Об авторе

О проекте

Документы ЦК

Публикации

Выступления

Книги

письма

Ссылки

Архив

 

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Завершение многолетнего труда — подходящий повод для того, чтобы сверить свои сегодняшние оценки проблем, тенденций и событий с теми, которые давались в начале или хотя бы в середине пути. В данном случае такой точкой отсчета может послужить выступление автора на международной конференции «60-летие ООН: осмысление достижений и пути повышения эффективности в XXI веке», состоявшейся 3 ноября 2005 г. в Институте международных отношений Киевского национального университета имени Тараса Шевченко. Ниже приводится его полный текст.

«В своем выступлении хотел бы поделиться некоторыми соображениями на тему о том, что необходимо сделать, чтобы повысить эффективность ООН на главном направлении ее деятельности — в области поддержания международного мира и безопасности.

Отвечая на этот вопрос, считал бы необходимым сделать два предварительных замечания, из которых, как представляется, следует исходить при рассмотрении этой проблематики.

Во-первых, ООН — это не самодовлеющая сила и не мировое правительство, не военно-политический блок и не огородное пугало и тем более не мировой полисмен, в которого хотели бы ее превратить определенные силы. ООН, извините за банальность, — это международная организация независимых государств, основанная на принципе суверенного равенства всех ее членов (Статья 2 Устава ООН).

Во-вторых, речь должна идти не об эффективности ООН вообще, а применительно к тем реалиям, которые существуют в мире. При всей противоречивости современной международной обстановки необходимо выделить опаснейшую тенденцию в ее развитии, а именно претензии единственной сверхдержавы переиначить и перекроить мир на свой лад, захватить и контролировать энергетические ресурсы мира, в первую очередь кладовую нефти, каковой является Ближний и Средний Восток. Отсюда и ставка на продолжающуюся оккупацию Ирака иностранными войсками, на свержение существующих режимов в Сирии и Иране, на создание марионеточных режимов в Палестине и Афганистане.

Вот как, например, оценивает складывающуюся ситуацию вокруг этих проблем газета „Нью-Йорк Таймс“ в свете недавних заявлений президента США Дж. Буша: „За последние недели в выступлениях Буша по поводу ситуации в Ираке и вокруг него происходят едва уловимые, но все же существенные изменения. В нескольких своих выступлениях Буш предупреждает, что мятежи уже дают метастазы и перерастают в гораздо более широкую борьбу за „установление радикальной Исламской империи, которая распространяется от Испании до Индонезии“. И хотя президент все же предсказывает победу, он, кажется, готовит страну к борьбе с масштабами „холодной войны““. Итак, нам грозят по меньшей мере „холодной войной“ на всем огромном пространстве от Испании до Индонезии. Ясно, что речь идет о мусульманском мире, где сосредоточены огромные нефтяные богатства, которые, естественно, принадлежат проживающим там народам и которые понадобились теперь для процветания Америки.

С учетом этих реалий для повышения эффективности ООН в области поддержания международного мира и безопасности необходимы, как представляется, inter alia следующие шаги.

Первое. Важно добиться, используя возможности и механизмы ООН, чтобы государства в своей политике точно следовали Уставу этой международной организации, и в первую очередь тем его положениям, которые регулируют применение силы от ее имени. Не должно быть повторения ситуации марта 2003 г., когда США в союзе с Великобританией применили силу в Ираке, не посчитав нужным обратиться к Совету Безопасности и получить ясно выраженное „добро“ на проведение такой акции. Не должно повториться такой ситуации, когда президент сверхдержавы заявил в своем обращении к нации 17 марта 2003 г.: „Совет Безопасности не сумел справиться со своими обязанностями, а поэтому мы намерены выполнить свои“. Президент умолчал при этом, что Совет Безопасности не сумел справиться с ситуацией именно по причине позиции, занятой США.

Второе. Мировое сообщество, в лице государств-членов ООН, должно, наконец, набраться смелости и квалифицировать неблаговидные действия отдельных государств в соответствии с принятыми ими же самими решениями. Страусиная привычка погружать голову в песок и как бы не замечать того, что происходит — это, по сути, мюнхенская политика, развязавшая в свое время руки гитлеровскому агрессору. Есть, например, четкое определение агрессии (резолюция Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1974 г.), которое позволяет дать единственно правильную оценку нападению США и Великобритании на Ирак и продолжающейся до сих пор оккупации этой страны иностранными войсками. Действия этих государств с самого начала подпадают под Статьи 1,2 и едва ли не под все пункты ключевой Статьи 3 определения агрессии, что сразу же снимает с них нелепый имидж борцов против „международного терроризма“, который разносится СМИ по всему свету. Но ведь если бы эти действия были квалифицированы ООН в точном соответствии с нормами международного права, то вопрос с самого начала стоял бы в совсем другой плоскости — о необходимости осуждения агрессии, применения против агрессоров санкций по Статье 42 Устава ООН и о необходимости немедленного вывода из Ирака оккупационных войск. К сожалению, однако, усилиями определенных сил этот вопрос предстал в ООН в кривом зеркале со всеми вытекающими последствиями.

Третье. Чтобы повысить эффективность ООН в сфере поддержания международного мира и безопасности, необходимо добиться, чтобы мощные и влиятельные государства, считающие себя цивилизованными и далеко продвинутыми „в демократическом отношении“, прекратили вмешиваться в дела других государств с целью смены режимов и установления там угодных им порядков. Устав ООН категорически запрещает такие действия, и это отражено также во многих декларациях и резолюциях Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН. Представляется, что исходя и из целей повышения эффективности ООН, государства — ее члены должны возвысить свой голос против попыток так называемых „неоконсервативных“, а по существу агрессивных, сил республиканской администрации США насильственно „демократизировать“ страны исламского мира, будь то Ирак, Иран, Сирия или Палестина. В конце концов понятие „демократия“ отнюдь не поддается однозначному толкованию. Родилось оно, как известно, в Древней Греции, где кучка элиты благостно рассуждала о демократии, и в то же самое время угнетала десятки и сотни тысяч рабов. Сегодня, кто бы ни говорил о демократии, но только не США, где она подавляется с каждым годом все больше. Обстоятельные материалы по этому вопросу содержатся, например, в Белых книгах, опубликованных в Пекине. На Арабском Востоке и в мусульманском мире, как известно, имеются свои представления о демократии, а в КНР говорят о демократии с китайской спецификой.

Хотел бы подкрепить высказанный тезис заявлением министра иностранных дел РФ С. Лаврова от 20 октября с.г. Он сказал: „Недопустимо унифи- каторство в какой бы то ни было форме, тем более экспорт определенного вида демократии с применением силы и разного рода методов давления“. „Тем более, — продолжал министр, — нетерпимы и контрпродуктивны попытки так называемой смены режимов, преследующие, как правило, вполне определенные внешнеполитические цели, ничего общего не имеющие с интересами устойчивого внутреннего развития стран, ставших объектом такого вмешательства“.

Четвертое. Необходимо добиваться того, чтобы все без исключения государства, члены ООН, строго выполняли резолюции Совета Безопасности, чего требует от них Устав ООН. Ведь если бы Израиль хотел выполнить резолюции 242, 338 и 1397 Совета Безопасности, соответственно от 22 ноября 1967 г., 22 октября 1973 г. и 12 марта 2002 г.-то он давно бы вывел свои войска со всех оккупированных им в 1967 г. арабских территорий и принял бы меры, облегчающие создание независимого палестинского государства. Однако воз и ныне там. Если бы все резолюции Совета Безопасности выполнялись, авторитет ООН был бы незыблем, а ее эффективность значительно возросла. Но опять-таки деятельности ООН на этом направлении препятствуют определенные силы, а в данном случае — и те силы, которые стоят за спиной Израиля.

В этой же связи отметим необходимость и строгого соблюдения государствами существующих норм международного права и, в частности, поддержки борьбы народов за свое национальное освобождение, против агрессии и оккупации с использованием всех средств, имеющихся в их распоряжении. Законность этой борьбы подтверждена, как известно, в многочисленных декларациях и резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН, принятых огромным большинством голосов государств-членов этой организации.

Пятое. Важно, что в своем подходе к ООН государства, сколько бы влиятельными они ни были, исключили двойные стандарты. Совершив агрессию против Ирака, Вашингтон использовал в качестве едва ли не главной причины наличие там оружия массового уничтожения. Однако такого оружия в Ираке не обнаружено по той простой причине, что его там не было. Но вот теперь, несмотря на это, подводят базу под возможное нападение на Иран, используя тот же лживый предлог. С другой стороны, мировой общественности известно, что единственной ядерной державой на Ближнем Востоке является Израиль, который располагает таким оружием и средствами его доставки. Но об этом „мировые демократии“ молчат или смотрят сквозь пальцы на происходящее. Разве это не двойной стандарт? И разве такой подход не бьет по авторитету ООН или МАГАТЭ, которому поручено следить за выполнением Договора о нераспространении ядерного оружия?

Шестое. С некоторых пор в ООН явно ослабло внимание к рассмотрению проблем разоружения. Постановка Россией на юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 2000 г. вопроса о демилитаризации космического пространства имела в этом отношении особую значимость, и на днях LX сессия Генеральной Ассамблеи ООН большинством в 158 голосов приняла важную резолюцию „Меры по обеспечению транспарентности и укрепления доверия в космической деятельности“.

Между тем в США полным ходом ведется разработка и подготовка к реализации весьма опасных программ милитаризации космоса, которые могут иметь необратимые последствия для международной безопасности. Проголосовав против упомянутой резолюции, США еще раз показали, что интересы милитаристских кругов они ставят выше задач обеспечения прочного мира.

Напомним также, что США вышли из Договора по ПРО 1972 г. и форсируют строительство Национальной противоракетной обороны, охватывающей всю территорию страны. По инициативе Вашингтона в различных районах мира создаются системы ПРО театров военных действий. Опасные последствия такой стратегии состоят и в том, что развивающиеся страны все больше начинают стремиться к обладанию ядерным оружием. Ведь они отказались от создания и приобретения такого оружия именно в надежде на то, что проблемы разоружения получат, наконец, надлежащее решение (Статья VI Договора о ДНЯО). В противном случае возникает критическое положение с реализацией Договора о ДНЯО, что, собственно, уже и признано Генеральным секретарем ООН в его ежегодном докладе LX сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

Из сказанного очевидно, что необходимо в полной мере и активнее использовать имеющиеся возможности и механизмы ООН для того, чтобы положить конец продолжающейся гонке вооружений, в особенности ядерных, и сделать космос открытым лишь для мирной деятельности.

В заключение хотел бы подчеркнуть, что никакие, даже самые глубокие, реформы ООН не помогут этой международной организации эффективно и справедливо разрешать проблемы международного мира и безопасности, если этому не будет сопутствовать миролюбивая политика всех государств-членов ООН, и прежде всего великих держав — постоянных членов Совета Безопасности ООН.

Все это, конечно, не снимает ответственности с ООН за происходящие нарушения мира. ООН и сегодня остается международной организацией, призванной играть центральную роль в разрешении актуальных проблем современности, в первую очередь проблем поддержания международного мира и безопасности. Без ООН существующие угрозы международному миру возросли бы во много раз, и человечеству стало бы весьма неуютно жить на планете Земля».

Сегодня, когда после проведения международной конференции в Киеве прошло почти четыре года, — срок немалый в наше стремительно бегущее время, — внимательный читатель заметит, что тогдашние оценки автора не только не изменились, но и получили более обстоятельную разработку в настоящей монографии. Насколько убедительную — разумеется, судить самому читателю.

Конечно, вместе со временем изменяется и мир. Американская концепция однополярного мира потерпела серьезное поражение в Ираке, Афганистане и в кавказском кризисе августа 2008 г. Но это отнюдь не сняло претензий американского империализма на мировое господство. Pax Americana — американский мировой порядок, был и остается путеводной звездой правящей элиты в Вашингтоне, будь то республиканской или демократической.

В борьбе за достижение этой цели США активно используют объективный процесс интернационализации мирохозяйственных связей. Именно американский капитал, овладев рычагами управления многих крупнейших транснациональных корпораций, стоит за безудержной экспансией им- периалистов-глобализаторов на всех континентах. Именно американская военщина играет ведущую роль в агрессивных военных планах и союзах империализма. Именно американская пропагандистская машина ведет неослабные идеологические кампании и психологические войны против свободолюбивых народов в стремлении лишить их своих духовных ценностей и навязать древнейшим цивилизациям культуру чистогана и прочих «прелестей» империализма, бесстыдно называемых «правами человека» и «демократией».

Глобализация американской системы ПРО, концепция «быстрого глобального удара» и подключение к военному блоку НАТО все новых «союзников» на всех континентах — таковы новейшие проявления стратегии империализма США. Ставка на преимущественное использование военной силы для достижения своих военно-политических целей, на ликвидацию неугодных Вашингтону режимов вне зависимости от их политической окраски, на замену их марионеточными структурами, в особенности в энергетически богатых районах мира, сегодня стала определяющим фактором этой стратегии.

Совершенно очевидно, что в этих условиях всякая сколько-нибудь прочная система международной безопасности должна предусматривать конкретные меры по отпору агрессии и другим посягательствам на суверенитет и независимость народов. Именно такая система коллективной безопасности предусмотрена Уставом ООН.

Попытки уйти от такого понимания системы коллективной безопасности, подменить ее досужими рассуждениями насчет необходимости «коллективного лидерства ведущих государств», которое, выражаясь словами министра иностранных дел России С. Лаврова из его выступления на LXII сессии Генеральной Ассамблеи ООН, «должно быть представительным в географическом и цивилизационном измерениях», бьют мимо цели, да и вообще не вяжутся с элементарным здравым смыслом. Так же, впрочем, как и утверждение о том, что фундаментом такого «неформального механизма» (т. е. «коллективного лидерства ведущих государств») может служить «только ООН», обладающая, видите ли, «уникальной легитимностью».

Уместно спросить, по какому принципу министр разделил все государства на ведущие и неведущие, почему механизм общения «ведущих» должен быть «неформальным» и почему, наконец, идет разговор об «уникальной легитимности ООН», а не конкретно о положениях ее Устава, касающихся поддержания международного мира и безопасности и об обязанности государств, тем более «ведущих», действовать в строгом соответствии с Уставом ООН и нормами международного права?

Тому, что США и другие империалистические державы сплошь и рядом либо игнорировали основополагающие цели и принципы Устава ООН, либо действовали в обход Устава ООН и решений ее Совета Безопасности, а там, где возможно, нагло использовали эту международную организацию в корыстных целях — несть числа примеров в современных международных отношениях. И именно вследствие такой политики империалистических держав ООН нередко оказывалась не на высоте положения, подвергаясь жесткой критике со стороны государств, суверенитет и независимость которых она не сумела защитить.

В октябре 2007 г. Фидель Кастро опубликовал ответное письмо Слободана Милошевича от 30 марта 1999 г. на свое письмо от 25 марта 1999 г. с выражением солидарности с Югославией, подвергшейся агрессии со стороны США. В письме С. Милошевича кубинскому лидеру есть несколько строк о позиции ООН в те тяжелые для Югославии дни. «Совершается преступление не только против Союзной Республики Югославии, как мирного, суверенного и независимого государства, — писал Милошевич, — но и агрессия против всего того, что имеет ценность в мире на пороге XXI века: системы Организации Объединенных Наций, Движения неприсоединившихся стран, основ законного порядка, прав человека и цивилизации в целом». И далее: «Поведение Совета Безопасности Организации Объединенных Наций в отношении агрессии НАТО в СРЮ является поражением для Организации Объединенных Наций. Это очень плохой признак и большое предупреждение для всего мира, в особенности для средних и малых стран, хотя и не только для них». 1147 И действительно, империализм активно и, надо сказать, весьма умело использовал ООН в своих целях на всех этапах югославской трагедии. Добившись отделения Косово от Сербии, западные державы во главе с США и НАТО ведут теперь дело к тому, чтобы закрепить это положение навечно, а с другой стороны — подключить Сербию к ЕС и НАТО и не допустить прихода к власти в Белграде радикальных патриотических сил. Миссия ООН в Косово (МООНК) усилиями Запада и с согласия Генерального секретаря ООН практически уступила место специальной административно-полицейской миссии Европейского Союза (EULEX).

