликвидации апартеида в ЮАР, как и решений Совета о санкциях против Израиля в связи с его позицией по палестинскому вопросу. Еще больший удар по позициям России в ООН нанесла четко идеологизированная и бездумная позиция руководства России, приведшая в 1991-1993 гг. к фактическому разрыву ее отношений со странами Центральной и Восточной Европы, с рядом влиятельных государств Азии, Африки и Латинской Америки.

С другой стороны, США не замедлили воспользоваться сложившейся ситуацией, чтобы укрепить в ООН собственные позиции. При этом они эффективно использовали экономические и иные рычаги для подавления сколько-нибудь самостоятельного подхода России к ключевым вопросам поддержания мира, а также для раскола Движения неприсоединения, влияние которого в ООН в 70-80-х годах быстро возрастало благодаря поддержке Советского Союза. Так же, как и в мире в целом, США решительно выходили в ООН на позиции единственной сверхдержавы.

Гегемонистские замашки США в отношении ООН наглядно проявились уже в ходе начавшегося в 1990 г. и продолжающегося до сих пор кризиса в Персидском заливе. Произвольно толкуя резолюции Совета Безопасности 678 от 29 ноября 1990 г. и 687 от 3 апреля 1991 г., США систематически подвергают Ирак варварским бомбардировкам. Начав 17 декабря 1998 г. новую серию бомбардировок Ирака, США и Великобритания даже не позаботились о том, чтобы предварительно уведомить об этом Генерального секретаря ООН или Совет Безопасности, не говоря уже о России.

Россия между тем ни разу не воспользовалась своим правом вето в Совете Безопасности, чтобы хотя бы попытаться воспрепятствовать бомбардировкам Ирака. Максимум на что она тогда пошла - это на внесение в Совет Безопасности в сентябре 1996 г. проекта резолюции, который содержал призыв "ко всем сторонам" отказаться от применения силы. И это при том, что российское правительство в специальном заявлении осудило действия США, заявив, что в Вашингтоне "фактически претендуют на роль верховного арбитра, пытаясь, по сути дела, подменить Совет Безопасности". Россия не предприняла в ООН и каких-либо конкретных действий против объявления США без всяких на то оснований особых зон в воздушном пространстве Ирака к северу от 36-й и к югу от 32-й параллели, запретных для полетов иракских ВВС, но открытых для американских ВВС, и против такого же произвольного продвижения Вашингтоном в сентябре 1996 г. "южной зоны" к 33-й параллели, т.е. вплотную к Багдаду. Эти зоны охватывают ныне более половины территории Ирака.

Вместе с США и другими западными державами Россия голосовала за принятие Советом Безопасности ООН многочисленных резолюций, предусматривающих применение в отношении Ирака всеобщих экономических санкций в соответствии с главой 7 Устава ООН 6. В последние годы, однако, ее подход к вопросу об экономических санкциях против Ирака начал меняться в сторону признания необходимости их постепенной отмены, учитывая, в частности, что только прямой ущерб, нанесенный этими санкциями экономике России, превышает 7 млрд. долл. (сумма иракских долгов России). В значительной мере под давлением России Совет Безопасности принял 21 мая 1996 г. резолюцию 986, разрешившую Ираку продавать нефть на 1 млрд. долл. каждые три месяца для закупки продовольствия и медикаментов, выплаты репараций и покрытие затрат ООН на инспекцию иракских военных объектов. В ожидании полной отмены санкций Россия заключила с Ираком ряд крупных выгодных контрактов в области экономического сотрудничества.

Однако под явным воздействием США, пытающихся с помощью санкций дестабилизировать положение в Ираке и подготовить почву для свержения неугодного им режима С.Хусейна, многочисленные миссии "экспертов" ООН выдвигают все новые, хотя и малоубедительные, претензии к Ираку по части выполнения им резолюции СБ 687, в результате чего решение об отмене санкций в отношении Ирака откладывается на неопределенное время. Россия же, выражая надежду на отмену санкций против Ирака 7, продолжает пока что голосовать в Совете Безопасности за продление всеобщих санкций против Ирака, каждый раз на установленный Советом очередной срок в два месяца.

Определенная аналогия наблюдалась и в подходе России к вопросу о санкциях против Ливии, установленных резолюцией Совета Безопасности 748 от 31 марта 1992 г. Россия проголосовала за эту резолюцию, в результате чего ее экономическое и военное сотрудничество с этой страной было сведено фактически к нулю, а только прямые потери России, не считая упущенных выгод, составили, как и в случае с Ираком, не менее 7 млрд. долл. Характерно, что санкции СБ ООН в отношении этой страны еще в марте 1996 г. были названы в послании президента РФ ливийскому лидеру М. Каддафи "несправедливыми" 8. Как и с Ираком, Россия заключила с Ливией ряд выгодных контрактов, однако путь к их осуществлению был открыт лишь после принятия Советом Безопасности ООН резолюции 1192 от 28 августа 1998 г. и после того, как, действуя в рамках этой резолюции, Ливия выдала 5 апреля 1999 г. двух подозреваемых в террористическом акте на борту американского самолета в 1988 г. шотландскому правосудию. Как известно, именно этот террористический акт послужил формальным предлогом для введения санкций против Ливии. Соответственно 17 мая 1999 г. президент РФ, сославшись на резолюцию Совета Безопасности 1192, подписал Указ, предписывающий всем юридическим и физическим лицам, находящимся под юрисдикцией РФ "исходить в своей деятельности из того, что с 5 апреля 1999 г. и до особого распоряжения приостанавливается действие мер" в отношении Ливии.

В 1992-1996 гг. Россия принимала активное участие в экономических и иных не связанных с применением силы санкциях Совета Безопасности ООН в отношении Союзной Республики Югославии 9, образованной в апреле 1992 г. в составе Сербии и Черногории. Эстафету в этом отношении она приняла от Советского Союза, который в сентябре 1991 г. выступил соавтором резолюции Совета Безопасности 713, вводившей на всей территории бывшей Югославии всеобщее и полное эмбарго на все поставки оружия и военного снаряжения. Россия со своей стороны подтвердила приверженность данной резолюции, явившейся ответом ООН на начавшиеся военные действия между сербами и хорватами, поводом для которых послужило провозглашение независимости Хорватии и Словении в июне 1991 г.