На состоявшихся 11 мая 2008 г. досрочных парламентских выборах в Сербии возглавлявшаяся президентом Б. Тадичем коалиция «За европейскую Сербию» (ЗЕС) в составе Демократической партии (ДП) Тадича и «Г17+" получила 102 и 250 депутатских мандатов, Сербская радикальная партия (СРП) Томислава Николича (руководитель партии В. Шешель находится в тюрьме МТБЮ в Гааге) — 78 мандатов, коалиция Демократической партии Сербии — Новая Сербия (ДПС-НС) Коштуницы-Илича — 30 мандатов и Социалистическая партия Сербии (СПС), возглавляемая Ивицей Дачичем, — 20 мандатов. И хотя существовала, таким образом, реальная возможность создания коалиции против ЗЕС Тадича, она не состоялась из-за того, что СПС Ивицы Дачича — «наследника» С. Милошевича перешла на сторону Тадича, получив обещания, что ее примут в Социнтерн, а также, как сообщали СМИ, — солидную материальную поддержку от ЕС. В результате сформированное в начале июля 2008 г. коалиционное правительство Сербии возглавил Мирко Цветкович от ДП Тадича, а спикером парламента стал один из лидеров СПС Славица Джукич — Деянович, занимавший высокий пост во времена С. Милошевича. Многие наблюдатели считают, что фактически в Сербии была введена президентская форма правления и роль Б. Тадича в управлении государства резко возросла.

Ускоренное вступление Сербии в ЕС — такова главная цель нового кабинета, фактически управляемого Б. Тадичем, и предполагается, что первым шагом на этом пути может стать ратификация подписанного в конце апреля 2008 г. Соглашения о стабилизации и ассоциации с ЕС. Понятно, что ценою будет установление фактической опеки ЕС над Косово.

В составе EULEX, возглавляемой французским генералом Кермабоном, уже к июлю 2008 г. было 2 тыс. иностранных и 1 тыс. местных специалистов, которые руководили полицией, правосудием и таможней Косово в опоре на ооновские многонациональные Силы в Косово. Что касается МООНК, то в своем урезанном виде (до сотни с небольшим персонала) она влачит жалкое существование, хотя и пользуется мандатом Совета Безопасности ООН. В общем, флаг ООН продолжает реять над «независимым» Косово, при том, что МООНК сохраняет за собой лишь функции политического контроля.

В июле 2008 г. сербскими властями был схвачен и выдан МТБЮ в Гааге бывший президент Республики Сербской Радован Караджич. На начавшемся судебном процессе он отказался выслушивать выдвигаемые против него обвинения, заявив, что хотя трибунал и представляет себя как орган международного права, «в действительности речь идет о суде НАТО». Теперь в качестве одного из условий принятия Сербии в ЕС от Белграда требуют ареста и выдачи МТБЮ и другого национального героя Сербии — Ратко Младича. А тем временем крестный отец «независимости» Косово М. Ахтисаари награждается Нобелевской премией мира.

В конце 2008 г. на Западе вышла книга ушедшей в отставку с поста прокурора Международного трибунала по бывшей Югославии Карлы дель Понте «Охота. Я и военные преступники», в которой приводились сенсационные факты чудовищных преступлений косовских руководителей и боевиков в отношении сербов. В книге, в частности, рассказывалось о том, как нынешнее руководство «независимого» Косово сделало состояние на торговле внутренними органами, изъятыми у похищенных сербов, и как Миссия ООН в Косово, возглавлявшаяся тогда нынешним министром иностранных дел Франции Б. Кушнером всячески препятствовала рассмотрению случаев пропажи и похищения людей в Косово. Какими бы соображениями ни руководствовалась Карла дель Понте, преследовавшая в течение многих лет сербских политических и военных руководителей, книга вновь привлекла внимание к преступной деятельности МТБЮ и содействовала нарастанию требований мировой общественности о его роспуске. Тем не менее МТБЮ продолжает функционировать, приговорив в феврале 2009 г. к длительным срокам заключения бывшего вице-премьера правительства СРЮ Н. Шаиновича, генерал-полковника Н. Павковича и начальника штаба МВД провинции Косово С. Лукича. Резолюцией 1877 Совета Безопасности ООН от 7 июля 2009 г. полномочия МТБЮ были продлены до 31 декабря 2009 г.

К середине мая 2009 г. «независимость» Косово признало 58 государств, в том числе все бывшие югославские республики. Последней была Черногория. Но еще 24 июля 2008 г. правительство Сербии приняло решение вернуть послов, отозванных из тех стран ЕС, которые признали косовскую «независимость». Возвращение послов глава МИД Сербии В. Еремич объяснил тем, что при хороших отношениях с ЕС Сербии будет легче бороться за возвращение Косово, а также тем, что это повысит шансы Белграда получить в ближайшем будущем статус кандидата на вступление в ЕС. Возвращения сербских послов, отозванных из других стран (в том числе из США), пока не планируется, так как, по словам Еремича, «это может быть истолковано как отказ от борьбы за территориальную целостность и суверенитет государства».

В начале октября 2008 г. LXIII сессия Генеральной Ассамблеи ООН большинством голосов приняла по предложению Сербии резолюцию об обращении в Международный Суд с просьбой дать экспертное заключение относительно законности одностороннего провозглашения независимости Косово. За резолюцию проголосовало 77 делегаций (Россия, КНР, Индия, Бразилия, Белоруссия, Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Узбекистан, Испания, Греция, Кипр, Румыния и др.), воздержались 74 (большинство государств-членов ЕС, Украина, Молдавия, Армения и др.). Против голосовали лишь США, Албания, Маршалловы Острова, Микронезия, Науру и Палау. Процесс рассмотрения этого вопроса может быть долгим и шансы на принятие Международным Судом благоприятного для Сербии решения едва ли стоит переоценивать.

Неспособность ООН в связи с действиями империалистических держав своевременно реагировать на возникающие кризисы и конфликты, оперативно гасить их и принимать действенные меры к их справедливому урегулированию стала в последние годы объектом острой и убедительной критики, в том числе и в стенах самой организации. Характерным в этом отношении было выступление на LXII сессии Генеральной Ассамблеи ООН (2007 г.) президента Ирана М. Ахмадинежада, возложившего на Совет Безопасности ООН большую долю ответственности за сложившуюся ситуацию в мире. Иранский лидер заявил, что Совет, к сожалению, занимает «первое место среди всех неэффективных органов». Некоторые его члены, пользующиеся правом вето, подчеркнул он, «действуют как прокуроры, судьи и палачи», и из-за этого «страны, ставшие объектом посягательств на свои права со стороны этих держав, не надеются получить от Совета Безопасности ООН того, что они заслуживают». Совет Безопасности, отметил Ахмадинежад, в частности «не смог отстоять справедливость и защитить права иранского народа». 1148

В самом деле, прикрываясь резолюциями Совета Безопасности ООН, американские империалисты удваивают усилия, направленные на подготовку все новых авантюр против Ирана. Под нажимом США вновь заколебалось руководство МАГАТЭ, на обоснованность заключений которого о ядерной программе Ирана до последнего продолжали надеяться в Тегеране. Так, в конце мая 2008 г. Генеральный директор МАГАТЭ М. аль-Бара- деи представил Совету Безопасности ООН очередной доклад, в котором наряду с подтверждением прежней позиции в том, что касается отсутствия доказательств наличия у Ирана военной составляющей его ядерной программы, содержалась масса вопросов и формулировок, сеявших сомнения и подозрения на этот счет.

Воспользовавшись туманными формулировками доклада, США попытались договориться со своими «партнерами», в том числе с Россией, о дальнейшем расширении круга и объема санкций против Ирана. Однако на этот раз дело не выгорело, и США были вынуждены согласиться на принятие Советом Безопасности ООН 27 сентября 2008 г. резолюции 1835, которая лишь подтверждала действие уже введенных санкций против Ирана на основании резолюций 1696 от 31 июля 2006 г., 1737 от 23 декабря 2006 г., 1747 от 24 марта 2007 г. и 1803 от 3 марта 2008 г. В Москве, разумеется, изобразили принятие Советом резолюции 1835 как очередную победу российской дипломатии. На деле же подтверждение Советом с согласия России всех ранее принятых им резолюций означало еще один серьезный удар по Ирану с целью его устрашения и в надежде заставить руководство страны отказаться от программ мирного использования ядерной энергии.

В выступлении 30 сентября 2008 г. на LXIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН президент Ирана М. Ахмадинежад подтвердил мирный характер ядерной деятельности Ирана и обвинил державы, которые голосовали за подтверждение санкций, в попытках оказать на Иран политическое и экономическое давление, а также в стремлении проводить политику давления и угроз в отношении МАГАТЭ. «Сами эти державы, — заявил он, — располагают огромными ядерными арсеналами, которые никто не контролирует, а одна из них привела к трагедии Хиросимы и Нагасаки». Ахмадинежад подчеркнул также, что ООН и Совет Безопасности являются «неэффективными» отчасти из-за влияния, которое оказывают на них эти державы.

Наряду с продолжением политики санкций США изыскивают дополнительные возможности для достижения цели устранения от власти нынешнего режима в Иране. Показательно в этом отношении стремление США форсировать заключение Соглашения о статусе американских войск в Ираке с включением в него положения о возможности вести с иракской территории военные действия против «недружественных государств», читай — против Ирана. В свою антииранскую стратегию США стремятся все глубже втянуть Саудовскую Аравию и другие государства Персидского залива.

Используя многочисленные резолюции Совета Безопасности ООН, касающиеся Ирака и Афганистана, США всячески пытаются ограничить суверенитет этих государств, где они преуспели насадить марионеточные режимы. На переговорах в Вашингтоне о заключении упомянутого соглашения с Ираком американцы добивались, например, права налагать вето на любые международные соглашения Ирака в военной области, а также сохранения на его территории 60 военных баз. В числе других требований США назывались продолжение контроля над воздушным пространством Ирака и предоставление гарантий иммунитета от уголовного преследования не только для американских военнослужащих, но и для 100-тысячной армии иностранных охранных предприятий.

В связи с истекавшим 31 декабря 2008 г. сроком пребывания многонациональных сил на земле Ирака, установленным резолюцией 1790 Совета

Безопасности ООН от 18 декабря 2007 г., разработка соглашения была ускорена. Подписанное в ноябре 2008 г. между Ираком и США Соглашение о статусе и сроках пребывания американских войск на территории Ирака предусматривало их вывод из городов Ирака до 30 июня 2009 г., а полный вывод с территории страны — к 31 декабря 2011 г. В соглашении сохранялись многие положения первоначального проекта, наносящие ущерб суверенитету Ирака и допускающие при определенных условиях сохранение в Ираке американских войск.

Выполняя соглашение, администрация Обамы завершила вывод американских войск из городов Ирака в намеченный срок, а решением президента Ирана Д. Талабани 30 июня было даже провозглашено Днем национального суверенитета. Однако американские оккупанты продолжают топтать землю Ирака: сокращенный при Обаме до 130 тыс. американский военный контингент (за счет чего на 20–30 тыс. солдат увеличены войска США в Афганистане) дислоцирован теперь на 30 американских военных базах на территории Ирака, крупнейшие из которых находятся в непосредственной близости от Багдада рядом с международным аэропортом («Кэмп-Вик- тория») и в пригороде Мосула («Марез»). К тому же 10 тыс. американских военнослужащих и представителей спецслужб продолжают свою деятельность и в городах Ирака в качестве советников и инструкторов соответствующих иракских структур.

По данным на 1 июля 2009 г. в Ираке погибло 4 321 американских военнослужащих. Всего по сведениям ИТАР-ТАСС, в Ираке были задействованы военнослужащие из 35 государств. В 2008 году страну уже покинули или начали покидать военнослужащие Польши, Армении, Монголии, Грузии, Латвии, Македонии, БиГ, Казахстана, Южной Кореи, Азербайджана, Королевства Тонга, Чехии, Японии, Украины, Болгарии, Литвы, Дании, Молдавии и Албании. Пока не сокращают контингенты Эстония, Румыния, Австралия и Сальвадор, от которых в Ираке находятся в общей сложности 750 военнослужащих. В том, что касается Афганистана, США полны решимости сохранить в своих руках все рычаги управления этой страной, используя в этих целях направленные туда с благословения Совета Безопасности ООН Международные силы содействия безопасности, действующие под общим командованием НАТО. Этим же целям служит и заключенное 14 мая 2008 г. в Вашингтоне Соглашение о стратегическом сотрудничестве между Афганистаном и США. Как сообщило «Независимое военное обозрение» от 6—19 июня 2008 г., подписывая это соглашение, госсекретарь США К. Райс, обращаясь к своему коллеге, министру иностранных дел Афганистана Рангину Спанте, заявила: «США никогда не бросят Афганистан так, как это сделал СССР после вывода своих войск из этой страны. Мы никогда не повторим эту ошибку. Мы являемся и будем в дальнейшем надежными союзниками Кабула». Нужны ли афганскому, как и иракскому народу такие «союзники» покажет будущее. Во всяком случае не приходится сомневаться в том, что рано или поздно установленные США и НАТО оккупационные режимы в этих странах будут сметены волей свободолюбивых народов Ирака и Афганистана.

Не сказал своего последнего слова и палестинский народ, которому США и Израиль в очередной раз пытаются навязать условия капитулянтского мира, лишающие его, по существу, не только реальной возможности, но и самого права создать на своей земле собственное подлинно независимое государство. Характерно, что несмотря на все усилия администрации Буша добиться до конца срока своего пребывания у власти сначала полномасштабного, а затем хотя бы сколько-нибудь значимого «промежуточного» палестино-израильского урегулирования закончились фиаско. Процесс, с такой помпой разрекламированный в Аннаполисе, обернулся очередным крупным поражением США и грозит потянуть за собой в небытие всю так тщательно разработанную схему «демократизации» «Большого Ближнего Востока».

Правда, 16 декабря 2008 г. Совет Безопасности ООН принял по инициативе США резолюцию 1850, в которой заявил о своей поддержке переговоров, начатых в Аннаполисе, и приветствовал рассмотрение «четверкой» ближневосточных посредников возможностей проведения международной встречи в Москве в 2009 году. Однако уже 27 декабря Израиль приступил при явном потворстве со стороны уходившей в небытие администрации Буша к осуществлению давно запланированной и тщательно подготовленной крупномасштабной военной операции в секторе Газа в стремлении на этот раз полностью и навсегда ликвидировать ХАМАС как военную и политическую силу и тем самым обратить вспять укреплявшиеся тенденции к созданию подлинно независимого палестинского государства. Понятно, что если бы Тель-Авиву и его пособникам в Вашингтоне удалось достигнуть этих целей, то и без того мертворожденная конференция в Москве, задуманная по откровенному признанию президента РФ как «продолжение Аннаполиса», о чем шла речь в разделе 3 Главы VI книги, превратилась бы в полнейший фарс и насмешку над национальными чаяниями палестинского народа.

Начавшаяся варварскими массированными бомбардировками сектора Газа израильская агрессия словно огненный смерч прокатилась по палестинской земле и уже в первые дни привела к беспрецедентному количеству жертв и разрушений. Атаки израильской авиации не прекращались ни на минуту. Погибли сотни мирных жителей-палестинцев. Разрушались мечети, школы и больницы, как якобы служившие укрытием для боевиков и террористов. Миру явился фашиствующий сионизм во всем своем зверином обличье и мерзости.

В качестве обоснования совершенного злодеяния, зримо напомнившего о гитлеровских преступлениях, Тель-Авивом были выдвинуты утверждения о том, что за несколько дней до проведения операции, получившей кодовое название «Расплавленный свинец», ХАМАС официально заявил о выходе из соглашения о перемирии, заключенного в Каире между этим движением и Израилем 19 июня 2008 г. при посредничестве Египта сроком на шесть месяцев, т. е. истекавшего 19 декабря того же года. При этом, однако, намеренно замалчивался тот факт, что указанное перемирие постоянно и грубо нарушалось израильской военщиной, изо дня в день совершавшей провокационные прицельные бомбардировки сектора и другие враждебные действия в отношении ХАМАС, на что ХАМАС был вынужден отвечать лишь периодическими обстрелами самодельными ракетами «Кассам» и реактивными снарядами территории Израиля, в результате которых погибло всего несколько израильтян. Продолжала ужесточаться и экономическая блокада сектора, делавшая невыносимой жизнь мирного населения и предопределявшая невозможность сохранения перемирия, становившегося чисто фиктивным. Руководство ХАМАС было, кстати, готово продлить перемирие с Израилем, если Тель-Авив согласился бы снять эту блокаду.