22 мая 1992 г. Хорватия, Словения, а также провозгласившая свою независимость в октябре 1991 г. Босния и Герцеговина становятся членами ООН при активной поддержке США, Германии, а также России. Что касается Союзной Республики Югославии, то с ней поступают иначе, так как в тогдашнем представлении западных держав и России утвердившийся в СРЮ режим С.Милошевича оставался как бы "последним коммунистическим режимом в Европе".

30 мая 1992 г. Совет Безопасности ООН при поддержке России принимает резолюцию 757, которая устанавливала в отношении "Сербии и Черногории" торговое эмбарго, включая самое удушающее - на поставки нефти, накладывала запрет на воздушное сообщение, предусматривала прекращение с ними научно-технических, культурных и спортивных связей.

Совет Безопасности признавал "Сербию и Черногорию" единственными виновниками конфликта, хотя для такого одностороннего решения не было сколько-нибудь веских оснований. Более того, в докладе Генерального секретаря ООН Бутроса Гали, по каким-то "техническим" причинам "запоздавшем" к заседанию Совета 30 мая, четко говорилось об ответственности "всех участников конфликта", а не только упомянутых, за создание кризисной обстановки на территории бывшей Югославии. Понятно, что наказывая одну из сторон, Совет Безопасности, по сути, поощрял Хорватию на продолжение акций против Союзной Республики Югославии, а мусульман Боснии и Герцеговины - против боснийских сербов. Тем не менее за резолюцию СБ 757 проголосовало 13 членов Совета, включая РФ, и только Китай и Зимбабве воздержались.

22 сентября 1992 г. под нажимом США и других западных держав Генеральная Ассамблея ООН принимает резолюцию, лишающую СРЮ права занимать место Югославии в этой организации. Генеральная Ассамблея действует по рекомендации Совета Безопасности на основе его резолюции 777 от 19 сентября, принятие которой было бы вообще невозможным, если бы традиционные союзники Югославии - Россия и Китай воспользовались своим правом вето. Совершенно очевидно, что решения Совета Безопасности и Генеральной Ассамблеи, остающиеся в силе до настоящего времени, серьезным образом подрывают принцип универсальности и демократическую суть ООН. Неудивительно поэтому, что за резолюцию Генеральной Ассамблеи было подано 127 голосов стран-членов ООН, т.е. чуть более двух третей голосов, необходимых для принятия такого решения.

16 ноября 1992 г. Совет Безопасности, игнорируя просьбу СРЮ об отмене экономических санкций, принял резолюцию 787, которая еще более затягивала петлю эмбарго. Резолюция, соавтором которой была и Россия, запрещала теперь и транзит через СРЮ нефти и нефтепродуктов, угля, энергетического оборудования, металлов, резиновых изделий, автобусов, самолетов и двигателей всех типов, вводила строгий контроль над всеми морскими судами на Адриатическом море и речными судами на Дунае, чтобы воспрепятствовать доставке в СРЮ грузов, запрещенных экономическими санкциями. Таким образом, Совет Безопасности при полной поддержке России закрыл сухопутные, морские и речные границы СРЮ.

Одновременно с этим наращиваются попытки западных держав использовать против СРЮ, а также против образовавшейся в апреле 1992 г. в Боснии и Герцеговине Сербской Республики (столица г. Пале) операции ООН по поддержанию мира в бывшей Югославии. "Силы ООН по охране" (UNPROFOR) были направлены первоначально в Хорватию на основе резолюции СБ ООН от 21 февраля 1992 г. в составе контингентов 30 стран общей численностью в 14 тыс. человек и имели своей целью вытеснить все подразделения Югославской Народной Армии (сербы) за пределы Хорватии. Первые военные успехи сербов в начавшейся в апреле 1992 г. войне в Боснии и Герцеговине явились главным фактором, побудившим Совет Безопасности направить в июне-сентябре 1992 г. (резолюции СБ 758 от 8 июня, 770 от 13 августа и 776 от 14 сентября) крупный военный контингент (24 тыс. человек) также и в Боснию и Герцеговину формально "для обеспечения безопасности автоколонн с гуманитарной помощью", а фактически для сдерживания "военной экспансии" сербов. 9 октября 1992 г. Совет Безопасности принимает резолюцию 781, согласно которой вводился запрет на полеты в воздушном пространстве Боснии и Герцеговины, а "Силы ООН по охране" уполномочивались осуществлять контроль за его соблюдением. Именно эта резолюция, соавтором которой наряду с западными державами выступила и Россия, положила начало тесному взаимодействию ООН и НАТО в Боснии и Герцеговине.

Своим острием резолюция явно была направлена опять-таки против сербов, так как в воздушном пространстве Боснии и Герцеговины действовала только сербская авиация. Тем временем в нарушение резолюции Совета Безопасности 713 в Хорватию и Боснию и Герцеговину направляются предназначенные для вооруженных сил мусульман тайные поставки оружия из США, Германии, Турции, Австрии, Венгрии и Пакистана. Чтобы легализовать поставки оружия в Хорватию и боснийским мусульманам, Хорватия неоднократно пыталась ставить в Совете Безопасности вопрос об отмене резолюции СБ 713. Россия формально возражала против этого, иной раз даже угрожала применить право вето, однако в конечном счете отказалась от такой "неконструктивной позиции" и даже не посчитала возможным проголосовать против принятой Генеральной Ассамблеей ООН по инициативе США и "мусульманских" стран резолюции от 20 декабря 1993 г. с обращением к Совету Безопасности относительно снятия эмбарго на поставку оружия боснийским мусульманам. Ставка США на использование боснийских мусульман в качестве орудия для разгрома сербов, для утверждения плацдарма НАТО на Балканах, а также для укрепления своих связей с "мусульманским миром", который снабжает США относительно дешевой нефтью, постепенно превращалась в главную "моторную силу" всех западных проектов мирного урегулирования в Боснии, например, известного плана Вэнса-Оуэна. Российский же министр иностранных дел А.Козырев и его заместитель В.Чуркин всячески рекламировали, в том числе в Государственной Думе, план Вэнса-Оуэна, хотя в принципиальном отношении он оказался совершенно неприемлемым для боснийских сербов 10.

Вооружая хорватов и мусульман-боснийцев, помогая им в создании собственных армий, устраняя острейшие конфликты между ними путем посредничества, США одновременно предпринимают концентрированные усилия к тому, чтобы отладить механизм взаимодействия "Сил ООН по охране" с НАТО с тем, чтобы подготовить почву для проведения в подходящий момент прямых натовских операций в Боснии и Герцеговине под флагом ООН. По инициативе США, поддержанной Россией, Совет Безопасности принимает 31 марта 1993 г. резолюцию 816, которая разрешала применение силы для обеспечения действенности зоны, запретной для полетов над Боснией и Герцеговиной. Сразу же после этого в штаб-квартире НАТО выносится решение о проведении операции под кодовым названием "Deny Flight" по патрулированию натовской авиацией боснийского воздушного пространства.

6 мая 1993 г. Совет Безопасности объявляет 6 городов и анклавов Боснии и Герцеговины (Сараево, Сребреница, Тузла, Жеп, Горажде и Бихач), где сосредоточивались мусульманские силы, "зонами безопасности" (резолюция Совета 824) и уже 4 июня принимает при соавторстве России резолюцию 836, дававшую юридическую основу для использования в Боснии и Герцеговине боевой авиации НАТО для защиты этих зон. Соответственно командование НАТО заявило о своей готовности обеспечить поддержку "зон безопасности" с воздуха.

К концу 1993 г. под контролем сербов находилось около 70% территорий в Боснии и Герцеговине, что в целом соответствовало традиционным местам их проживания в этой стране. Готовность сербов в ряде случаев идти на определенные компромиссы в урегулировании конфликта с хорватами и мусульманами, проявленная ими в ходе переговоров с посредниками ООН, в том числе на основе планов раздела Боснии и Герцеговины между тремя общинами, предлагавшихся от имени Координационного комитета в Женеве (создан в августе 1992 г. на Лондонской конференции по бывшей Югославии), не встретила конструктивного отклика со стороны США и других западных держав.

9 августа 1993 г. НАТО объявляет о своем намерении начать под эгидой ООН воздушные бомбардировки сербских позиций в Боснии и Герцеговине, а в сентябре 1993 г. Генеральный секретарь ООН Бутрос Гали впервые публично заявляет о готовности ООН передать НАТО право решения всех вопросов, связанных с войной в Боснии и Герцеговине. Один за другим следуют ультиматумы НАТО с требованиями к боснийским сербам то отвести войска с тех или иных позиций, то передать под контроль ООН тяжелое вооружение и т.п.

"Силы ООН по охране", численность которых постепенно доводится почти до 28 тыс. человек, все более втягиваются в орбиту стратегии НАТО. Еще в декабре 1992 г. американский контингент этих сил (700 человек) направляется по принятому с согласия России решению Совета Безопасности в Македонию для "охраны границы и предотвращения межнациональных столкновений". Позднее численность этого контингента увеличивается до 3000 человек. Македония, провозгласившая независимость в октябре 1991 г. и принятая в ООН в апреле 1993 г., становится важным плацдармом США на Балканах.

В стремлении поставить сербов на колени Вашингтон добивается принятия Советом Безопасности нового решения об ужесточении санкций против СРЮ (резолюция СБ 820 от 17 апреля 1993 г.). На этот раз всем странам предписывалось заморозить все финансовые фонды СРЮ и ее граждан, а также не допускать поступления в СРЮ товаров и продовольствия из каких-либо других районов бывшей Югославии. В сентябре 1994 г. Совет Безопасности устанавливает экономическое эмбарго против боснийских сербов.

Активизируется деятельность в Гааге созданного при поддержке России на основе резолюции СБ 827 от 25 мая 1993 г. Международного трибунала по бывшей Югославии (МТБЮ), который начинает слушания судебных дел, причем почти исключительно боснийских сербов, и прежде всего их лидеров. Обстоятельно анализируя историю создания и деятельность этого трибунала, исполнительный директор Фонда имени лорда Байрона, занимающегося поисками сбалансированной политики на Балканах, С. Трифкович приходит к выводу: "Гаагский "трибунал" - сомнительная беспристрастность и плохая политика". Само создание этого трибунала, доказывает он, было нарушением положений Устава ООН, не допускающих узурпации ООН суверенных прав государств 11.

К лету 1995 г. США своими вероломными действиями в Боснии фактически полностью подрывают исключительные полномочия Совета Безопасности в области применения силы, как это предусмотрено 7-й главой Устава ООН. Добившись сначала санкционирования Генеральным Секретарем ООН политики так называемого "двойного ключа" (действия НАТО по формальному согласованию с Советом Безопасности), они постепенно перешли к прямому игнорированию полномочий Совета Безопасности, чему во многом способствовали нечеткость и размытость формулировок резолюций Совета, касавшихся использования авиации НАТО в боснийском кризисе. 30 августа 1995 г. ударная авиация США и других шести стран НАТО впервые в послевоенной Европе начала в Боснии и Герцеговине широкомасштабную операцию "Освобожденная сила", в ходе которой ракетными и бомбовыми ударами было уничтожено до 100 целей и погибло более пяти тысяч человек, большей частью - гражданское население. ООН наносится чрезвычайно тяжелый моральный и политический ущерб, а некоторые обозреватели даже усматривали в акции 30 августа 1995 г. начало конца этой организации.

После такой "артподготовки" в сентябре 1995 г. начинается мощное заблаговременно подготовленное хорватско-мусульманское наступление по всему фронту позиций боснийских сербов. Отрезанные от своих баз в СРБ боснийские сербы терпят одно поражение за другим, оставляют Сербскую Крайну и другие территории. Войска Хорватии изгнали из своих домов 250 тыс. сербов и убили до 15 тыс. гражданских лиц сербской национальности 12.

Только в октябре 1995 г., выступая на юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, президент РФ признает реальность случившегося: "Россию тревожит ситуация, при которой, как недавно в Боснии, Совет Безопасности оказался оттесненным на обочину событий. Это - явное грубое нарушение основ всемирной организации, заложенных ее создателями. Недопустимо, чтобы региональная организация принимала решение о массированном применении силы" 13. А вот заявление секретаря Совета Обороны Ю.Батурина в феврале 1997 г.: "В Боснии впервые НАТО вытеснила и подчинила собой миротворческие силы ООН... Впервые НАТО действовала за пределами зоны своей ответственности... чуть что применяя силу" 14.