В ночь с 28 по 29 декабря вся мощь суперсовременной авиации и артиллерии Израиля вновь была обрушена на сектор. Объектами ракетно-бомбовых ударов стали Исламский университет, телестудия, склады продовольствия и медикаментов. К операции были подключены ВМС Израиля, подвергнувшие массированному обстрелу пристань Газы. Горели нефтехранилища, рушились подземные коммуникации между сектором Газа и Египтом, через которые население Газы получало помощь и поддержку со времен установления незаконной и преступной блокады сектора. Миф о ракетных обстрелах территории Израиля, как о первопричине конфликта разлетелся вдребезги: всем сколько-нибудь объективным и внимательным наблюдателям было ясно, что речь идет о той самой крупномасштабной наступательной операции против Газы, к подготовке которой согласно приведенным выше заявлениям министра обороны Э. Барака и начальника генштаба ЦАХАЛ Г. Ашкенази (см. раздел 3 Главы VI книги) Израиль приступил еще в середине 2007 года и своеобразной репетицией которой явилась неудачная операция Израиля «Жаркая зима» в начале марта 2008 года.

Новая агрессия Израиля против Палестины, ставившая целью ликвидацию ХАМАС, с самого начала получила поддержку со стороны США. По существу, Ольмерт и Буш были крестными отцами этой агрессии, причем последний, как было показано, не упускал возможности всякий раз подчеркивать, что ХАМАС является чуть ли не главной помехой на пути реализации решений состоявшейся в ноябре 2008 г. под эгидой США конференции в Аннаполисе. Неудивительно поэтому, что когда 27 декабря Совет Безопасности ООН собрался на экстренное заседание для рассмотрения разразившегося кризиса, США дали понять, что они наложат вето на любой проект резолюции, требующей немедленного прекращения огня, тем более на проект, осуждающий военные действия Израиля против Газы. И это несмотря на то, что состоявшаяся дискуссия в Совете выявила фактический «консенсус» в отношении проекта резолюции Ливии, содержавшего, в главном, именно такие требования. В результате такой позиции США принятие Советом конкретных решений, направленных на пресечение израильской агрессии, было с самого начала заблокировано.

В складывавшейся обстановке Совет Безопасности оказался не в состоянии достойно отреагировать на ситуацию даже путем одобрения надлежащего заявления своего председателя, каковым в декабре 2008 г. являлся представитель Хорватии. Все дело ограничилось принятием Советом (редчайший случай в его практике) никого не обязывавшего «Заявления», в котором содержался призыв к обеим сторонам (!) немедленно прекратить насилие и сесть за стол переговоров. Руководству Израиля предлагалось в этой связи прекратить военную операцию, а палестинцам — ракетные обстрелы, как будто это были действия одного порядка и как будто ХАМАС нес равную с Израилем политическую ответственность за кровопролитие в Газе.

К принятию такого рода дипломатической пустышки приложила руки и российская дипломатия, ибо в основу «Заявления», как отмечалось, кстати, и в российской прессе, был положен именно российский проект резолюции, изначально внесенный на рассмотрение Совета. Фактически же с самого начала агрессии Израиля — т. е. с 27 декабря 2008 г. российской руководство ушло в кусты, и все говорило о том, что решительных действий с его стороны в поддержку ХАМАС не последует. Жизнь подтвердила, что ни прием в Москве в марте 2006 г. делегации ХАМАС во главе с Х. Маашалем, ни публичные заявления российского руководства об отказе признавать ХАМАС террористической организацией, ни, наконец, продолжавшиеся и в дальнейшем контакты Москвы с ХАМАС ни в какой степени не были шагами, формирующими основы курса России в вопросах ближневосточного урегулирования.

Речь, в действительности, шла лишь о тактических соображениях, прикрывавших ставку Москвы на решение этих вопросов в рамках Ана- полисского процесса: т. е. на основе сговора США с режимом М. Аббаса в Палестине. В Москве продолжали и продолжают усматривать в М. Аббасе политическую фигуру, все еще способную на отстаивание действительных интересов палестинского народа. И не случайно, что даже в те дни, когда сектор Газа все еще подвергался беспрецедентному насилию со стороны израильских агрессоров, министр иностранных дел России С. Лавров в выступлении на пресс-конференции 16 января 2009 г. по внешнеполитическим итогам 2008 года не нашел слов, осуждающих действия Израиля против ХАМАС, тем более в поддержку этого движения, а делал упор на том, что в Москве продолжают считать председателя ПНА М. Аббаса — «легитимным представителем всего палестинского народа».

Именно М. Аббас должен будет, по словам С. Лаврова, представлять ПНА и на Московской конференции по Ближнему Востоку. Что же касается других ее потенциальных участников, то в этом вопросе Москве, видите ли, еще «предстоит определиться». Было, однако, совершенно ясно, что в соответствии с такой позицией сколько-нибудь существенной роли для ХАМАС на конференции в Москве не отводилось. Движение ХАМАС, выдержавшее на своих плечах напор агрессии колоссальной силы и защищавшее с оружием в руках интересы всего палестинского народа, оказывалось, таким образом, apriori за бортом главных усилий по ближневосточному урегулированию.

И видимо не случайно, что многие наблюдатели довольно-таки цинично объясняли занятую Москвой позицию «стороннего наблюдателя» как диктуемую ожиданием успеха израильской операции в расправе над ХАМАС и в снятии таким образом главного осложняющего фактора для проведения в Москве указанной конференции. Аналогичные соображения высказывались, впрочем, и по отношению к позиции М. Аббаса, который с самого начала событий отделывался громкими заявлениями, осуждавшими Израиль, но не оказал реальной помощи ХАМАС в отпоре агрессору, хотя имел немалые возможности для мобилизации усилий подконтрольных ему отрядов Организации Освобождения Палестины.

Между тем поощряемое Вашингтоном, израильское руководство продолжало наращивать масштабы агрессии, приступив 3 января 2009 г. к проведению второго этапа операции «Расплавленный свинец» — массированному вторжению на территорию сектора Газа регулярных частей ЦАХАЛ. Израильские войска, поддерживаемые танками, артиллерией и вертолетами, проникли глубоко вглубь сектора, разделив его территорию на северную и южную части и стремясь взять в кольцо главные города и населенные пункты. Сектор продолжал подвергаться систематическим бомбардировкам с воздуха. Число погибших мирных палестинских жителей вскоре превысило 500 человек, в их числе более ста женщин и детей.

8 января 2009 г. Совет Безопасности ООН, рассмотрев складывавшееся положение и ссылаясь на свои резолюции 242 (1967), 338 (1973), 1397 (2002), 1515 (2003) и 1850 (2008), принял резолюцию 1860, в которой потребовал «немедленного, устойчивого и соблюдаемого всеми сторонами прекращения огня, ведущего к полному выводу израильских сил из Газы». Совет осудил также «все случаи насилия и жестокости, направленные против мирных жителей и все акты терроризма». Ряд положений резолюции предусматривал меры, направленные на преодоление возникшего «гуманитарного кризиса в Газе» и в защиту «палестинских и израильских мирных жителей». Совет высказывался, в заключение, за возобновление усилий «международного сообщества» для достижения «всеобъемлющего мира» в регионе и приветствовал рассмотрение «четверкой» — в консультации со сторонами — возможности проведения «международной встречи» в Москве в 2009 году.

Резолюция при всей ее эфемерности и неприемлемости исходного пункта о постановке на одну доску агрессора и жертвы агрессии все же являлась шагом в правильном направлении для момента, в который она принималась. Придавало ей вес и то, что она была принята голосами всех членов Совета, за исключением США, которые тем не менее посчитали возможным не применять вето, воздержавшись при голосовании.

Вместе с тем резолюция была открыто проигнорирована Израилем, который готовился по завершении второго этапа операции «Расплавленный свинец» к ее третьему этапу — введению войск в город Газа и к окончательной зачистке сектора от «боевиков ХАМАС». Резолюция, впрочем, была решительно отвергнута и ХАМАС, поскольку она не осуждала агрессора и даже не ставила вопроса о прекращении блокады сектора после заключения перемирия.

Надо сказать, что вооруженные формирования ХАМАС мужественно встретили израильскую агрессию. Руководство движения во главе с Х. Ма- ашалем объявило о начале третьей интифады, и палестинцы заявили, что будут бороться до последней капли крови за свою свободу и независимость. В секторе начались ожесточенные бои с израильскими захватчиками, отнюдь не предвещавшими им быстрого успеха. На Западном берегу р. Иордан, во многих арабских странах, в Лондоне, Париже, Берлине, Риме, Афинах, Мадриде, в столицах и крупных городах других европейских стран, в Америке, в том числе в Нью-Йорке и Вашингтоне, и на других континентах прокатилась волна многотысячных митингов и демонстраций солидарности с палестинским народом. Венесуэла и Боливия заявили о разрыве дипломатических отношений с Израилем.

14 января 2009 г. в Нью-Йорке по требованию арабских стран возобновилась X Чрезвычайная специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН, начавшая свою работу еще в 1997 году и с тех пор возвращавшаяся по просьбе государств-членов ООН к обсуждению вопроса о действиях Израиля на оккупированных арабских территориях в 1998, 1999, 2000, 2001, 2002, 2003, 2004 и 2006 годах. К тому же напомним в этой связи, что вопрос о Палестине и о положении на оккупированных Израилем арабских территориях обсуждался на V, VII и IX Чрезвычайных специальных сессиях Генеральной Ассамблеи ООН соответственно в 1967, 1980 и 1982 годах.

Варварские действия израильской военщины в секторе Газа справедливо подверглись острой критике многими участниками возобновившейся X Чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, и 16 января сессия 142-мя голосами против 4-х приняла резолюцию, которая inter alia призывала Израиль незамедлительно выполнить резолюцию 860 Совета Безопасности ООН от 8 января. Среди «блестящей четверки государств», голосовавших против этого важного документа, оказались США и Израиль.

17 января, к концу 22-го дня с начала операции «Расплавленный свинец» ее жертвами стали почти 1,5 тысяч палестинцев при потере Израилем всего 10 солдат. Ранения получили более 4,5 тысячи человек. По данным ООН, не менее 40 процентов погибших в Газе — женщины и дети. Количество беженцев, покинувших свои дома, составило более 90 тысяч человек. Палестинское бюро статистики сообщило, что за время операции в секторе были полностью разрушены свыше 4 тыс. зданий и около 17 тыс. были повреждены. Общая сумма ущерба составила почти 2 млрд долл.

По данным правозащитной организации «Human Rights Watch», в ходе операции в Газе так же, как и в 2006 году в Ливане, израильская военщина широко применяла запрещенные виды оружия, в частности фосфорные боеприпасы. Хотя белый фосфор не считается химоружием, его использование как против гражданского населения, так и против военных объектов в населенных районах запрещено, как уже отмечалось, Конвенцией о запрещении или ограничения применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие от 1980 г.

15 января израильские войска подвергли бомбардировке находящуюся в Газе штаб-квартиру Ближневосточного Агентства ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ (БАПОР), а еще ранее — 6 января — обстреляли школу в Джабалии, действующую под эгидой ООН. По зданию школы, где находились сотни беженцев, было выпущено пять ракет, в результате чего погибло 42 человека, главным образом женщины и дети. И все это, несмотря на то, что руководство ООН передало израильским войскам точные координаты своих объектов в секторе.

Обстрелам и бомбардировкам подверглась также больница Палестинского Красного Полумесяца в Газе, здание, где располагались штаб-квартиры ряда палестинских и международных СМИ, жилые дома и кварталы в Газе и других городах сектора. В Джабалии был нанесен ракетный удар по мечети во время молитвы, когда там находилось около 200 человек.

Разбою израильской военщины не было предела, но чем дальше, тем становилось все более очевидным, что продолжение агрессии чревато для Израиля серьезными военно-политическими последствиями. Намеченные цели агрессии оказывались недостижимыми. Военная организация ХАМАС не только не была ликвидирована, но, несмотря на понесенные существенные потери, набирала силу. Движение ХАМАС, как руководитель сопротивления, завоевывало все больший авторитет и влияние среди палестинцев и в арабском мире в целом.

С другой стороны, правящая группировка Израиля во главе с «Кадимой» осознавала, что расчеты на «молниеносную победу» над ХАМАС не оправдались, а учитывая приближавшиеся выборы в Кнессет, намеченные на февраль 2009 г., важно было вовремя остановиться, а именно — на рубеже, который еще позволял представить «успешной» непомерно разрекламированную, но фактически уже провалившуюся операцию. Ко всему этому 20 января 2009 г. в США принимала бразды правления администрация Б. Обамы и возникла необходимость передышки для «сверки часов» с новыми хозяевами Белого дома, хотя последние неизменно подчеркивали свое благожелательное отношение к Израилю и его политике на Ближнем Востоке.

В создавшейся ситуации премьер-министр Израиля Ольмерт выступил 18 января 2009 г. с официальным заявлением об одностороннем прекращении «операции» израильских войск в Газе, оговорив, однако, что Израиль оставляет войска на территории сектора и сохраняет за собой право возобновить военные действия в случае атак и ракетных обстрелов со стороны ХАМАС.

Понятно, что такой подход совершенно не устраивал руководство ХАМАС, и оно потребовало скорейшего вывода израильских войск из сектора Газа, а также незамедлительного прекращения его блокады. Тем не менее ХАМАС со своей стороны объявил о прекращении огня на семь дней, и в результате к концу дня 18 января в Газе начало действовать перемирие, хотя и весьма хрупкое и неустойчивое. Принимая во внимание эти обстоятельства, а также в стремлении не осложнять отношений с новой американской администрацией Израиль приступил 19 января к выводу своих войск из Газы, завершив его 21 января, и объявил окончание с этого момента операции «Расплавленный свинец». При всем этом не приходится сомневаться, что ликвидация ХАМАС в секторе Газа, как и Хезболлы в Ливане, как были, так и остаются важнейшими стратегическими целями Израиля независимо от перепетий внутриполитической борьбы и влияния разного рода внешнеполитических факторов.

Состоявшиеся в феврале 2009 г. в Израиле выборы в Кнессет выявили непростую расстановку сил в израильской элите. Среди четырех партий, участвовавших в избирательной кампании, Кадима во главе с министром иностранных дел Ципи Ливни получила 28 мест, Ликуд во главе с Б. Нетаньяху — 27 мест, Наш дом Израиль, возглавляемый А. Либерманом — 15 мест и Авода, руководимая министром обороны Э. Бараком — 13 мест. Поскольку для обладания правом формирования правительства необходимо располагать как минимум 61 местом в 120-местном Кнессете, выход из сложившейся ситуации можно было найти лишь на путях создания широкой коалиции с участием в ней и религиозных партий.

В результате полуторамесячных усилий это удалось сделать лишь Б. Нетаньяху, сформировавшему самый большой коалиционный кабинет в истории Израиля, костяком которого стали Ликуд и Наш дом Израиль, и в который вошли также представители Аводы, а также ШАС и ряда других мелких религиозных партий. Приведенное к присяге 31 марта 2009 г., правительство Нетаньяху-Либермана (последний занял в нем пост министра иностранных дел) развило бурную дипломатическую деятельность, направленную на дискредитацию самой идеи создания независимого палестинского государства. Было заявлено о неприемлемости для Израиля «Дорожной карты» и договоренностей, достигнутых в Аннаполисе в ноябре 2008 г. Более того под вопрос была поставлена даже необходимость продолжения переговоров с М. Аббасом.

Совершенно очевидно, что приход к власти в Израиле правой группировки Б. Нетаньяху, как и агрессия Израиля в секторе Газа еще более отдаляют перспективы достижения справедливого ближневосточного урегулирования. Отнюдь не способствует этому и то, что Вашингтон по договоренности с Тель-Авивом готовится разместить в 2009 г. в Израиле радар системы ПРО, аналогичный тому, который будет установлен на полигоне Брды в

Чехии. Не утихают и продолжающиеся раздаваться из Тель-Авива угрозы «разбомбить Иран». Постоянно угрожая Ирану, провоцируя и подогревая гражданские конфликты в Ливане и Палестине, вашингтонские стратеги и их израильские пособники играют, однако, с огнем, пламя которого может распространиться на весь Ближний Восток.

На Африканском континенте объектом грубых нападок Вашингтона в последнее время стал антиимпериалистический режим в Судане. К развязанной и всячески раздуваемой США пропагандистской кампании, направленной на его дискредитацию и устранение от власти, активно подключился Международный уголовный суд, генеральный прокурор которого Луис Морено-Окампо выдвинул 14 июля 2008 г. против президента этой страны О.Х. аль-Башира официальное обвинение в геноциде населения Дарфура. Это вызывающая и беспрецедентная акция была незамедлительно поддержана Госдепартаментом США, хотя американский Конгресс так и не ратифицировал Римский статут МУС.