Военное поражение боснийских сербов развязывает руки американской дипломатии. Под ее нажимом и при поддержке России 21 ноября 1995 г. в Дейтоне (США) Союзная Республика Югославии, выступавшая и от имени боснийских сербов, Хорватия и Босния и Герцеговина парафируют план мирного урегулирования в Боснии и Герцеговине, который некоторое время спустя - 14 декабря 1995 г. подписывается в Париже теми же государствами, а также Словенией и Македонией. По условиям Парижского мирного соглашения сохраняется единое государство - Босния и Герцеговина со столицей в Сараево, состоящее из двух частей: Хорватско-Мусульманской Федерации и Сербской Республики в Боснии. Разграничение между ХМФ и СР основывается на крупных территориальных уступках сербов и предполагает переселение больших групп населения по этническому признаку. Полномочия Сил ООН по охране (UNPROFOR) передавались Международным силам по выполнению соглашения (IFOR), в которых были представлены контингенты из более чем 30 стран мира, в том числе из всех стран-членов НАТО (кроме Исландии) и из 17 государств, не входящих в НАТО. Общая численность "международных сил", переходивших под командование НАТО, составляла до 60 тыс. человек, и по условиям соглашения их миссия должна была заканчиваться в декабре 1996 г.

15 декабря 1995 г. Совет Безопасности ООН при поддержке России своей резолюцией 1031 утвердил полномочия НАТО на проведение военной операции IFOR, делегировав НАТО полномочия использовать все необходимые средства, в том числе силовые, для контроля за соблюдением военных аспектов мирного соглашения, а также передав ей права на установление режима использования воздушного пространства над Боснией и Герцеговиной. Таким образом, НАТО получила правовую базу для своих действий на Балканах. К тому же резолюция Совета фактически санкционировала использование НАТО силы для передачи Гаагскому трибуналу лиц, обвиняемых в военных преступлениях.

1 октября 1996 г. Совет Безопасности единогласно принял резолюцию 1074, в которой объявлялось о снятии санкций против СРЮ и боснийских сербов. До этого санкции приостанавливались на основе Парижского соглашения лишь временно и частично. Условием окончательного снятия санкций было проведение в Боснии и Герцеговине всеобщих выборов, которые состоялись в сентябре 1996 г. и по итогам которых были сформированы правительства Боснии и Герцеговины и ее частей - ХМФ и СР. При всем этом следует иметь в виду, что до сих пор остается открытым вопрос о представительстве СРЮ в Генеральной Ассамблее ООН.

По истечении срока пребывания IFOR в Боснии и Герцеговине обнаружилось, что для стабилизации обстановки в этой стране необходимо продлить там "международное присутствие". 20 декабря 1996 г. при поддержке России Совет Безопасности ООН принимает резолюцию о замене 60-тысячного контингента IFOR 30-тысячными "Силами по стабилизации" (SFOR). Костяком "миротворческих сил" вновь становится НАТО, от которой выделяются наиболее крупные контингенты (США - 8300, Англия - 5000, Германия - 3000, Франция -2500, Италия - 1900, Испания - 1300, Дания - 1000 человек и т.д.) Совершенно очевидно, что, как и в случае с IFOR, Совет Безопасности лишь формально санкционирует новую операцию. На деле же она осуществляется под эгидой и руководством НАТО, причем по условиям резолюции войска НАТО будут стоять в Боснии еще полтора года. Все это вполне укладывается в общую стратегию США по расширению НАТО за счет принятия в него государств Центральной и Восточной Европы и продвижению военной машины НАТО к границам России.

В этом контексте вполне закономерно возникает вопрос о целесообразности дальнейшего пребывания на югославской земле российского военного контингента. Известно, что такой контингент численностью в 1200 человек довольно успешно действовал в составе UNPROFOR, неся службу на северо-востоке бывшей Югославии, а также осуществляя контроль за прекращением огня в Сараево. В составе IFOR действовала бригада российских ВДВ (1500 человек), которая остается служить и в составе SFOR.

Признавая определенное значение пребывания российских контингентов в отдельных районах Боснии и Герцеговины или Хорватии для устранения напряженности и локализации местных конфликтов, нельзя не видеть, что само их участие в SFOR в какой-то степени подрывает заявления России о неприемлемости для нее расширения НАТО на Восток. И отнюдь не случайно, что с другой стороны, американская дипломатия постоянно твердит о позитивном опыте сотрудничества России и НАТО в Боснии. В этом отношении представляется вполне справедливым следующее заявление Ю.Батурина в феврале 1997 г.: "Сегодняшнее взаимодействие России и НАТО в Боснии несет довольно неравноправный и весьма скромный характер... Операция готовилась исключительно Советом НАТО... Россия получила приглашение участвовать в игре, правила для которой разрабатывали другие" 15. Неудивительно поэтому, что в последнее время эксперты все чаще заявляют о необходимости вывода российского контингента, по крайней мере из SFOR, находящихся под прямым контролем НАТО.

Как и в случаях с Ираком и Ливией, экономические потери России от введенных с ее поддержкой санкций Совета Безопасности против СРЮ и боснийских сербов составили огромную сумму, по некоторым подсчетам, не менее 7-8 млрд. долл. Экономический ущерб, как и морально-политические факторы, побудили российское руководство, в частности МИД РФ, настойчивее ставить вопрос перед ООН о необходимости выработки критериев, при которых санкции СБ ООН могли бы осуществляться в будущем. С учетом соображений российского руководства Государственная Дума РФ приняла 15 ноября 1996 г. специальное постановление об ее отношении к применению санкций Советом Безопасности ООН 16. В этом документе, кстати, прямо отмечалось, что "недопустимо повторять ошибки", имевшие место при введении санкций против СРЮ, Ирака и Ливии. В целом Россия считает, что отныне в данную сферу деятельности Совета Безопасности необходимо ввести ряд коррективов, а именно:

1) СБ ООН должен применять санкции только в исключительных случаях, когда все иные средства действительно исчерпаны;

2) уже на первой стадии принятия резолюций необходимо договариваться о конкретных процедурах и четких условиях приостановки или отмены санкций;

3) сами санкции должны быть направлены против элит и сводить к минимуму страдания народа;

4) недопустимы решения о введении санкций для сведения счетов с неугодными режимами в различных государствах мира;

5) надо тщательно просчитывать последствия решений о санкциях для третьих стран, в том числе и в первую очередь для России;

6) необходимо исключить проявления двойного стандарта и обеспечить единообразие подхода Совета Безопасности к рассмотрению подобных вопросов.

Новым серьезным испытанием ООН стал косовский кризис, разразившийся в Югославии в начале 1998 г. Как и следовало ожидать, Парижские соглашения 1995 г., хотя и содействовали на определенном этапе некоторой стабилизации обстановки на территории бывшей Югославии, не устранили, да и не могли устранить острых противоречий в этом регионе. Прочно обосновавшись в Боснии и Герцеговине, НАТО развернула подготовку к реализации плана устранения от власти в СРЮ режима С.Милошевича и превращения этой страны в плацдарм своего военно-политического господства на Балканах. Главная ставка при этом была сделана на албанских сепаратистов в югославской провинции Косово. Последние в свою очередь получают всестороннюю, в том числе военную, поддержку со стороны прозападного режима Албании, утвердившегося там у власти в 1997-1998 гг. при активной поддержке НАТО.

ООН с самого начала оказывается вовлеченной в экспансионистские замыслы НАТО. Под прямым давлением натовской дипломатии Совет Безопасности принимает 31 марта 1998 г. резолюцию, наложившую эмбарго на поставки оружия в СРЮ и тем самым юридически лишившую ее военной помощи от кого бы то ни было. Россия голосует за принятие этой резолюции. За этим последовали резолюции Совета Безопасности 1199 от 23 сентября 1998 г. и 1203 от 24 октября 1998 г. Интерпретируя эти резолюции в своем интервью "Известиям", генеральный секретарь НАТО Х.Солана подчеркивал, что первая из них, сфокусированная на требовании отвода армии и полицейских частей из Косово, была принята в результате "максимального давления на югославское руководство" со стороны НАТО. Вторая же резолюция, устанавливавшая "систему проверки происходящего в Косово" предусматривала инспекции, осуществляемые ОБСЕ при том понимании, что "с воздуха наблюдение будут вести самолеты НАТО". Касаясь поддержки Россией указанных резолюций, Х.Солана выразил удовлетворение тем, что "отношения между НАТО и Россией глубоки и содержательны" 17.

На состоявшихся в феврале-марте 1999 г., во многом по инициативе России, прямых переговорах в Рамбуйе и Париже по проблеме Косово с участием международных посредников успеха добиться не удалось: СРЮ принципиально возражала против введения в Косово натовских сил под предлогом "миротворчества", а албанские сепаратисты, поощряемые Вашингтоном, не отказывались от установки на выход Косово из состава СРЮ. Дальнейшие события показали, что под прикрытием этих переговоров НАТО готовилось к военной акции против СРЮ.

24 марта 1999 г., использовав в качестве формального предлога "этнические чистки албанцев" в Косово, НАТО совершило прямую агрессию против Югославии, начав систематические массированные бомбардировки этой суверенной страны и полностью проигнорировав при этом Совет Безопасности ООН и Россию. По требованию России в тот же день был созван Совет Безопасности ООН, на рассмотрение которого Россия вместе с Беларусью представила проект резолюции, требовавшей от НАТО немедленно прекратить воздушные удары по Югославии и возобновить переговоры. Однако, хотя в поддержку России и Беларуси твердо выступили Китай, Индия, а также Намибия, принятие этой резолюции было напрочь заблокировано США и их союзниками по НАТО 18.

Активная политико-дипломатическая деятельность России, направленная на прекращение варварских бомбардировок территории Югославии, получила поддержку в том числе и в ООН, в частности со стороны Генерального секретаря ООН Кофи Аннана. Было очевидно, что достижение соответствующего соглашения на происходивших многосторонних переговорах открыло бы путь к возвращению рассмотрения косовской проблемы в ООН. Как заявил Кофи Аннан в ходе встречи с министром иностранных дел РФ И.Ивановым 27 мая 1999 г. в Стокгольме, "вопрос войны и мира должен быть решен в рамках ООН". По его словам "ключевая роль в этом принадлежит Совету Безопасности ООН" 19.

Совершенно очевидно, что поначалу НАТО вообще не собиралась прекращать агрессию против СРЮ до достижения своей главной цели - свержения режима С.Милошевича. Серьезным камнем преткновения на пути прекращения войны против СРЮ стало решение упоминавшегося выше Международного трибунала по бывшей Югославии от 27 мая 1999 г. о выдаче ордера на арест С.Милошевича и ряда других руководящих деятелей СРЮ. Как указывается в заявлении МИД РФ по этому поводу, подобные действия со стороны МТБЮ нельзя расценивать иначе, как "политически мотивированные" 20. Впрочем другого и не могло быть, хотя бы потому, что председателем и главным обвинителем МТБЮ являются представители стран НАТО, соответственно США и Канады.

Провал попыток Вашингтона поставить на колени югославский народ с помощью массированных бомбардировок открыл путь к принятию 10 июня 1999 г. резолюции 1244 Совета Безопасности ООН. Констатируя прекращение длившихся 79 дней и ночей непрерывных ракетно-бомбовых ударов НАТО, резолюция подтверждала принцип суверенитета и территориальной целостности Югославии. Из Косово выводилась большая часть югославских вооруженных сил, но закреплялось и право Югославии вернуть их обратно в Косово в последующем. Одновременно предусматривалось разоружение так называемой "Освободительной армии Косово" (OAK), незаконно действовавшей в югославской провинции при поощрении НАТО. На территории Косово вводились международные силы безопасности, так называемые "Силы в Косово" (KFOR), состоявшие из контингентов различных стран с преобладающим участием сил НАТО. Провинция Косово была поделена на пять секторов, т.е. на фактические зоны оккупации (американскую, британскую, французскую, германскую и итальянскую). Общая численность "Сил в Косово" устанавливалась в 50 тыс. человек. Вопреки договоренностям Россия не получала самостоятельную зону для размещения своего контингента (3,6 тыс. человек), который к тому же ставился под фактическое командование НАТО, хотя резолюция и предусматривает "объединенное командование" "Силами в Косово".

Дальнейшее развитие событий показало, что НАТО стала на путь демонстративного игнорирования резолюции Совета Безопасности ООН 1244. Демилитаризация и разоружение OAK оказались фикцией. Эта организация албанских боевиков при поощрении со стороны НАТО и главы миссии ООН в Косово французского дипломата Б.Кушнера просто приобрела новый статус "Корпуса защиты Косово", лишь несколько сократив свою численность и арсеналы оружия. В отношении сербов, проживающих в Косово, осуществлен самый настоящий геноцид. Наиболее горячие головы в Вашингтоне не оставляют намерения так или иначе расчленить Югославию, оторвав от нее Косово, а также и Черногорию, свергнуть не устраивающий их режим С.Милошевича. Долг ООН дать отпор этим попыткам и восстановить территориальную целостность Югославии.