В Хартуме и других городах Судана состоялись массовые демонстрации, участники которых протестовали против вмешательства США во внутренние дела суверенного государства. Суданское правительство заявило, что оно не признает юрисдикции МУС и ни при каких обстоятельствах не выдаст президента. Попытки оказать прямое давление на Судан были в той или иной мере осуждены Лигой Арабских Государств, Африканским Союзом, Генеральным секретарем ООН Пан Ги Муном, Россией, КНР и рядом других стран. При этом отмечалось, что действия главного прокурора МУС могут привести к краху миротворческой операции в Дарфуре и чреваты дальнейшим обострением обстановки в Судане и в регионе в целом. Тем не менее 4 марта 2009 г. МУС выдал ордер на арест президента Судана.

О том, что над Суданом и прилегающем к нему регионом Африканского Рога сгущаются тучи свидетельствовали и более серьезные факты. С июля—августа 2008 г. в Аравийском море, Аденском заливе и в районе Индийского океана возле берегов Сомали под видом борьбы против пиратства и охраны грузов направляемой в Сомали гуманитарной помощи, в том числе по линии ООН и других международных организаций, начали концентрироваться корабли 5-го флота ВМС США, а также корабли НАТО, представлявшие Грецию, Турцию, Италию, Францию и Великобританию. К декабрю 2008 г. у побережья Сомали находились уже корабли примерно 30 государств, в основном стран НАТО, а также Индии, Пакистана, Малайзии, Австралии и России.

Известно, что вдоль побережья Сомали — через Аденский залив — проходит транзит 50 процентов мирового потока балкерных (насыпных) грузов, около 30 процентов контейнерных грузов и почти 25 процентов перевозок нефти, что, естественно, привлекает пиратов, совершающих молниеносные вылазки на катерах с целью взятия на абордаж торговых судов и получения крупных выкупов за оказавшихся в заложниках членов их экипажей. По данным СМИ, в 2007 году пираты захватили около 100 кораблей, а с января по ноябрь 2008 года уже 90 судов, двенадцать из которых с экипажами общей численностью примерно в 300 человек продолжали удерживаться к концу 2008 года.

Эксперты считают, что основные базы пиратов-боевиков, откуда они совершают вылазки и куда пригоняют для разгрузки захваченные суда, находятся на севере Сомали, на территориях двух регионов — Сомалиленда и Пунтленда, объявивших себя независимыми государствами. В регионах создана разветвленная инфраструктура, позволяющая совершать крупные операции по реализации захваченных на судах товаров и ценностей, включая военную технику и оружие.

К тому же в неутихающей гражданской войне в Сомали назревали серьезные изменения. Попытки марионеточного проамериканского ставленника — президента Абдуллахи Юсуфа Ахмеда укрепить свое положение с помощью политики «национального примирения», о чем шла речь в разделе 2 Главы IV книги, провалились, и к середине 2008 г., благодаря успешным партизанским действиям силы Союза исламских судов (СИС), пользуясь начавшимся отводом из страны эфиопских войск, восстановили свой контроль над большей частью территории Сомали, за исключением столицы Могадишо, города Байдабо, а также региона Сомалиленда.

Начиная с мая 2008 года, вопрос о пиратстве у побережья Сомали довольно интенсивно и обстоятельно рассматривается в Совете Безопасности ООН, в основном в тесной связи с положением в этой стране. В резолюции 1814 от 15 мая 2008 г. Совет заявлял о своей поддержке вклада ряда государств в обеспечение охраны караванов морских судов с гуманитарной помощью и обращался с призывом к государствам и региональным организациям в тесной координации друг с другом и с заблаговременным уведомлением Генерального секретаря ООН принимать меры, «по просьбе Переходного федерального правительства», для обеспечения охраны судов, занимающихся перевозкой и доставкой такой помощи в Сомали. Совет призывал также страны, предоставляющие войска для Африканского Союза, направляемые на замену уходящим из Сомали войскам Эфиопии, оказывать в надлежащих случаях необходимое для этого содействие.

Последующие резолюции Совета: 1816, 1838 и 1846 соответственно от 2 июня, 7 октября и 2 декабря 2008 г. решительно осуждали все акты пиратства и вооруженного разбоя против судов в территориальных водах и открытом море у побережья Сомали и определяли, что эти акты усугубляют ситуацию в Сомали и представляют угрозу миру и безопасности в регионе.

В резолюции 1846 от 2 декабря 2008 г., принятой Советом Безопасности ООН, как и все предыдущие, по инициативе США и других западных держав, Совет, действуя на основе Главы VII Устава ООН, разрешал государствам и региональным организациям, которые сотрудничают с правительством Сомали, вводить военные корабли и авиацию в территориальные воды Сомали и использовать в их пределах «все необходимые средства» для пресечения актов пиратства и вооруженного разбоя на море. Совет разрешал также конфисковывать у пиратов катера, суда, оружие и другие подобного рода средства и предоставлял государствам право устанавливать свою юрисдикцию над попавшими в их плен пиратами.

Наряду с этим американские и натовские СМИ развернули мощную пропагандистскую кампанию против Союза исламских судов, хотя эта организация не имела никакого отношения к пиратам. СИС без надлежащих доказательств обвиняли в сотрудничестве с «Аль-Каидой», отряды которой перебрались-де в Сомали из Афганистана, скрываясь от возмездия американских «рейнджеров». Несмотря на заключенное исламистами с марионеточным правительством Соглашение о мире и примирении («Джибутс- кое-соглашение» от 19 августа 2008 г.), враждебная кампания против СИС продолжалась. Одновременно проводились операции, направленные на внесение раскола в ряды СИС. В итоге империалистам удалось склонить к сотрудничеству лидера СИС шейха Шарифа Ахмеда, который по результатам выборов 31 января 2009 г. стал новым президентом Сомали, заменившим на этом посту Абдуллахи Юсуфа Ахмеда.

Однако основные силы СИС, руководимые группировкой Аш-Шабааб, вынесшей на своих плечах всю тяжесть борьбы против марионеточного режима и эфиопских войск и объявленной в Вашингтоне «террористической организацией», сохранили свою боеспособность и, продолжая контролировать почти весь юг страны и часть Могадишо, приступили в мае 2009 г. к проведению наступательных операций с целью возвращения к власти в стране. Что касается Переходного федерального правительства, то оно продолжает опираться на силы АС, костяком которых являются контингенты из Уганды и Бурунди. Резолюцией 1872 Совета Безопасности ООН от 26 мая 2009 г. мандат операции АС в Сомали был продлен до 31 января 2010 г.

Особо отметим, что согласно той же резолюции введенное Советом Безопасности ООН в 1992 г. эмбарго на поставки оружия и техническую помощь Сомали не распространяется на соответствующие поставки Переходному федеральному правительству, которое объявлено единственно законным правительством Сомали. Пользуясь этим, США, по сообщениям СМИ, в частности «Независимой газеты» от 29 июня 2009 г., передали этому правительству в мае—июне 2009 г. 40 тонн оружия и перечислили ему около 10 млн долларов на цели борьбы против «Аш-Шабааб» и поддерживающей ее группы «Хизб аль-Ислам».

Вполне определившаяся, таким образом, уже при президенте Обаме ставка США на укрепление очередного марионеточного режима в Сомали проливает новый свет на проблему борьбы против пиратства у берегов этого многострадального государства. За «благородными целями» этой борьбы все явственнее проглядываются контуры зловещего заговора США и НАТО против антиимпериалистических сил в регионе. Весьма показательным в этом отношении был захват пиратами 25 сентября 2008 г. в Индийском океане, у побережья Сомали украинского сухогруза «Фаина», на борту которого находились 33 украинских танка Т-72, зенитные установки, гранатометы, другое современное оружие и боеприпасы общей стоимостью, по оценке специалистов, в 35 млн долларов. Судно «Фаина» с грузом, которым можно оснастить целую армию, следовало под флагом Белиза в кенийский порт Момбаса. Однако по заявлению пиратов захваченные ими на борту «Фаины» документы свидетельствуют о том, что зловещий груз предназначался для повстанцев Южного Судана.

На юге Судана, как уже отмечалось в разделе 7 Главы IV книги, согласно обещанию президента аль-Башира в 2011 году запланировано проведение референдума, который должен либо подтвердить территориальную целостность Судана, либо послужить толчком для отделения Юга. В последнем исходе прямо заинтересованы США, изначально поддерживающие движение сепаратистов Юга Судана против центральной власти в Хартуме. Все это логично увязывается с попытками США дестабилизировать положение в Судане с помощью раздуваемых обвинений властей Судана в геноциде в Дарфуре. В Конгрессе США, принявшем еще в 2004 г. резолюцию о геноциде в Дарфуре, за прямое вмешательство США в Судане, в особенности активно выступали представители Демократической партии, тесно связанные с нынешним американским президентом Бараком Обамой.

С учетом всех этих обстоятельств представляется, что концентрацию флотов США, НАТО, а в последнее время и ЕС у побережья Сомали следует рассматривать не столько как вызываемую необходимостью борьбы против пиратства, сколько своего рода операцию по подготовке возможных масштабных военных акций, направленных на утверждение господства империализма в регионе Африканского Рога и Судана. И несомненно, что вполне определенную ценность для организаторов такого рода акций будут иметь упомянутые резолюции Совета Безопасности ООН. Не говоря уже о принятой по инициативе США резолюции 1851 Совета Безопасности от 16 декабря 2008 г., которая в принципе допускает возможность высадки десантов морской пехоты в прибрежных районах Сомали под предлогом необходимости ликвидации расположенных там баз и объектов пиратства.

Отметим также, что с декабря 2008 г. на рассмотрении Совета Безопасности ООН находится просьба премьер-министра «Переходного федерального правительства» Сомали Нур Хасана Хусейни о срочном направлении в эту страну миротворческих сил ООН формально для «заполнения вакуума безопасности», который может образоваться после завершения вывода оттуда войск Эфиопии. О возможности учреждения «миротворческой операции» в Сомали в довольно определенной форме говорится в резолюциях 1863 и 1865 Совета Безопасности ООН соответственно от 16 и 27 января 2009 г., при том понимании, что до этого момента в Сомали будут задействованы «временные стабилизационные силы» Африканского Союза. Понятно, что речь идет о попытке марионеточного режима удержаться у власти теперь уже с помощью миротворцев АС и ООН. Нельзя, конечно, исключать, что Совет под давлением американцев санкционирует новую операцию ООН в Сомали. Однако в складывающейся ситуации такая операция едва ли сможет эффективно послужить делу установления мира в этой многострадальной стране.

Интриги и заговоры плетутся империализмом и в других частях Африканского континента. В июне—июле 2008 г. США и Великобритания предприняли массированные усилия к тому, чтобы добиться, наконец, осуществления своих многолетних замыслов, направленных на расправу с антиимпериалистическим режимом Р. Мугабе в Зимбабве. Выдающийся деятель освободительного движения, Мугабе провел 11 лет в застенках английской колониальной тюрьмы. В 1963 г. он основал партию Африканский национальный союз Зимбабве (ЗАНУ), преобразованную впоследствии в ЗАНУ-ПФ (Патриотический Фронт) и возглавившую борьбу народа Зимбабве — тогда английской колонии Южной Родезии — за независимость и свержение существовавшего там расистского режима. Провозглашение независимости Зимбабве состоялось в 1980 году и тогда же, на первых в стране демократических выборах, партия ЗАНУ-ПФ одержала победу над своими соперниками, а ее лидер Мугабе стал первым африканцем, возглавившим правительство Зимбабве, В 1987 г. Мугабе был избран президентом и с тех пор вплоть до настоящего времени неизменно переизбирается на этот пост.

К началу 90-х годов Р. Мугабе, в общем умеренный политический деятель, обладавший, по словам М. Тэтчер, всеми чертами «настоящего африканского джентльмена», стараниями западных империалистических СМИ был превращен в злостного диктатора, деспота и отъявленного «черного расиста». Все дело, однако, в том, что, столкнувшись с категорическим отказом Лондона от взятого Великобританией на себя обязательства при предоставлении независимости Зимбабве оказать финансовую помощь правительству этой страны в выкупе у английских колонизаторов захваченных ими практически всех плодородных земель, Мугабе инициировал принятие законов, в соответствии с которыми эти земли (так называемые «белые» фермы) были экспроприированы и переданы африканским крестьянам.

В довершение к этому Мугабе решительно отклонил попытки МВФ и Всемирного банка навязать Зимбабве соглашение о «реструктуризации» экономики, ставившее страну под контроль иностранного капитала. Наконец, Мугабе направил зимбабвийские войска в Демократическую Республику Конго, правительство которой обратилось с просьбой о помощи в отражении агрессии Руанды и Уганды, инициированной империализмом.

В свете этих фактов неудивительно, что США и Великобритания сделали всё, чтобы на состоявшихся 29 марта 2008 г. президентских выборах в Зимбабве обеспечить победу своему протеже — лидеру оппозиционного Движения за демократические перемены М. Цвангираи, — который противостоял 84-летнему Мугабе, выдвинувшему в шестой раз свою кандидатуру от ЗАНУ-ПФ на этот пост. Однако Цвангираи не собрал большинства (более 50 процентов) голосов, необходимых для победы в первом туре выборов. По результатам же второго тура, состоявшегося 27 июня, в котором Цван- гираи отказался участвовать, президентом страны был вновь избран Муга- бе, получивший 85,5 процента голосов избирателей.

Откровенные попытки США и Великобритании оспорить результаты президентских выборов в Зимбабве, обвинив режим Мугабе в многочисленных нарушениях при их проведении и подсчете голосов, мало кого убедили. В конце концов Зимбабве — единственная страна к югу от Сахары, в которой президентские и парламентские выборы с момента провозглашения в 1980 г. независимости этой страны проводились регулярно и при соблюдении установленных законом сроков. В этих выборах всегда участвовали представители оппозиции, а правительство никогда не обладало монополией на использование СМИ. Не было секретом и то, что в течение длительного периода времени в Вашингтоне и Лондоне тщательно готовили Цвангираи участь своей марионетки. Не впечатляли, наконец, и попытки Запада спекулировать на тяжелом экономическом положении Зимбабве: хорошо известно, что причиной этому являются не столько ошибки и «неспособность» режима к управлению страной, сколько продолжающаяся почти три десятилетия политика саботажа и незаконных односторонних санкций Запада в отношении Зимбабве.

Тем не менее, когда стало ясно, что расчеты на устранение Мугабе от власти по итогам президентских выборов едва ли себя оправдают, в Вашингтоне и Лондоне не только не одумались, но и удвоили давление на Хараре, чтобы добиться той же цели на этот раз путем прямого вмешательства во внутренние дела Зимбабве. Главная ставка при этом была сделана на Совет Безопасности ООН с учетом того, что на саммите «Большой восьмерки» на Хоккайдо в начале июня 2008 г. президент России в принципе дал согласие на включение в заключительную декларацию этого форума жестких формулировок в отношении режима в Зимбабве. Предполагалось, что такая позиция России разделяется и КНР, не входящей в «Большую восьмерку», но являющейся постоянным членом Совета Безопасности ООН.

Далее США и Великобритания действовали с присущим им вероломством: за спиной России и КНР они в спешном порядке разработали проект резолюции Совета Безопасности ООН (документ S/2008/447), который предусматривал финансовые санкции в отношении Зимбабве, запрет на поставки оружия в эту страну, вводил санкции против Мугабе и 13 других официальных лиц и учреждал пост Специального представителя Генерального секретаря ООН в Зимбабве.

По настоянию Вашингтона и Лондона этот проект резолюции был рассмотрен 12 июля на заседании Совета Безопасности и в тот же день направлен на голосование. Проект, однако, не был принят: за него проголосовали 9 членов Совета Безопасности (США, Великобритания, Франция, Италия, Бельгия, Хорватия, Буркина-Фасо, Коста-Рика, Панама), пять — против (КНР, Россия, ЮАР, Ливия и Вьетнам) и один воздержался (Индонезия).

Двойное вето КНР и России, помешавшее принятию антизимбабвийс- кой-резолюции, само по себе отразило новые веяния в ООН: впервые два постоянных члена Совета бросили открытый вызов попыткам все более наглевшей «сверхдержавы» и ее главному союзнику по НАТО верховодить в Совете и использовать его для вмешательства во внутренние дела суверенного государства, посмевшему сопротивляться диктату колонизаторов. Отметим, однако, что мотивы голосования КНР и России имели свои особенности: для КНР, давно и успешно развивающей сотрудничество с Зимбабве, как и с другими африканскими странами, голосование против резолюции о санкциях в отношении Зимбабве было делом принципа, в то время как для России, подписавшей декларацию «Большой восьмерки», это являлось всего лишь определенным выправлением своей непоследовательной и колеблющейся позиции, весьма характерной для нее и в других вопросах, так или иначе затрагивающих отношения «стратегического партнерства» с США.

Российское вето в Совете Безопасности вызвало особенно бурную реакцию западных СМИ. Россию лицемерно обвиняли в грубом нарушении декларации «Большой восьмерки», хотя в этом документе при всей его ан- тизимбабвийской направленности вопрос о введении против Зимбабве санкций Совета Безопасности ООН конкретно не оговаривался. Наряду с этим отмечалось, что у Запада так или иначе были все основания полагать, что Россия не осмелится противостоять Вашингтону и Лондону в данном вопросе.

В стремлении объяснить причину неожиданного «кульбита» в российской позиции западные СМИ ссылались главным образом на китайский фактор, имея в виду нежелание России осложнять свои отношения с КНР и даже указывая на вероятность прямого давления Пекина на Москву с целью склонить ее к поддержке китайского подхода к зимбабвийской проблеме. К этому уместно добавить, что Москву едва ли устраивало выступление Китая в Совете Безопасности ООН в качестве единственного постоянного члена Совета, выражавшего мнение большинства африканских государства, считавших, что проблему следует урегулировать без вмешательства извне, путем переговоров между Мугабе и Цвангираи с целью создания в Зимбабве правительства национального единства.

Переговорам Мугабе и Цвангираи, начавшимся 10 августа 2008 г. при посредничестве президента ЮАР Т. Мбеки, предшествовало официальное признание Цвангираи и возглавляемым им Движением за демократические перемены легитимности июньских выборов и избрания Мугабе президентом Зимбабве. Однако уже первый раунд переговоров показал, что, опираясь на поддержку США и Великобритании, Цвангираи и его сторонники не оставили мысли не мытьем, так катаньем добиться главенствующих позиций в стране, урезав до минимума полномочия президента. Со своей стороны, Мугабе заявил о намерении возглавить в качестве президента кабинет министров страны, предоставив сторонникам оппозиции лишь второстепенные посты в правительстве.

Выход из тупиковой ситуации продолжал, между тем, настойчиво искать Т. Мбеки, который, осуществляя от имени Африканского Союза посредническую миссию, добивался заключения соглашения о разделе власти между сторонниками Мугабе и оппозицией. И такое соглашение было заключено в сентябре 2008 г., несмотря на то что посредническая деятельность Мбеки с самого начала подвергалась постоянным нападкам со стороны США, обвинявших президента ЮАР в пристрастном отношении к Мугабе и существующему режиму в Зимбабве. Несомненно также, что потерпев поражение в Совете Безопасности ООН, дипломатия США и Великобритании будет и в дальнейшем пытаться использовать трибуну и механизмы Совета, как и Генеральной Ассамблеи ООН в целях дискредитации этого режима и замены его своими ставленниками.

Не менее напористо и прибегая к несовместимым с Уставом ООН методам, США продолжают курс на укрепление своего влияния в Азии. В последнее время это особенно наглядно проявилось в том, что Вашингтон фактически солидаризовался в выступлениями сепаратистов в Тибетском и в Синьцзян-Уйгурском автономном районах КНР. Перед поездкой в Пекин на Олимпиаду президент США подтвердил, что его администрация находится «в жесткой оппозиции к политике Китая в отношении гражданских свобод», что вызвало в КНР законное возмущение и протесты общественности.

В начале августа 2008 г., находясь в Бангкоке по случаю 175-й годовщины установления дипломатических отношений между США и Королевством Таиланд, Буш публично разглагольствовал о необходимости «как можно скорее свергнуть военную тиранию в Бирме» и заявил, что «власти Бирмы должны немедленно выпустить на свободу госпожу Аунг Сан Су Чжи и других политических узников, а затем провести новые выборы».

Как видим, урок поражения США в вопросе о санкциях Совета в отношении Мьянмы не пошел впрок, и в Вашингтоне по-прежнему делают ставку на проведение все новых акций, направленных на вмешательство во внутренние дела этой страны. При этом США рассчитывает, пока что без видимых результатов, на подключение к борьбе против режима в Мьянме и Королевства Таиланд, которое Буш в том же выступлении назвал «главным союзником Америки в Юго-Восточной Азии», памятуя, видимо, о периоде вьетнамской войны, когда на территории Таиланда размещались многочисленные базы американских войск.

Отнюдь не по американскому сценарию развивались события и в Непале после упразднения там в мае 2008 г. монархии и провозглашения Непала республикой. 21 июля 2008 г. Конституционная ассамблея Непала избрала президентом страны лидера Непальского конгресса Рамбарана Ядаву, что вызвало в западных, а также в российских СМИ, скороспелые прогнозы об уходе КПН (м) в оппозицию, об ее устранении от власти и о грядущем «крахе коммунизма» в этой стране. Однако злопыхатели просчитались. Не прошло и месяца, как Конституционная ассамблея подавляющим большинством голосов избрала главою правительства Непала лидера КПН (м) Прачанду (настоящая фамилия Пушпа Камаль Дахал), который с самого начала выступал за скрупулезное выполнение Всеобъемлющего мирного соглашения от 21 ноября 2006 г., одобренного резолюцией 1740 Совета Безопасности ООН от 23 января 2007 г. 18 августа 2008 г. Прачанда был приведен президентом Ядавой к присяге премьер-министра Непала. Правда, в мае 2009 оппозиция вынудила Прачанду подать в отставку, но новым премьер-министром стал Мадхав Кумар Непал, представляющий Объединенную марксистко- ленинскую коммунистическую партию Непала.

Взятая на вооружение США и НАТО политика вмешательства во внутренние дела государств, попрания их независимости и суверенитета, вовлечения их в военные авантюры ради собственных корыстных интересов и утверждения господствующих позиций в различных стратегически важных районах мира во всей своей полноте проявилась в событиях вокруг Южной Осетии и Абхазии. Верные своим повадкам загребать жар чужими руками, США и другие империалистические державы сделали главную ставку в кавказском регионе на фашистский режим Саакашвили в Грузии, которому в принципе отводится та же роль, что и Израилю — на Ближнем Востоке — быть угодливой марионеткой и одновременно — орудием борьбы за усиление влияния империализма на подступах к России, Ирану и Средней Азии.

Решительные действия России в кавказском кризисе (август 2008 г.), признание ею независимости Южной Осетии и Абхазии и заключение договоров между Россией и независимыми республиками о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи создали качественно новую ситуацию в регионе, открывшую путь к реализации договоренностей президентов РФ и Франции от 12 августа и 8 сентября. С 1 октября, как было предусмотрено планом Медведева-Саркози, ЕС начал развертывание миссии своих наблюдателей вокруг Южной Осетии и Абхазии (Мониторинговая миссия ЕС в Грузии — ММЕСГ). Наблюдатели размещались в Поти, Зугдиди, Гори и Базалети. К полуночи 8 октября российские миротворческие силы досрочно были полностью выведены из зон, прилегающих к Южной Осетии и Абхазии. Тем самым Россия завершила выполнение своих обязательств по плану Медведева-Саркози.

15 октября состоялась международная встреча в Женеве, на которой российские представители намеревались договориться совместно с партнерами о путях обеспечения мира и безопасности Южной Осетии и Абхазии. Предполагалось, что в ней примут участие и представители теперь уже признанных независимых республик, которые должны были изложить принципиальные позиции Сухума и Цхинвала напрямую представителям ООН, ОБСЕ, ЕС, а также США. Однако усилиями грузинской делегации, в состав которой были включены одиозные фигуры, якобы представлявшие Абхазию и Южную Осетию, общее заседание встречи было сорвано и дискуссии были перенесены на ноябрь.

Состоявшийся в ноябре 2008 г. второй Женевский раунд прошел в рабочей атмосфере, причем представители Сухума и Цхинвала на равных принимали участие во всех встречах и обсуждениях. По существу же обсуждавшихся вопросов позиции сторон не сблизились. Одновременно стало известно о концентрации грузинского спецназа вблизи Южной Осетии и Абхазии. Затягивалось также решение вопроса о мандате и ответственности ЕС в районах, прилегающих к Южной Осетии и Абхазии, о создании в этих районах надлежащего режима безопасности, имея в виду, что наблюдатели ЕС должны не просто отслеживать обстановку, но и на деле стать гарантами неприменения силы.

Что касается Миссии ООН по наблюдению в Грузии (МООННГ), то естественно, что после событий августа 2008 г. она уже не могла так называться. Поэтому при рассмотрении Советом Безопасности ООН вопроса о продлении мандата МООННГ, заканчивавшегося 15 октября 2008 г., было решено впредь до прояснения ситуации употреблять название — «Миссия Организации Объединенных Наций». Соответственно мандат «Миссии ООН» был продлен резолюцией 1839 Совета Безопасности ООН от 9 октября 2008 г. до 15 февраля 2009 г., а резолюцией 1866 Совета от 13 февраля 2009 г. — «на следующий период, заканчивавшийся 15 июня 2009 года».

На состоявшемся в этой связи 15 июня 2009 г. заседании Совета Безопасности ООН шесть стран-членов НАТО (США, Великобритания, Франция, Германия, Турция и Хорватия), а также Австрия внесли проект резолюции, в котором предложение о дальнейшем продлении «Миссии ООН» прямо увязывалось с подтверждением резолюции 1808 Совета Безопасности ООН от 15 апреля 2008 г., содержавшей положение о территориальной целостности Грузии. Другими словами, проект полностью игнорировал коренное изменение ситуации после событий августа 2008 г. и представлял собой, по сути, попытку реанимировать прежний мандат МООННГ, который фактически прекратил свое действие по причине агрессии Грузии против Южной Осетии.

В итоге голосования проект резолюции «семерки» поддержали десять государств-членов Совета (США, Великобритания, Франция, Турция, Хорватия, Австрия, Япония, Мексика, Коста-Рика, Буркина-Фасо), воздержались четыре: Китай, Вьетнам, Ливия и Уганда. Ввиду того, что против проекта проголосовала Россия, принятие Советом резолюции было заблокировано, что означало, что с 15 июня 2009 г. «Миссия ООН» прекратила свое существование.

Значение вето России состояло в том, что тем самым была пресечена очередная попытка США навязать Совету Безопасности ООН неблаговидную роль прислужника западной дипломатии. Вместе с тем это отнюдь не закрыло путь к созданию международного присутствия в регионе на основе сложившихся новых реалий и в целях содействия стабильности на границе Грузии и Абхазии, обеспечение которой гарантируется теперь двусторонним российско-абхазским Договором о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Отметим в этой же связи, что на грузинской территории, которая прилегает к Абхазии и Южной Осетии продолжает находиться миссия наблюдателей ЕС, и российские военные поддерживают с ней контакт. Там созданы также «женевские механизмы» предотвращения инцидентов, которые задействованы на практике. Что касается Миссии наблюдателей ОБСЕ в Грузии, посты которой располагались в Южной Осетии, то она прекратила свое существование 30 июня 2009 г.

29 октября 2008 г. Государственная Дума РФ единогласно ратифицировала договоры России с Абхазией и Южной Осетией о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи. Это открыло путь к размещению на территории республик российских военных баз и военных контингентов, к налаживанию охраны государственных границ обеих республик и решению других вопросов на основе достигнутых конкретных соглашений, прежде всего о военном сотрудничестве.

Итак, казалось бы кавказский кризис пришел к своему завершению. Грузии и ее кукловодам из Вашингтона оставалось признать жесткие реальности. Однако давление на Россию продолжается, в особенности со стороны США, НАТО и ЕС. Смена администрации США не внесла, как видим, в этом отношении никаких изменений. Играют на том, что твердая позиция России в августе 2008 г. была, по сути дела, вынужденной и прямо не вытекала из последовательного курса России на мирное урегулирование югоосетинского и абхазского вопросов. Ведь заявил же президент Д. Медведев на встрече с политологами на Валдае буквально следующее: «Я не удивлю вас, если скажу, что решение о признании (Южной Осетии и Абхазии. — Авт.), естественно, возникло после начала военных действий, когда мы поняли, что по-другому защитить осетин и абхазов не удастся, что если один раз напился крови, то уже не остановится, если не дать как следует в рыло. Вот тогда это решение и вызрело. Это довольно банальная вещь, но это правда».

Обнадеживает Запад и то, что Москва, по существу, продолжает диктуемую интересами влиятельных сил в руководстве России политику все новых уступок США и НАТО в важных вопросах национальной безопасности. Только теперь эта политика осуществляется под видом реализации доктрин и концептуальных установок, проповедующих «стратегическое партнерство» с НАТО и вступление России в «Евро-Атлантическое сообщество», рекламирующих неизменные «демократические ценности», «партнерство цивилизаций» и верховенство международного права.

Вся эта благообразная фразеология венчается утверждениями о том, что Россия, как «демократическое государство с социально ориентированной рыночной экономикой и независимой внешней политикой», привержена целям установления «справедливого и демократического миропорядка», что ее воздействие на общемировые процессы в этом направлении возрастает, что, встав «на твердую почву национальных интересов», новая Россия «обрела полноценную роль в глобальных делах» и что она оказывает «существенное влияние на формирование новой архитектуры международных отношений».

Приведенные формулировки, взятые из утвержденной президентом России 12 июля 2008 г. Концепции внешней политики Российской Федерации являют собой удивительную смесь лживых посылок касательно природы нынешнего общественного строя в России, необузданного самодовольства, беспочвенных фантазий и устоявшихся затверделых иллюзий насчет мировой системы капитализма, в которую с головой окунулась нынешняя Россия.

Правда, в концепции подспудно проявлялось и недовольство некоторыми действиями США и НАТО в международных делах, что подтверждало оценки, впервые прозвучавшие в выступлении президента России В. Путина в Мюнхене в феврале 2007 г. Однако в концепции заявлялось и о необходимости «перевести российско-американские отношения в состояние стратегического партнерства», а также о важности «поступательного развития взаимодействия в формате Совета Россия-НАТО в интересах обеспечения предсказуемости и стабильности в Евро-Атлантическом регионе». И все это, заметим, спустя лишь несколько месяцев после одностороннего провозглашения с подачи США и НАТО «независимости» Косово и вопреки тому, что в самой же концепции вольно или невольно привлекалось внимание к «стратегии односторонних действий», читай США и НАТО, которая «дестабилизирует международную обстановку, провоцирует напряженность и гонку вооружений, усугубляет межгосударственные противоречия, разжигает национальную и религиозную рознь, создает угрозу безопасности других государств, ведет к росту напряженности в межцивилизационных отношениях». А также вопреки тому, что, как отмечалось в той же концепции, «Россия сохраняет отрицательное отношение к расширению НАТО, в частности к планам приема в члены альянса Украины и Грузии, а также к приближению инфраструктуры НАТО к российским границам в целом.».

В особенности наглядно слабость концепции проявлялась в неадекватности оценок современного международного положения и прежде всего в нежелании признать тот неоспоримый факт, что США и НАТО нигде и никогда не отказывались от претензий на мировое господство и на лидерство в глобализирующемся мире. Не просматривается, к сожалению, этого отказа и в обозримом будущем, сколько бы сладостную картину не рисовали российские СМИ о конце однополярного мира то в связи с провалом американской авантюры в Ираке, то в связи с событиями вокруг Южной Осетии и Абхазии.

В этом контексте нельзя не обратить внимания на то, что содержащиеся в концепции положения о необходимости создания «современной системы коллективной безопасности», обеспечивающей, в частности, «единство Евро-Атлантического региона — от Ванкувера до Владивостока», вообще не предусматривают должных мер по отпору агрессивным и непрекращающимся поползновениям США и НАТО на суверенитет независимых государств, на неотъемлемое право народов избирать свой общественно-политический строй и осуществлять самостоятельно свое политическое, экономическое, социальное и культурное развитие. Концепция в глаза не видит иной альтернативы, как только возведение такой системы совместно с США и НАТО, при том, что эта система, основанная на «стратегическом партнерстве» с США, будет «сосредоточиваться на реальных угрозах», как будто такие угрозы не проистекают именно от агрессивной политики США и НАТО.

Представляя концепцию в выступлении на совещании послов и постоянных представителей России за рубежом 15 июля 2008 г., президент России Д. Медведев отметил, что в современных международных отношениях «по целому ряду направлений» усиливается «крен в сторону силовых методов», унаследованный, видите ли, от прошлого. В таких условиях, подчеркнул он «важно сохранить и выдержку, и трезвость оценок, продолжать грамотно, без конфронтации отстаивать наши национальные интересы». Вместе с тем президент заявил, что «важно давать оценку, а иногда и просто отпор любым попыткам обеспечения национальных или групповых интересов в обход и в ущерб международному праву». Президент не пояснил, однако, каким образом можно «давать отпор», не вызывая конфронтации и делать нелицеприятные оценки, сохраняя их трезвость и выдержанность. В общем получается довольно-таки тонкая материя, но не зря говорят, что где тонко, там и рвется. Впрочем, на опыте последовавшего вскоре кавказского кризиса президент должен был убедиться в том, что ценность могут представлять лишь объективные оценки, а отпор такому закоренелому агрессору как США всегда сопряжен с конфронтацией, если, конечно, стоять на реальной почве и не предаваться иллюзиям.