Миротворческое направление в деятельности России в ООН в последние годы все более наполняется конкретным содержанием и нередко весьма удачно корреспондирует с ее национальными интересами. Это особенно наглядно проявилось: В Европе в постановке вопроса в Совете Безопасности ООН о немедленном прекращении натовских бомбардировок в Югославии, в открытой критике других наиболее вопиющих действий НАТО, нарушавших Устав ООН, а также в поддержке многочисленных резолюций Совета Безопасности и усилий Генерального секретаря ООН, направленных на мирное урегулирование кипрской проблемы и обеспечение территориальной целостности Кипра.

На Ближнем Востоке - в активной деятельности России в Совете Безопасности и в Генеральной Ассамблеи ООН по достижению мирного урегулирования в этом районе на основе резолюций СБ ООН 242, 338 и 425 , о чем подробнее рассказано в разделе о политике России на Ближнем и Среднем Востоке, в голосовании за резолюции Совета Безопасности, осуждавшие агрессию Ирака в Кувейте, и в направлении своих военных наблюдателей на иракско-кувейтскую границу на основе резолюции СБ 689 от 9 апреля 1991 г.

На Среднем Востоке - в активных выступлениях России в ООН за урегулирование афганской проблемы на основе национального примирения, на принципах уважения территориальной целостности и невмешательства во внутренние дела, что было закреплено в заявлении в Алма-Ате глав государств России, Казахстана, Киргизстана, Таджикистана и Узбекистана от 4 октября 1996 г. и подтверждено в принятой по инициативе этих же государств соответствующей резолюции СБ ООН по этому вопросу.

В Азии - в активной поддержке Россией весьма успешных миротворческих усилий ООН по урегулированию камбоджийской проблемы в 1991-1993 гг. и в направлении в Камбоджу своего военного контингента в рамках операции ООН по восстановлению мира в этой стране.

В Африке - в содействии России продвижению в резолюциях Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН идеи национального примирения в Анголе, в направлении в эту страну российского военного контингента для участия в операции ООН по мирному урегулированию на основе соглашения между УНИТА и МПЛА, подписанного в Лусаке в ноябре 1994 г., в поддержке резолюций ООН по прекращению кровопролития в Руанде, а также в направлении небольшой группы военнослужащих в Мозамбик для наблюдения за соблюдением Договора о всеобщем мире, подписанного между правительством Мозамбика и Мозамбикским национальным сопротивлением 4 октября 1992 г.

В Латинской Америке - в голосовании России на 50-й и 51-й сессиях Генеральной Ассамблеи ООН за принятые подавляющим большинством голосов резолюции, осуждающие дискриминационный закон Хелмса-Бертона, направленный на дальнейшее ужесточение противоречащего Уставу ООН американского эмбарго в отношении Кубы, а также в поддержке резолюций СБ ООН по восстановлению законного режима в Республике Гаити и направлении туда российского контингента для участия в операциях ООН по стабилизации обстановки в этой стране.

Следует также отметить, что Россия, как правопреемник СССР в ООН продолжает участвовать небольшими группами своих военных наблюдателей в миротворческих операциях созданного на основе резолюции СБ ООН от 29 мая 1948 г. Органа ООН по наблюдению за выполнением условий перемирия (в Палестине), в учрежденных на основе резолюции СБ ООН от 19 марта 1978 г. Временных силах ООН в Ливане, в созданной на основе резолюции СБ от 9 апреля 1991 г. Ирако-Кувейтской миссии ООН по наблюдению за соблюдением мира, а также в Миссии наблюдателей ООН по проведению референдума в Западной Сахаре.

В целом, таким образом, в "дальнем зарубежье" Россия накопила немалый позитивный опыт участия в операциях ООН по поддержанию мира. Как было показано, негативные моменты этого опыта особенно ярко проявились в Югославии и на Ближнем Востоке, где сами эти операции по сути дела служили прикрытием политики неадекватных акций в отношении СРЮ, Ирака и Ливии. Едва ли была оправдана также поддержка Россией "операции ООН", а точнее действий США под флагом ООН в Сомали в 1992-1993 гг., приведших к наглому вмешательству США от имени ООН в дела Сомали, к гибели десятков военнослужащих государств-участниц этой операции, к большим жертвам среди гражданского населения и к дискредитации флага ООН.

В "ближнем зарубежье" миротворчество Росси в основном осуществляется либо собственными силами (Грузия (Абхазия), Приднестровье, Южная Осетия), либо участием при своей доминирующей роли в Коллективных миротворческих силах СНГ (Таджикистан). Роль ООН в этих "горячих точках" пока что носит весьма ограниченный характер и сводится к направлению ее военных наблюдателей в Грузию (Абхазию), на основе резолюции Совета Безопасности от 24 августа 1993 г. и в Таджикистан на основе резолюции Совета Безопасности от 16 декабря 1994 г. (соответственно 134 и 40 наблюдателей). Российская дипломатия не раз ставила вопрос о придании статуса ООН миротворческим силам, действующим на территории СНГ под эгидой России. Однако по существу трудно понять, чего больше в этих предложениях России: наивного расчета на оплату этих операций из опустевшей казны ООН, не менее наивного расчета на то, что ООН будет платить за операции, в которых участие российских контингентов составляет более 90% от их общей численности или же стремления подключить ООН к обеспечению безопасности в сфере "особых интересов" России. Впрочем, в последнем случае флаг ООН вполне может облегчить и иностранное вмешательство в регионе СНГ. Ведь кое-кто на Западе стремился подключить ООН даже к урегулированию положения в Чеченской республике, являющейся неотъемлемой частью России. Однако этого не произошло как из-за твердой позиции самой России, так и не в последней степени благодаря категорическому возражению бывшего Генерального секретаря ООН Бутроса Гали против проведения такой акции от имени ООН.

В последнее время перед лицом грядущего расширения НАТО на Восток российская дипломатия энергично стремится привлечь ООН к усилиям по созданию системы коллективной безопасности в Европе. Как представляется, именно ООН призвана, действуя прежде всего через Совет Безопасности, играть роль своего рода координирующего центра в усилиях по созданию коллективной безопасности на этом континенте, причем безопасности, основанной на структурах ОБСЕ, как единственной действительно универсальной организации европейских государств и действующей к тому же на принципе консенсуса, гарантирующего права всех входящих в нее государств, больших и малых. В интересах России поэтому всемерно содействовать наращиванию взаимодействия между ООН и ОБСЕ во всех вопросах, касающихся поддержания мира и безопасности в Европе. Что касается НАТО и связанных с ней организаций, то им еще предстоит проделать глубокую трансформацию, если таковая вообще возможна (в особенности в свете событий в Югославии) для того, чтобы играть определенную позитивную роль на Европейском континенте. Пока что НАТО остается замкнутым военным блоком, и называть ее международной организацией или, скажем, региональной организацией ООН можно лишь с большими оговорками, хотя следует признать, что США весьма преуспели в том, чтобы внедрить такое понимание статуса НАТО в документы ООН. Между тем создание в рамках НАТО дополнительной структуры - Совета Атлантического партнерства (САП) с включением в него государств - членов Совета Североатлантического сотрудничества, участвующих в программе "Партнерство во имя мира", т.е. практически всех государств членов ОБСЕ, лишь подтверждает стремление Вашингтона оттеснить ООН и ОБСЕ от решения проблем безопасности в Европе и превратить НАТО в центр по закреплению однополюсной системы международных отношений.