Любопытно в этой связи положение анализируемой концепции о том, что «Россия не даст вовлечь себя в затратную конфронтацию, в том числе в новую гонку вооружений, разрушительную для экономики и пагубную для внутреннего развития страны». Вопрос, однако, заключается в том, где кончается обеспечение должного уровня военной мощи и обороноспособности страны в условиях навязываемой России теми же США и НАТО гонки вооружений и начинается «затратная конфронтация», а если последняя касается не только военной области, но и решимости давать отпор агрессорам, то не будет ли боязнь конфронтации сдерживать, а в конце концов и нейтрализовывать эту решимость.

Разве не очевидно, что введение в концепцию процитированной формулировки в состоянии лишь нанести ущерб решению задач поддержания обороноспособности страны на необходимом уровне, подорвать боеготовность России к противостоянию агрессору и к защите себя и своих союзников? Об отраженном в концепции двуликом подходе, основанном на рассуждениях насчет «затратной конфронтации», в лучшем случае можно сказать — ни богу свечка, ни черту кочерга, а в худшем — справедливо увидеть в нем предательство жизненно важных интересов безопасности России, во имя которых никакие «затраты» не являются лишними.

Нельзя в этом отношении не заметить, что указанная формулировка концепции весьма удобна для обоснования разрушительных экспериментов, проводимых в течение последних 17 лет над Вооруженными силами России. В особенности это касается реформы, осуществляемой министром обороны России А. Сердюковым, согласно которой предполагается переделать структуру ВС России по американо-натовскому образцу, сократив в ближайшие три года количество частей и соединений в Сухопутных войсках в 12 раз, а в ВВС- ПВО и ВМФ — почти в два раза, урезать Ракетные войска стратегического назначения на треть, а ВДВ — на 20 процентов, уволить в отставку 120 тысяч офицеров, ликвидировать десятки военных учебных заведений, уничтожить институт прапорщиков и мичманов, из-за чего армия может лишиться 140 тысяч опытных младших командиров и технических специалистов.

«Остановить погром армии!» — таков лейтмотив опубликованных в российских СМИ в ноябре 2008 г. Обращения к президенту Российской Федерации и ко всем гражданам России депутатов Госдумы, Заявления офицерских военно-патриотических и ветеранских организаций по поводу объявленного министром обороны РФ очередного этапа «реформирования» Российских вооруженных сил, и Обращения ветеранов Военно-морского флота к президенту России, Верховному главнокомандующему Вооруженными силами РФ. В этих документах привлекается внимание к тому, что реформа, проводимая Сердюковым и его некомпетентными безответственными гражданскими и военными «советниками», грозит стать самой крупной военной катастрофой ВС России в ее истории и что она затеяна именно в тот момент, когда агрессивный характер планов НАТО в отношении России становится предельно очевидным, а военная угроза безопасности России ощутимо нарастает.

На фоне всего этого и с учетом кавказского кризиса очевидно, что утвержденная президентом РФ 12 июля 2008 г. Концепция внешней политики Российской Федерации нуждается в серьезной переработке, что, разумеется, не затрагивает правильности многих, внесенных в нее положений, например, о том, что «центром регулирования международных отношений и координации мировой политики в XXI веке должна оставаться ООН», что Россия должна наращивать диалог с традиционными партнерами — «тройкой» (Россия, Индия, Китай), «четверкой» БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай), о стремлении России вести дело к свертыванию гонки вооружений и демилитаризации космического пространства, о необходимости сохранения статуса пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН при реформе этого главного органа ООН по поддержанию международного мира и безопасности и пр.

Несомненно, что переработанная концепция должна вобрать в себя в соответствующей форме и «пять позиций», на которых должна основываться внешняя политика России, согласно заявлению президента РФ Д. Медведева в интервью телеканалам Россия, Первому и НТВ 31 августа 2008 г., сделанному им с учетом опыта кавказской войны. А именно:

«Первая позиция: Россия признает первенство основополагающих принципов международного права, которые определяют отношения между цивилизованными народами. И в рамках этих принципов, этой концепции международного права, мы будем развивать наши отношения с другими государствами.

Второе, мир должен быть многополярным. Однополярность — неприемлема. Доминирование — недопустимо. Мы не можем принять такое мироустройство, в котором все решения принимаются одной страной, даже такой серьезной и авторитетной, как Соединенные Штаты Америки. Такой мир неустойчив и грозит конфликтами.

Третье, Россия не хочет конфронтации ни с одной страной. Россия не собирается изолироваться. Мы будем развивать настолько, насколько это будет возможно, наши дружеские отношения и с Европой, и с Соединенными Штатами Америки, и с другими странами мира.

Четвертое, безусловным приоритетом является для нас защита жизни и достоинства наших граждан, где бы они ни находились. Из этого мы будем исходить при осуществлении своей внешней политики. Мы будем также защищать интересы нашего предпринимательского сообщества за границей. И всем должно быть понятно, что если кто-то будет совершать агрессивные вылазки, то будет получать на это ответ.

И, наконец, пятое. У России, как и у других стран мира, есть регионы, в которых находятся привилегированные интересы. В этих регионах расположены страны, с которыми нас традиционно связывают дружеские, добросердечные отношения, исторически особенные отношения. Мы будем очень внимательно работать в этих регионах и развивать такие дружеские отношения с этими государствами, с нашими близкими соседями. Вот из этого я буду исходить при осуществлении нашей внешней политики».

«Пять позиций» приобрели еще более актуальное значение в свете соображений, высказанных президентом РФ на встрече с политологами дискуссионного клуба «Валдай» 12 сентября 2008 г. Некоторые из них, касающиеся зон особых интересов государств, комментировались в заключительной части Главы V книги. Здесь же пойдет речь, пожалуй, о главном уроке, вынесенном российским руководством из кавказских событий августа 2008 г. — о конце иллюзий, по поводу того, что так называемая одно- полярная система может быть оптимальной с точки зрения обеспечения справедливого мироустройства и международной безопасности. Таких иллюзий, как признал президент, «было много в начале 90-х годов», пока, по мере развития России, они не стали уменьшаться, а «часть из них просто выветрилась». Такая система безопасности, по наблюдениям президента, «дает капитальные сбои, которые в лучшем случае сопровождаются политическими стычками, возникновением тех или иных политических проблем, изменением границ, а в худшем случае сопровождаются кровью». Такая система «доказала свою абсолютную неспособность справиться с кризисами».

В этом контексте президент поставил вопрос о необходимости создания «другой системы безопасности», которая, «как минимум», полностью соответствовала бы международному праву, «не праву сильного, а международному праву». «И человечество недаром потратило XX столетие, — продолжал президент. — По сути, весь XX век был истрачен цивилизованными народами на то, чтобы создать современную систему международного права. Она не должна умереть в XXI веке. Человечество в XX веке провело несколько кровопролитных войн, потеряло десятки миллионов жизней, но в то же время создало впервые за всю историю полноценную систему международного права, создало систему Организации Объединенных Наций, систему поддержания коллективной безопасности».

Президент заявил далее, что, к сожалению, XXI век начался с отрицания того, что было сделано, выразив убеждение, что необходимо «вернуться к тому, что было накоплено в XX веке, естественно, с учетом современных реалий». При этом было подчеркнуто, что «мир не может быть однополярным», что он «должен включать в себя разные полюсы» и что «полицентричный мир — это единственный способ его сохранения на годы вперед».

Итак иллюзии рассеялись — как сон, как утренний туман. Россия возвращается к «своим баранам» — к Уставу ООН и предусмотренной им системе коллективной безопасности. Только вот из лесу вышел не сговорчивый «партнер», а клыкастый хищник, затравленный неудачной охотой в Ираке и Афганистане и поэтому более разъяренный и опасный. Упрятать его в сети «коллективной безопасности» путем уговоров — зряшное дело, замешанное на новых иллюзиях, за которые пришлось бы расплачиваться и возможно, не одному поколению.

И снова — утайки и увертки — ни слова о Советском Союзе, внесшим решающий вклад в великую Победу, которая и позволила закрепить в Уставе ООН благородные идеи и принципы, в том числе основополагающие принципы международного права. Более того, в той же речи на Валдае президент без обиняков заявил, что «мы не хотели бы проводить на Ближнем Востоке, на Дальнем Востоке и в других местах политику, которою проводил Советский Союз». Так и рвется сказать: «Да не по плечу вам, господа, и не по разуму такая политика. Оставьте!». Но вот — очередная речь президента, на этот раз в минеральном французском Эвиане, куда занесла его нелегкая на конференцию по международной политике. Портрет шагающих по лужайке Медведева и Саркози в «Российской газете». Проникновенный взгляд. И снова — уже на конференции: «Нужно изучать новую Россию, а не возбуждать фантомы Советского Союза». Подтекст: СССР государство тоталитарное и всем угрожавшее, а Россия — страна демократическая и мирная. «Советология, как и паранойя, — заявил президент Д. Медведев в Эвиане, — опасная болезнь». То же самое, однако, можно сказать и о пещерном антисоветизме, на котором нынешнее руководство России тщетно пытается заработать сомнительный политический капитал перед Западом, отменяя праздничный день Великого Октября и прорываясь любой ценой на позиции «равноправного партнера» США и НАТО.

Идея «равноправного партнерства» России с США и НАТО положена в основу и выдвинутой президентом Д. Медведевым в выступлении в Берлине 5 июня 2008 г. инициативы разработки Договора о евроатлантичес- кой-безопасности, своего рода «Хельсинки-2». Идея была широко разрекламирована российскими СМИ и с интересом воспринята в некоторых странах Европы и Америки. К этой идее было привлечено внимание и в выступлении С. Лаврова в общих прениях на LXIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН. В Эвиане президент РФ сообщил, что 7 октября 2008 г. российское руководство официально внесло пять «основополагающих положений» нового договора, содержание которых, в главном, заключается в следующем:

Во-первых, в договоре должны быть закреплены базовые принципы безопасности на основе добрососедства, уважения суверенитета, территориальной целостности и политической независимости государств.

Во-вторых, в ясной форме должна быть подтверждена недопустимость применения силы или угрозы ее применения в международных отношениях. Конфликты же должны урегулироваться исключительно в мирном ключе путем поиска «переговорных развязок».

В-третьих, — это гарантии обеспечения равной безопасности, следуя трем «не»: не обеспечивать свою безопасность за счет безопасности других, не допускать действий, которые ослабляют единство общего пространства безопасности и не позволять, чтобы развитие военных союзов осуществлялось в ущерб безопасности других участников договора.

В-четвертых, необходимо подтвердить, что ни одно государство или международная организация не могут иметь эксклюзивных прав на поддержание мира и стабильности в регионе.

В-пятых, необходимо установить базовые параметры контроля над вооружением и разумной достаточности в военном строительстве.

Президент РФ подчеркнул, что современной Евроатлантике нужна позитивная повестка дня, что предлагаемая система безопасности должна быть равной для всех государств без изоляции кого-либо и без зон с разным уровнем безопасности. Такая система будет призвана объединить всю Евроатлантику на основе единых правил игры и на долгие годы в юридически обязывающей форме обеспечить общие гарантии безопасности. С. Лавровым указывалось также в этой связи, что договор, закрепляющий создание такой системы, должен органично вписываться в правовые рамки Устава ООН и предусмотренных в нем принципов коллективной безопасности.

Идея вовлечения России в евроатлантическое партнерство новизной не блещет. В сущности, она была положена в основу первых внешнеполитических акций победившей контрреволюции, искавшей покровительства, поддержки и помощи Запада для укрепления своих позиций и обеспечения необратимости происшедшего. Ради этого были принесены в жертву жизненно важные национальные интересы России, дано согласие на интервенцию Запада в традиционные исторические зоны ее влияния, практически разрушены ее армия и флот, широко открыты двери для экономической и политической экспансии Запада, ликвидирована Организация Варшавского Договора и т. д. и т. п. По свидетельству президента РФ Д. Медведева, оглашенному на встрече с политологами на Валдае, российское руководство того времени большие надежды возлагало на вступление России в НАТО. Но на Западе, по словам Медведева, «испугались».«Испугались того, что Россия, вот такая вся большая, с очень сложными политическими, экономическими процессами, придется принимать какие-то неочевидные решения, а вдруг она еще делиться на части начнет, возникнет противостояние, придется применять силу. Ну, масса других причин».

Для нас, однако, имеет значение прежде всего мнение самого Медведева. Так вот, оно, это мнение, однозначно: «Испугались. Кстати зря. Точно, сейчас было бы меньше проблем. Мне кажется, это была серьезная ошибка». Подтекст такой — сейчас эту «ошибку» можно исправить, приняв Россию в некое евроатлантическое сообщество под видом создания системы коллективной безопасности в этом регионе. О таких планах недвусмысленно заявляли, начиная с сентября 2007 г. президент В. Путин и министр иностранных дел С. Лавров, что отмечалось в разделе 4 Главы IX книги. В конечном счете все это и вылилось в инициативу президента Д. Медведева, с которой он выступил в Берлине в июне 2008 г.

Совершенно очевидно, однако, что при нынешнем соотношении сил в мире и при том, что агрессивное жало НАТО никуда не исчезло, расчеты на скорое заключение предложенного Россией Договора о евроатлантичес- кой-безопасности обречены на провал. В лучшем случае удастся втянуть Запад в длительные переговоры с тем же конечным результатом. Даже Советскому Союзу потребовалось более двух десятилетий, чтобы привести дело к подписанию Хельсинского Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, принятого лишь 1 августа 1975 г. и к тому же, как оказалось, далеко не во всем отвечавшего интересам СССР. Кроме того, Заключительный акт, не будучи международным договором, не требовал ратификации его парламентами государств. В случае же с Договором о евроатлантической безопасности необходимо будет пройти все эти нелегкие процедуры. Главное же состоит в том, что принятие США и странами НАТО подобного договора потребовало бы от них отказа от политики доминирования в мире, признаков чего на сегодня нет и на обозримое будущее не просматривается. Разразившийся же финансово- экономический кризис может привести к дальнейшей тоталиризации и фашизации США как ключевой империалистической державы со всеми вытекающими последствиями для мира и безопасности на планете.

Итоги состоявшихся 4 ноября 2008 г. президентских выборов в США во многом отразили недовольство правящих кругов США провалами внешней политики республиканской администрации Дж. Буша, в особенности серьезными и долговременными негативными последствиями для США развязанных этой администрацией войн в Ираке и Афганистане, неудачными попытками свергнуть антиимпериалистический режим в Иране и значительным ослаблением американских позиций в Латинской Америке. Победа на выборах сенатора — демократа от штата Иллинойс Барака Обамы, ставшего 44-м президентом США и первым чернокожим главой государства в истории этой страны, разумеется, предвещает новые подходы и нюансы, в том числе во внешнеполитической деятельности демократической администрации, которая к тому же располагает теперь большинством мест как в Палате представителей, так и в Сенате Конгресса США.

Однако Обама, как и его предшественник Буш-младший, являются ставленниками крупного капитала США и поэтому не приходится обольщаться надеждами на отказ нового президента от курса на поддержание лидирующих позиций США в мире. Попытки низвести США, хотя бы словесно, на положение одного из многих и не самого значимого полюса в современном мире, будут и впредь решительно отводиться, а пропаганда западных «демократических ценностей» для внедрения их повсюду только усилится, о чем свидетельствует опыт всех демократических администраций США, в том числе двух предшествовавших администрации Барака Обамы — Дж. Картера (1977–1981) и Б. Клинтона (1993–2001).

Как уже отмечалось, администрация Б. Обамы продолжает милитаристский курс прежних администраций и, по всей видимости, не намерена вносить сколько-нибудь серьезных корректив в политику глобализации системы ПРО и НАТО. США были и остаются застрельщиками гонки вооружений, которая в последние годы выходит на новый уровень, при том, что существует угроза появления новых видов оружия массового уничтожения, таких как геофизическое, лазерное, генетическое, этническое, информационное, пучковое, радиочастотное и других. Из сообщений СМИ известно, что администрация Обамы планирует разработку «нового наступательного кибе- роружия» и уже создает, в частности, в этих целях в структуре Минобороны США новое Киберкомандование, которое дополнит четыре другие существующие функциональные подразделения в этой структуре: Командование сил специальных операций, Объединенное командование, Стратегическое командование, отвечающее за ядерные силы и космос, и Транспортное командование. При Обаме резко усилилось наращивание технологического присутствия США в Антарктиде и Арктике, на Луне и окололунном пространстве. Продолжается курс на милитаризацию космоса.