Россия неизменно участвует в деятельности ООН в области разоружения и глобальной безопасности. Откликаясь, в частности, на призыв президента РФ на 49-й сессии Генеральной Ассамблеи (1994 г.), ООН в немалой степени содействовала решению конференции участников Договора о нераспространении ядерного оружия в мае 1995 г. о бессрочном и безусловном его продлении, а также заключению Договора о всеобщем запрещении ядерных испытаний, Последний был внесен по инициативе России и США на рассмотрение 51-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН (1996 г.), которая одобрила этот договор 156 голосами, причем против высказались лишь Индия, Бутан и Ливия, а среди воздержавшихся оказались Куба, Сирия, Ливан, Танзания и ряд других государств. Вопреки ожиданиям к Договору присоединился и Иран. Однако, следуя требованиям милитаристских сил, сенат США в 1999 г. отказался ратифицировать этот договор.

В повестке дня ООН сохраняется внесенное на ее рассмотрение предложение России о заключении "ядерной пятеркой" Договора о ядерной безопасности и стратегической стабильности, который предусматривал бы прекращение производства расщепляющихся материалов для оружия, дальнейшую ликвидацию ядерных боеприпасов и сокращение стратегических носителей. Вопросом подготовки соглашений о прекращении производства расщепляющихся материалов занялась Конференция по разоружению в Женеве. Наконец, следует отметить, что Россия внесла большой вклад в разработку в ООН Конвенции о запрещении производства, накопления и применения химического оружия и его уничтожении, которая вступила в силу 29 апреля 1997 г.

На региональном уровне для России имела бы исключительно важное значение поддержка со стороны Генеральной Ассамблеи ООН предложений Белоруссии и Украины относительно создания безъядерной зоны в Центральной и Восточной Европе. Этот вопрос был поставлен Белоруссией и Украиной на 51-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН (1996 г.), и дальнейшее его обсуждение в стенах ООН, несомненно, служит решению важных для безопасности России вопросов, связанных с продвижением НАТО на Восток.

Россия стремится по возможности эффективно подключиться к экономической и социальной деятельности ООН, осуществляемой в основном по линии ее специализированных учреждений 21. Отметим в этой связи прежде всего то, что в ряде заключительных документов международных конференций ООН последних лет: Конференции по проблемам экологии и устойчивого развития в Рио-де-Жанейро (1992 г.), по народонаселению в Каире (1994 г.), по проблемам социального развития в Копенгагене (1995 г.), по проблемам женщин в Пекине (1996 г.) - отражены положения, закрепляющие специфические потребности стран с переходной экономикой, к которым принадлежит и Россия. Начиная с 1992 г. принят целый ряд резолюций Генеральной Ассамблеи ООН в пользу улучшения доступа экспорта России на мировые рынки, отмены дискриминационных тарифных и нетарифных мер, структурной перестройки экономики, проведения приватизации, развития мелкого и среднего предпринимательства. ООН оказывает России консультативное, техническое и другое содействие в развитии современной рыночной инфраструктуры, расширении экспортной базы и привлечении иностранных инвестиций, улучшении положения детей и женщин, решении экологических проблем. По линии Европейской экономической комиссии ООН осуществляются важные проекты в области электронного обмена данными в торговле, на транспорте и в сфере управления, а также по реализации программы "Энергоэффективность 2000". При участии Программы развития ООН (ПРООН) выполняются проекты в области укрепления институтов госуправления, конверсии, рыночной инфраструктуры и т.п. Организация ООН по промышленному развитию (ЮНИДО) провела целую серию форумов по инвестициям во многих субъектах РФ, а также осуществляет проект "Калининград-2000", предусматривающий реорганизацию промышленности и инфраструктуры области. В России используется аналитический и экспертный потенциал Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), Статистической комиссии ООН, Всемирной метеорологической организации и других организаций системы ООН.

Большую роль в реформировании российской экономики играют специализированные учреждения ООН - МВФ и МБРР, однако в последнее время их деятельность в России, в особенности МВФ, подвергается весьма резкой и обоснованной критике, в том числе и со стороны правящих кругов России, поскольку эта деятельность зачастую сопряжена с присущими этим организациям методами диктата и непомерного вмешательства в экономическую и финансовую политику государств. Впрочем, с учетом того, что деятельность МВФ и МБРР прямо направляется США, которые занимают в этих организациях господствующие позиции, рассмотрение этого вопроса более уместно в контексте отношений России с США, чем с ООН.

В социальной политике России широко используются рекомендации Международной организации труда (МОТ) по вопросам занятости и трудовых отношений, совершенствования концепции социального партнерства и т.п., а также весьма конкретные услуги и помощь со стороны Детского фонда ООН и Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ). Россия всемерно поддерживает деятельность ООН по решению проблем беженцев и перемещенных лиц, а также по созданию эффективных механизмов реагирования в чрезвычайных гуманитарных ситуациях. Важное значение для России имеют принятые 51-й сессией Генеральной Ассамблеи ООН Декларация ООН о борьбе с коррупцией и взяточничеством в международных коммерческих операциях и Международный кодекс поведения государственных должностных лиц. Свое участие в Организации ООН по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО) Россия использует в преодолении своих нынешних трудностей в развитии этих областей, в том числе за счет международных связей.