«Войной Обамы» все чаще называют военные операции в Афганистане, проводимые войсками США и находящимися под фактическим командованием НАТО Международными силами содействия безопасности. Призывая союзников рассматривать войну в Афганистане не изолированно, а в единстве с инициированными Вашингтоном операциями пакистанской армии против талибов на территории пакистанского приграничья с Афганистаном, в Вашингтоне рискуют распространением конфликта на весь огромный регион, где в условиях обладания Пакистаном и Индией ядерным оружием и без того накоплено много горючего материала. «Война Обамы» все больше грозит превратиться для Вашингтона во второй Вьетнам со всеми вытекающими из этого последствиями для положения США в мире.

На грядущее усиление операций США и МССБ в Афганистане указывает и назначение Обамой новым командующим американским военным контингентом в Афганистане генерала С. Маккристала, возглавлявшего с 2003 г. Командование сил специальных операций, а его заместителем — генерала Д. Родригеса, помощника министра обороны США, в прошлом командовавшего элитной 82-й воздушно-десантной дивизией. Укрепляется и дипломатическое обеспечение операций США в Афганистане. Назначенный Обамой своим специальным представителем в Афганистане и Пакистане Р. Холбрук, сыгравший, как отмечалось, крайне неблаговидную роль в югославской трагедии, ныне плетет сеть интриг, направленных на сохранение проамериканских марионеточных режимов в Кабуле и Исламабаде.

Особое внимание администрация Обамы уделяет вопросам взаимодействия на афгано-пакистанском направлении с Россией. В интервью, помещенном в журнале «Шпигель» от 16 февраля 2009 г., министр иностранных дел С. Лавров заявил по этому поводу следующее: «В апреле 2008 г. мы подписали с НАТО договор о транзите невоенных грузов через территорию России в Афганистан. До сих пор такие договоры существовали только с Германией и Францией. Недавно мы подписали аналогичный документ с Испанией. В конце января США обратились к нам с просьбой использовать соглашение с НАТО также и как основу для снабжения американского контингента. Мы сразу дали согласие и помимо этого договорились с НАТО о предоставлении российских военных транспортных самолетов для действующих в Афганистане сил по поддержанию мира».

Продолжая эту линию, российское руководство в ходе визита Б. Обамы в Москву пошло на подписание с США 6 июля 2009 г. межправительственного Соглашения о транзите вооружения, военной техники, военного имущества и персонала через территорию РФ в связи с участием Вооруженных сил США в усилиях по обеспечению безопасности, стабилизации и восстановлению Исламской Республики Афганистан. По сообщениям СМИ, речь идет о 4,5 тыс. военно-транспортных самолетов в год (порядка 13 бортов в день), которые будут перебрасывать на афганский фронт как американских военных, так и их вооружение, включая тяжелое, При этом по информации журнала «Коммерсантъ. Власть» от 13 июля 2009 г. со ссылкой на источник в МИД РФ, транзит самолетов в Афганистан не предусматривает никаких дополнительных платежей, кроме обычных сборов на диспетчерское сопровождение и обслуживание в случае промежуточных посадок. Благодаря этому, Вашингтон будет экономить 133 млн. долларов в год. По условиям Соглашения военные грузы будут доставляться в Афганистан и по железным дорогам России.

Совершенно очевидно, что заключенное Соглашение является вопиющим нарушением суверенитета РФ, а с другой стороны — знаменует собой прямое подключение России к военной стратегии США в Афганистане, направленной на превращение этой страны в опорный пункт американского влияния на Ближнем и Среднем Востоке. И как бы ни изощрялись российские СМИ в стремлении найти «общий интерес» у Вашингтона и Москвы в разгроме талибов и «Аль-Каиды» в Афганистане и Пакистане, фактическое участие России в кровавой авантюре США и НАТО в регионе ложится черным пятном на деяния медведевско-путинского руководства в сфере внешней политики и международных отношений.

В выступлении на пресс-конференции по итогам своего визита в Москву Б. Обама благодарил российское руководство за то, что подписанное Россией «соглашение по военному транзиту» позволит США «сэкономить и ресурсы, и деньги, и время», отметив при этом благоприятные перспективы «будущего российского участия» в решении «огромного количества международных вопросов».

В том же выступлении Б. Обама выразил надежду на присоединение к американской стратегии в Афганистане и Пакистане стран Центральной Азии и, как известно, американская дипломатия давно уже действует на этом направлении, договариваясь о создании военных баз и других военных объектов США на территории всех без исключения стран региона. Отметим в этой связи, что несмотря на состоявшееся в феврале 2009 г. официальное решение руководства Киргизии о закрытии американской военной базы в Манасе, американская дипломатия сумела добиться фактического пересмотра этого решения, и в июле 2009 г. президент Киргизии подписал новое соглашение с США, согласно которому американская база в Манасе останется в Киргизии еще на пять лет.

Не оправдались и ожидания тех, кто связывал с администрацией Барака возможность серьезных перемен в позиции США по вопросам ближневосточного урегулирования. Разве что в ходе визита Нетаньяху в Вашингтон 1819 мая 2009 г. и его переговоров с Обамой израильскому премьер-министру указали на недопустимость отхода Израиля от установок, выработанных на конференции в Аннаполисе, и, в частности, от продолжения переговоров с М. Аббасом, а также на необходимость воздержаться от создания новых израильских поселений на Западном берегу р. Иордан. В целом же, линия Вашингтона на поддержку Израиля как своей главной опоры на Ближнем Востоке осталась неизменной, и от Израиля потребовали лишь более тесной согласованности действий с США, в особенности в отношении Ирана.

В том, что касается Ирана, администрация Б. Обамы с самого начала попыталась откреститься от наиболее одиозных заявлений президента Буша, повсюду расценивавшихся как грубое и неприкрытое вмешательство США в дела этой страны. Более того было заявлено о намерении новой администрации вести с Тегераном прямой диалог, хотя вслед за этим последовали и разъяснения, суть которых заключалась в том, что такой диалог не может длиться бесконечно и что жесткая линия в отношении Тегерана будет продолжена, если там не откажутся от стремления обзавестись ядерным оружием и не прекратят поддержку террористических организаций. Ясно, что такая позиция в Тегеране восторга не вызвала, и иранское руководство заявило, что оно ожидает от новой американской администрации не громких слов, а реальных дел, которые, действительно, способствовали бы нормализации отношений между двумя государствами.

Не секрет, что в последние годы, в том числе и при президенте Б. Оба- ме, американская администрация затратила немало сил и средств для того, чтобы обеспечить на президентских выборах в Иране победу любому альтернативному Ахмадинежаду кандидату в расчете на возможность заставить Иран так или иначе отказаться от политики жесткого противодействия гегемонистким устремлениям США на Ближнем и Среднем Востоке. Однако и на этот раз «пятая колонна» США в Иране не сработала, а переизбрание М. Ахмадинежада на выборах 12 июня 2009 г. на пост президента ИРИ поставило жирный крест на попытках США тихой сапой добиться того, чего им не удалось сделать путем многолетней политики давления, шантажа и угроз в отношении Ирана с использованием, в частности, и услуг ООН.

Более того, сокрушительное поражение, которое Ахмадинежад уже в первом туре голосования нанес своему главному сопернику — Мир-Хос- сейну Мусави (премьер-министру Ирана в 1981—1989 гг.), показало, что нынешний режим в Иране обладает достаточными политическими ресурсами и волей для успешного противостояния политике империалистического диктата. И из этого следует сделать надлежащие выводы не только администрации Б. Обамы, но и незадачливым политикам России, продолжающим в угоду своему «стратегическому партнеру» голосовать в ООН за осуществление санкций в отношении Ирана и не погнушавшимся объявить за несколько дней до президентских выборов в этой стране об очередной отсрочке завершения строительства иранской АЭС в Бушере, которую было обещано сдать в эксплуатацию еще в 1999 году.

Замечено, что с приходом к власти администрации Б. Обамы в Вашингтоне почти не вспоминают ни о широко разрекламированных заявлениях президента Буша о том, что главная опасность международному миру и безопасности исходит якобы от мусульманского мира, ни о концепции «Большого Ближнего Востока», с помощью которой бывший президент пытался нейтрализовать эту «угрозу», преобразовав огромный регион в поле, засеянное «демократиями» по образу и подобию США. Теперь в Белом доме на вооружение взята так называемая концепция «разжатого кулака», преисполненная надежд на установление США мостов дружбы и сотрудничества со всем мусульманским миром, с которым семейство Обамы как бы связано еще и родственными узами. Широкую огласку получили слова Обамы о том, что для США «невозможно думать только о палестино-израильском конфликте и не думать о том, что происходит в Сирии, Иране, Ливане, Афганистане или Пакистане», и что «эти вещи взаимосвязаны». http://typograf.ru/

Жизнь подтверждает, однако, что реальная политика администрации Б. Обамы на Ближнем и Среднем Востоке не в меньшей степени, чем политика Буша диктуется прежде всего стратегическими интересами США как и решимостью Вашингтона так или иначе сохранить и расширить сферу своего контроля над энергетическими и прочими ресурсами этого региона. И вне сомнения, важнейшим средством для достижения этой цели как была при Буше, так и остается при Обаме политика сохранения и насаждения там приемлемых для США режимов, как было в Ираке и Афганистане, равно как и политика устранения от власти режимов, для США неугодных, будь то в Иране или Судане.

В течение десятилетий, как отмечалось в разделе 2 Главы VII книги, Соединенные Штаты пытались и пытаются любыми способами: от войны до политической и дипломатической изоляции, уничтожить социалистический строй в Корейской Народно-Демократической Республике. Политика администрации Обамы в этом отношении является, по сути, продолжением политики президента Буша, что нашло отражение в последних событиях вокруг КНДР.

Начать с того, что еще в январе 2009 г. на стол нового президента был положен подготовленный рядом американских научно-исследовательских центров доклад «Соединенные Штаты и АТР: стратегия в области безопасности для администрации Обамы», в котором излагались и некоторые рекомендации, касавшиеся стратегии США на Корейском полуострове в свете ядерных программ КНДР. Суть этих рекомендаций, о чем сообщила «Независимая газета» от 2 февраля 2009 г., сводилась к тому, что администрация Обамы не должна упускать из виду «главный приз», который, как разъяснялось, заключается «не в денуклеаризации» Корейского полуострова, а в появлении, в конечном счете, объединенной Кореи, которая станет «глобальным партнером США в мировых делах».

Неудивительно в этом контексте, что в США, а также в Японии и Южной Кореи была поднята невообразимая шумиха в связи с запуском в КНДР 5 апреля 2009 г. с полигона «Мусудан» ракеты «Ынха-2» — «Млечный путь» и выводом на орбиту искусственного спутника связи «Кванмесон-2» — «Яркая звезда», о чем в Пхеньяне было объявлено заблаговременно — еще 21 марта. Истеричные заявления, последовавшие из Токио и Сеула, сопровождались появлением в Восточно-Корейском море японских и южнокорейских ракетных эсминцев, причем в Токио была поставлена и провозглашена, в качестве государственной, задача «сбить» спутник КНДР в случае его запуска.

С нападками на КНДР обрушились и российские СМИ. В статье, опубликованной в «Независимой газете» от 15 апреля, проректор Дипломатической Академии МИД РФ Е. Бажанов, ранее специализировавшийся на популяризации расхожих утверждений о «китайской угрозе» России, прямо обвинил «тоталитарный режим в Пхеньяне» в «склонности к авантюрам» и в «провокационных действиях». Отметим в этой связи и опубликованную в той же газете еще 16 февраля 2009 г. статью бывшего замминистра иностранных дел РФ Г. Кунадзе, известного своими «симпатиями» к Японии, вплоть до передачи ей Курильских островов, статью, в которой этот ныне ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН провокационно называл режим в Пхеньяне «квазимонархическим» и разглагольствовал о рецептах «лечения ядерных амбиций КНДР».

Созванный по инициативе Японии Совет Безопасности ООН оказался не в состоянии принять какую-либо резолюцию в связи с запуском КНДР ракеты «Млечный путь», который на Западе представили в качестве предназначенного для испытания ракеты повышенной дальности «Тэпхондон-2». Принятию такой резолюции помешали Китай и Россия. Однако на заседании Совета 13 апреля 2009 г. было одобрено Заявление председателя Совета Безопасности ООН, которое осуждало произведенный в КНДР 5 апреля 2009 г. «пуск», как противоречащий резолюции 1718 Совета Безопасности ООН от 14 октября 2006 г. и требовало, чтобы КНДР «не производила никаких дальнейших пусков». Согласно Заявлению (Документ S/PRST/2009/7) Совет призвал все государства — члены ООН «полностью выполнить» свои обязанности по резолюции 1718 Совета, т. е. осуществить все введенные против КНДР санкции. Совет высказался также за возобновление шести- сторонних переговоров и за полное осуществление Совместного заявления «шестерки» от 19 сентября 2005 г., в котором, как отмечалось в разделе 2 Главы VII книги, указывалось, среди прочего, на необходимость отказа КНДР от своих ядерных программ.

Реакция КНДР на явный шантаж со стороны Совета Безопасности ООН была вполне ожидаемой — жесткой и непреклонной. Официально с самого начала было заявлено, что в Пхеньяне не считают запуск искусственного спутника нарушением резолюции 1718 Совета Безопасности ООН. В специальном заявлении МИД КНДР объявил о возобновлении работы ядерного комплекса в Йонбене, который был ранее частично демонтирован, а также о намерении Пхеньяна построить собственный реактор на легкой воде, предназначенный для выработки ядерного топлива исключительно в мирных целях. Было также объявлено о выходе КНДР из шестисторонних переговоров ввиду того, что они оказались бесполезными и использовались для оказания давления на КНДР. Пхеньян прекращал всякое сотрудничество с МАГАТЭ, а инспекторам агентства было предложено в кратчайший срок покинуть КНДР.

Попытки США и империалистических держав заставить КНДР отказаться от каких бы то ни было ядерных программ сочетались с серией провокационных действий проамериканского режима Ли Мен Бака в Южной Корее, направленными на пересмотр политики «солнечного тепла» в отношении КНДР. В этих условиях руководство КНДР еще в январе 2009 г. аннулировало все ранее подписанные с Южной Кореей соглашения, которые касались военной сферы, включая договоренности об окончании конфронтации, мерах по снижению напряженности, взаимному уважению госсистем друг друга, об отказе от враждебной пропаганды в отношении друг друга в районе демилитаризованной зоны, установлении линии связи между военно-морскими силами обеих сторон и ряд других. Вся ответственность за такие действия была возложена на Южную Корею

Шантаж и давление на Пхеньян со стороны империалистических держав усилились после того, как 25 мая 2009 г. КНДР провела успешное испытание ядерного устройства, произведя подземный ядерный взрыв, осуществленный, как пояснялось, " в рамках мер по всестороннему укреплению самостоятельных сил ядерного сдерживания», что «явилось вкладом в защиту суверенитета страны и социализма, а также в обеспечение мира и безопасности на Корейском полуострове и в регионе». Мощность ядерного устройства, по оценке экспертов, была равна мощности американской атомной бомбы, сброшенной в 1945 г. на Хиросиму и составила 20 кило- тонн по тротиловому эквиваленту, что превышало мощность взорванного в КНДР 9 октября 2005 г. первого ядерного устройства, оценивавшуюся в 5–15 килотонн. К тому же несколько часов спустя КНДР осуществила три пуска ракет дальностью более 100 км.

Испытание ядерного оружия в КНДР президент США Б. Обама охарактеризовал как провокацию, ведущую «к усилению международной изоляции Северной Кореи», указав также, что попытки Пхеньяна разрабатывать ядерное оружие и баллистические ракеты представляют собой «опасность для международного сообщества». При этом, разумеется, ничего не было сказано о причинах таких действий Пхеньяна, как были оставлены без внимания и факты обретения в последние годы ядерного оружия Израилем, Индией и Пакистаном. Аналогичная реакция на испытание ядерного оружия в КНДР последовала из Японии, стран Евросоюза, а также со стороны Генерального секретаря ООН.

В Сеуле дело не ограничилось нагнетанием враждебной КНДР пропагандистской кампании. Власти Южной Кореи объявили о решении Сеула присоединиться к Инициативе по безопасности в области нераспространения (ИБОР), которая, как уже отмечалось в разделе 4 Главы III книги, предусматривает возможность досмотра судов стран, заподозренных в нелегальной торговле оружием массового уничтожения. В ответ КНДР заявила, что больше не считает себя связанной условиями Соглашения о перемирии 1953 года и что посягательства на ее суверенитет получат решительный отпор, откуда бы они не исходили.