В своей внешнеполитической деятельности Россия довольно активно использует накопленный ООН опыт и потенциал в области соблюдения прав и свобод человека. На сессиях Генеральной Ассамблеи ООН и в других органах ООН российские представители постоянно и аргументированно выступают с осуждением нарушений прав человека и политики дискриминации в отношении русскоязычного населения, в частности в странах Балтии. Генеральная Ассамблея ООН приняла ряд резолюций, затрагивающих, хотя и в общей малообязывающей форме, эти проблемы. В последнее время пересматриваются ранее довольно жесткие позиции России относительно соблюдения прав человека в Китае и отчасти на Кубе, что в решающей степени объясняется развитием с этими странами, в особенности с Китаем, плодотворного двустороннего сотрудничества. Приглушены ныне и резкие заявления со стороны России в отношении нарушений прав человека в Ираке, Ливии и Иране, на чем, исходя из собственных долговременных интересов продолжают настаивать США. С другой стороны, в России стали критиковаться попытки западных стран использовать проблему прав человека для вмешательства во внутренние дела РФ, а также Белоруссии и других стран СНГ.

Большое внимание в ООН Россия уделяет вопросам борьбы с международным терроризмом. При ее энергичной поддержке Генеральная Ассамблея ООН приняла в 1994 г. Декларацию о мерах по ликвидации международного терроризма, а 51-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН по ее инициативе приняла решение о разработке международной конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма.

По инициативе России 53-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН (1998 г.) приняла на основе консенсуса резолюцию "Достижение в сфере информатизации и телекоммуникации в контексте международной безопасности". Документ констатирует возможность использования информационных технологий в ущерб международной безопасности и предлагает Генассамблеи ООН выработать основные понятия информационной безопасности. Тем самым проблема информационного оружия впервые официально признана мировым сообществом как реально существующая и требующая правового урегулирования.

В поле зрения России с самого начала находятся актуальные вопросы обновления и реорганизации ООН с учетом многих кардинальных изменений в современной международной обстановке 22. Россия исходит из того, что речь должна идти именно о реформе ООН, а не о создании какой-либо другой международной организации, основанной на принципах, не имеющих ничего общего с основополагающими принципами Устава ООН. В этом отношении совершенно очевидно, что правило единогласия постоянных членов Совета Безопасности ООН, являющееся фундаментом всего здания этой организации, должно остаться незыблемым и неприкосновенным. Россия исходит при этом из возможности увеличения числа государств - постоянных членов Совета Безопасности ООН, на что претендуют Германия, Япония, а также ряд крупных государств Африки, Азии и Латинской Америки.

Важным элементом предстоящей реформы ООН должно стать предложение России на 49-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН о создании постоянных вооруженных сил ООН на основе ст.43 Устава ООН путем заключения соответствующих соглашений между отдельными государствами или группами государств, выделяющими свои военные контингенты, и Советом Безопасности ООН. При этом имеется в виду, что распоряжаться этими силами будет только Совет Безопасности ООН.

Россия исходит из необходимости дальнейшего усиления роли региональных организаций в деятельности ООН по поддержанию международного мира и безопасности, таких, например, как СНГ, ОБСЕ, ОАГ, ОАЕ, ОИК и других. При этом необходимо иметь в виду, что контроль за осуществлением ими крупных акций по поддержанию мира в "своих регионах" опять-таки должен осуществлять Совет Безопасности ООН.

Россия поддерживает усилия Генерального секретаря ООН К. Аннана по разрешению финансового кризиса этой организации, в частности путем значительного сокращения аппарата Секретариата ООН и ликвидации многочисленных дублирующих структур во всей системе ООН. Главным должником ООН остаются США, сумма долга которых ООН (1,5 млрд. долл.) равна почти половине ежегодного бюджета этой организации. Что касается России, то она в целом аккуратно выплачивает свой взнос в регулярный бюджет ООН, но имеет задолженность перед ООН (около 250 млн. долл.) по счетам операций ООН по поддержанию мира.

В современных условиях ООН является по существу единственным универсальным инструментом регулирования международных отношений в целях установления прочного и справедливого мира на земле. Параметры такого мира предстоит отразить в Концепции мира в XXI в., с инициативой разработки которой выступает Россия и принятия которой она будет добиваться на юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 2000 г.


Примечания

1. Внешняя политика России: Сборник документов 1990-1992 гг. М.,1996. С.148.

2. Примаков Е. На горизонте - многополюсный мир // Независимая газета. 1996. 22окт.

3. Ельцин Б. Россия против нового противостояния // Российская газета. 1995. 24окт.

4. Там же.

5. Устав ООН. Глава 1. Статья 2.

6. Все упоминаемые или цитируемые далее резолюции Совета Безопасности по вопросам кризиса в районе Персидского залива даны по оригинальным документам, в том числе опубликованным в сборнике: "Resolutions of the United Nations Security Council and Statements by its President Concerning the Situation between Iraq and Kuwait". UN Department of Public Information. N.Y., 1994.

7. Заявление Е.Примакова на пресс-конференции 5 марта 1997 г. // Коммерсант-Daily. 1997. 6 марта.

8. Известия. 1997. 30 марта.

9. Все упоминаемые или цитируемые далее резолюции Совета Безопасности по вопросам положения в Югославии даны по оригинальным документам, в том числе опубликованным в сборниках: "The United Nations and the Situation in the Former Yugoslavia", UN Department of Public Information. N.Y., 1991-1995.

10. Югославский кризис и Россия. Документы, факты, комментарии. Т.2. М., 1993. С.171, 190-191.

11. Сегодня. 1996. 21 марта.

12. Там же.

13. Российская газета. 1995. 24 окт.

14. Независимое военное обозрение. 1997. №7.

15. Там же.

16. Российская газета. 1996. 26 ноября.

17. Известия. 1999. 31 окт.

18. Подробнее об этом см.: Выступление министра иностранных дел РФ И.Иванова на заседании Государственной Думы // Независимая газета. 1999. 30 марта.

19. Сегодня. 1999. 27 мая.

20. Независимая газета. 1999. 28 мая.

21. Подробно об этом см.: Лавров С. Какая России польза от ООН // Сегодня. 1997. 18 марта; Лавров С. Независимые государства Содружества в ООН // Независимая газета. 1996. 31 дек.

22. Подробно см.: Барышев А. Актуальные проблемы реформы ООН на современном этапе // Внешняя политика России и современные международные отношения: Сб. науч. трудов / ДА МИД России. М., 1996.

Дипломатическая Академия МИД РФ. Кафедра внешней политики и международных отношений. "Внешняя политика современной России" . Сборник статей, Москва 2000 год

к оглавлению


При использовании материалов ссылка на сайт http://www.barichev.ru обязательна

 

Об авторе | О проекте | Документы ЦК | Публикации | Выступления | Книги | Письма | Ссылки| Архив