Созванный по инициативе Японии и США Совет Безопасности ООН оперативно принял 26 мая Заявление председателя Совета, каковым в мае являлся представитель РФ В. Чуркин, в котором испытание ядерного оружия в КНДР осуждалось, но которое, по существу, тем и ограничивалось. Однако тут же было сообщено, что группа стран во главе с США и Японией займется разработкой фундаментального проекта резолюции, при том, что назначенный Обамой новый Постоянный представитель США при ООН Сюзан Райс потребовала, чтобы эта резолюция была «сильной и с зубами», предусматривая принятие против КНДР далеко идущих экономических и других санкций. Понятно, однако, что значимость этого и других подобных заявлений представителей американской администрации, как и самого президента Обамы, серьезно обесценивалось уже тем, что вопреки своим неоднократным обещаниям президент так и не добился ратификации Конгрессом США Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний.

12 июня 2009 г. Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию 1874, соавторами которой выступили все пять постоянных членов Совета, включая Россию. Резолюция вводила запрет на проведение КНДР новых испытаний ядерного оружия и на пуски с использованием технологии баллистических ракет; накладывала эмбарго на экспорт из КНДР всех видов вооружений и на импорт в КНДР любого оружия, кроме стрелкового оружия и легких вооружений; замораживала активы КНДР, которые могут быть использованы для развития ядерной и ракетной программ, а также призывала государства-члены ООН проводить инспекции в своих портах и на аэродромах грузов, идущих из КНДР или в КНДР, и осуществлять досмотр находящихся в открытом море судов КНДР, заподозренных, на разумных основаниях, в наличии на них материалов, имеющих отношение к ядерным и ракетным программам, или направлять их в порты для досмотра. При этом подчеркивалось, что Совет действует на основании Главы VII Устава ООН и принимает меры на основании Статьи 41 Устава, что исключает применение против КНДР принудительных мер, предусматриваемых Статьей 42 Устава ООН. Совет призывал КНДР незамедлительно и без предварительных условий вернуться за стол шестисторонних переговоров.

В Заявлении МИД КНДР от 13 июня 2009 г. по поводу принятия резолюции 1874 Совета Безопасности ООН отмечалось, что принцип действий КНДР заключается «в ответе на санкции возмездием, а на конфронтацию — полномасштабным противостоянием». В Заявлении подчеркивалось, что теперь отказ от обладания ядерным оружием стал для КНДР «абсолютно невозможным», что КНДР намерена переработать весь имеющийся у нее плутоний в оружейный и продолжать работу по обогащению урана. Было также заявлено, что КНДР даст «решительный военный ответ» на любую попытку блокады со стороны США и их союзников.

Между тем, добившись одобрения Советом серии жестких мер в отношении КНДР, администрация Обамы выступила с провокационными заявлениями о решимости Вашингтона подкрепить силой гарантии безопасности своих военных союзников — Японии и Южной Кореи. Соответственно в Токио вновь заговорили о необходимости создания Японией собственного ядерного оружия, а в Сеуле послышались призывы покончить с социалистическим режимом в КНДР и на этой основе добиться объединения Кореи. В прах рассыпались заверения администрации Обамы о ее намерении вести дело к миру и стабильности в Восточной Азии.

Широковещательные, но вскоре забываемые обещания, двойные стандарты и лицедейство — характерные особенности подхода администрации Обамы к международным делам, в том числе и в ООН. Так, заявив о намерении США нормализировать отношения с Кубой, эта администрация категорически отказывается даже о самой постановки вопроса о снятии экономической блокады, осуществляемой Вашингтоном, вопреки всем нормам международного права, в отношении этой страны с 1962 года. С помпой провозгласив закрытие американской тюрьмы в Гуантанамо, Обама фактически отложил решение этого вопроса на неопределенный срок и к тому же отказался предать суду американцев, виновных в жестоких пытках находящихся там заключенных.

В мае 2009 г. администрация Обамы приняла решение пересмотреть негативное отношение прежней администрации к Совету по правам человека, о чем шла речь в разделе 4 Главы VIII книги, и подала заявку о принятии США в этот орган ООН. За месяц же до этого США отказались вместе с Израилем и рядом западных государств принять участие в работе организованной тем же Советом Обзорной конференции по выполнению Дурбанской декларации 2001 г. и Программы действий по борьбе с расизмом, расовой дискриминацией, ксенофобией и связанной с ними нетерпимостью. Опубликованный в феврале 2009 г. очередной доклад Госдепартамента США о соблюдении прав человека в мире, по обыкновению содержал в себе массу клеветнических заявлений о положении дел с правами человека в целом ряде европейских, азиатских, африканских и латиноамериканских стран.

Несомненно, что в целях отстаивания своих доминирующих позиций в мире, которые пока что сохраняются, хотя и в несколько потрепанном виде вследствие неудачных военных авантюр и влияния мирового финансово-экономического кризиса, США и при Обаме будут активно использовать ООН и другие международные организации для продвижения своих экспансионистских целей. Что касается грядущих реформ ООН, то США, не в меньшей степени, чем Россия, будут стремиться сохранить при всех возможных вариантах правило единогласия постоянных членов Совета Безопасности ООН при принятии им решений по ключевым вопросам поддержания международного мира и безопасности.

В вопросах реформы «финансовой архитектуры мира» США и при Б. Обаме будут продолжать отстаивать в том или ином виде свои ключевые позиции во Всемирном банке и других Специализированных учреждениях ООН финансово-экономического профиля. Со всей очевидностью это было подтверждено позицией США на состоявшемся в апреле 2009 г. в Лондоне саммите 20-и государств с самым мощными экономиками.

Понятно и то, что в ходе переговоров с Россией, в том числе в формате ООН, по проблемам разоружения, нераспространения, урегулирования региональных конфликтов и по другим международным проблемам США и при Б. Обаме с не меньшим упорством, чем ранее, будут стремиться склонять российское руководство к односторонним уступкам, опираясь в этом отношении на благоприятный для них опыт недавнего прошлого. Однако американцы не могут не считаться с тем, что в последние годы на смену иллюзиям в Москве постепенно приходит определенная переоценка реалий складывающейся ситуации.

Об этом довольно четко сказано в Послании, с которым президент РФ Д. Медведев обратился 5 ноября 2008 г. к Федеральному Собранию. 1149 «От того, — заявил президент, — с чем нам приходится сталкиваться в последние годы. (А что это? Это конструирование глобальной системы ПРО, окружение России военными базами, безудержное расширение НАТО и другие „подарки“ России) — складывается устойчивое впечатление, что нас просто испытывают на прочность».

В этой связи президент сообщил о некоторых из принимаемых мер, направленных на эффективное противодействие создаваемым США новым элементам ПРО в Европе. Конкретно было заявлено о том, что Россия воздержится от запланированного снятия с боевого дежурства трех ракетных полков ракетной дивизии, дислоцированной в Козельске, и от расформирования, как намечалось, самой этой дивизии к 2010 году. Кроме того, было сказано, что для нейтрализации при необходимости этих элементов ПРО Россия развернет в Калининградской области ракетный комплекс «Искандер», а также использует и свой ресурс ВМФ. С территории Калининградской области будет осуществляться радиоэлектронное подавление новых объектов системы ПРО США.

В более широком плане президент объявил о решении российского руководства о перевооружении армии и флота современной техникой, а также об утверждении им новой конфигурации Вооруженных сил России, умолчав, однако, о том, что так называемая «реформа Сердюкова», вызвала, как отмечалось, возмущение в военных и общественно-политических кругах страны. Было заявлено также о решимости России крепить интеграционное ядро Союзного государства и Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) и о наращивании объемов и глубины взаимодействия в военно-политической сфере ОДКБ.

Отметив, что в развитии международной обстановки последних лет накопилось много неблагоприятных тенденций, президент подчеркнул, что ответы на новые угрозы могут быть найдены только коллективными усилиями и что именно поэтому Россия выступает за продуманную реформу ООН, за укрепление ее центральной роли и повышение эффективности ее структур и механизмов.

С опорой на коллективные усилия, реализуемые и через ООН, следует, по убеждению президента, предпринять шаги по развитию международного режима контроля над вооружениями, и в этом деле ключевое значение имел бы прогресс в российско-американском взаимодействии. Отметив, что в настоящее время отношения между Россией и США переживают не самый простой период, президент подчеркнул, что «у нас нет проблем с американским народом, у нас нет врожденного антиамериканизма», выразив при этом надежду, что новой администрацией США будет сделан выбор в пользу полноценных отношений с Россией.

В этом же контексте президент говорил о необходимости создания «новой глобальной архитектуры безопасности», для чего, по его мнению, особенно важно добиться результата «на евроатлантическом пространстве, объединяющем Россию, Евросоюз и Соединенные Штаты». Заключение предлагаемого Россией в этой связи договора позволило бы создать «абсолютно четкие и понятные всем правила поведения», «зафиксировать единый подход к разрешению конфликтов» и «прийти к согласованной позиции по созданию надежных инструментов контроля над вооружениями».

В практическом плане президент предложил продолжать работу по укреплению правовых основ международных отношений и, в частности, выработать у всех привычку «соотносить с международным правом свои поступки»,что способствовало бы снижению фактора «жесткой силы» и утверждению коллективного образа действий. Кроме того, в том же практическом плане предложено осуществить «идею формирования полицен- тричной международной системы», создания «подлинно демократической модели отношений, не допуская единоличного доминирования в какой-либо сфере», а также утвердить «универсальные дипломатические методы урегулирования кризисных ситуаций» и, наконец, наладить диалог с партнерами для максимально быстрого формирования новых правил мировой финансовой архитектуры, которая устраняла бы монополию в этой сфере и обеспечивала интересы всех ее участников.

В довершении всего было сказано о необходимости создания в России «одного из ведущих мировых финансовых центров», имея в виду, что в мире будут создаваться много таких центров и что стало быть, «чем выше степень нашей общей взаимозависимости, тем безопаснее и устойчивее будет глобальное развитие». В этом же контексте говорилось о необходимости активизации действий России во внешнеэкономической политике и о важности наращивания ею диверсифицированных связей с членами ЕврАзЭС и другими странами СНГ, с Евросоюзом, с Китаем, с Индией и другими крупными азиатскими странами, не ослабляя при этом внимания и к открывающимся возможностям в Латинской Америке и в Африке. Было также подчеркнуто, что любое взаимодействие Москва будет выстраивать вне зависимости от географии, предельно прагматично, с учетом реальной отдачи для России и ее граждан.

Как видно из послания президента, как, впрочем, и из утвержденной президентом 12 мая 2009 г. Стратегии национальной безопасности РФ до 2020 г., олигархический режим России продолжает искать свое место в рамках мировой капиталистической системы, уповая на то, что его стенания о справедливости и равноправии будут учтены, а его решительное поведение в кавказском кризисе заставит эту систему одуматься и начать трансформироваться в новый миропорядок без конфликтов и войн, без экономических кризисов, без социальных потрясений и революций. В общем, на место утраченных малых иллюзий приходят иллюзии большие и всеохватывающие, иллюзии, игнорирующие огромный опыт борьбы народов против империализма, за свободу и независимость, за мир и социализм. Что касается перечисляемых в этих документах в различных «наборах» принципов и норм международного права, то они надлежащим образом учтены в Уставе ООН, в Хельсинском Заключительном акте и десятках других нормотворческих документов, о чем шла речь и на страницах этой книги.

Конечно, кашу маслом не испортишь, а повторение — мать учения. Но в наше время актуальность приобретают не слова, а реальные действия, направленные на возрождение системы коллективной безопасности, предусмотренной Уставом ООН в ее полном объеме, включая меры по борьбе против агрессии, в защиту прав народов на независимость, свое национальное и социальное освобождение. Совершенно очевидно также, что гонка вооружений, в том числе оружия массового уничтожения, многочисленные кризисы и конфликты современного мира, в том числе и на территории разрушенного Советского Союза, порождены и раздуваются империализмом и избавиться от этого наследия и других язв капиталистической системы трудящееся человечество может лишь сокрушив империализм и создав мировую социалистическую цивилизацию, что вполне сообразуется с объективными законами истории.

* * *

В последнее время в ООН нарастает сопротивление политике империалистических государств, форсирующих гонку вооружений, разрушающих систему переговоров по разоруженческой проблематике, проводящих политику посягательств на суверенитет и независимость народов. В особенности резкой критике подвергаются действия США и НАТО по созданию глобальной системы ПРО, продолжающаяся оккупация войсками США и НАТО Ирака и Афганистана, американо-израильские происки в вопросах ближневосточного урегулирования и разрешения палестинской проблемы, политика постоянных угроз в отношении Ирана, провокационное провозглашение «независимости» Косово, отказ Вашингтона подписать Устав Международного уголовного суда и Киотский протокол. Все большее число государств осознает опасность для всеобщего мира неоколониалистской и интервенционистской политики империалистических держав в Африке и других регионах.

Попытки империализма поставить ООН на колени дают одну осечку за другой. Роль ООН в мире и мировой политике будет возрастать по мере укрепления единства и боевитости прогрессивных и миролюбивых сил. Трибуна ООН и отчасти ее механизмы уже сейчас эффективно используются этими силами для разоблачения политики агрессии и войны, для налаживания отношений дружбы и сотрудничества между народами согласно Уставу ООН.

В мире нарастает сопротивление народов политике империализма. Десятки и сотни тысяч людей, в том числе в США, выходят на улицы городов и селений с протестами против агрессивных замыслов и действий правящих кругов США и НАТО в отношении независимых государств.

Руководители ряда ведущих стран Европейского Союза стремятся так или иначе отмежеваться от наиболее агрессивных проявлений политики американского империализма.

В Азии многие государства, в том числе Китай и Индия, выступают против применения силы в разрешении спорных международных вопросов. Могучим фактором мира стала Китайская Народная Республика. Все прогрессивные силы мира приветствуют ясно выраженную волю китайского народа на XVII съезде Коммунистической партии Китая, подтвердившем, что социализм с китайской спецификой является верной дорогой, которая ведет Китай к успешному построению процветающего, могучего, демократического, цивилизованного и гармоничного современного социалистического государства.

Крупные перемены происходят в Латинской Америке. Наряду с Кубой социалистическое общество строится в Венесуэле. Крепнет единство народов в борьбе против попыток империализма США восстановить свои господствующие позиции на этом континенте. Ключевую роль в этой борьбе играет созданная в 2004 г. новая организация — Боливарианская альтернатива для Америк, в которую входят Венесуэла, Куба, Боливия, Никарагуа, Гондурас и Доминика.

Совершенно очевидно, что ставка империализма США на мировое господство неосуществима, и это начинают понимать многие, в том числе в американском правящем лагере. Но сама экономическая и политическая природа империализма неумолимо ведет к экспансии и агрессии, к захвату новых рынков, сфер приложения капитала, к новому переделу мира. США подталкивает к этому экономический кризис, который в Вашингтоне хотели бы разрешить, и поскорее, путем установления полного контроля над энергетическими ресурсами Ближнего и Среднего Востока, Латинской Америки, Африки и Каспия.

Вспомним данную В. И. Лениным в 1918 году в письме американским рабочим беспощадную характеристику американского империализма, как нажившегося на войне «больше всех» и сделавшего своими данниками «все, даже самые богатые страны». В. И. Ленин отмечал, что «в кровавой истории кровавого империализма» американские миллиардеры — «эти современные рабовладельцы», открыли особенную трагическую страницу, выступив вдохновителями вооруженного похода иностранных интервентов «с целью удушения первой социалистической республики». 1150 Чем кончится борьба агрессивных и миролюбивых сил? — задавал вопрос И. В. Сталин в 1951 году. И отвечал: «Мир будет сохранен и упрочен, если народы возьмут дело сохранения мира в свои руки и будут отстаивать его до конца. Война может стать неизбежной, если поджигателям войны удастся опутать ложью народные массы, обмануть их и вовлечь их в новую мировую войну». В 1952 г. И. В. Сталин напишет, что пока сохраняется империализм, сохраняется и неизбежность войн и, что, следовательно, «чтобы устранить неизбежность войн, нужно уничтожить империализм». 1151

Настоящая книга посвящена героям борьбы против империализма, за свободу и независимость народов, за мир и социализм. Автор убежден, что только на этом пути могут быть претворены в жизнь благородные цели и принципы, воплощенные в Уставе Организации Объединенных Наций.

Завершение многолетнего труда — подходящий повод для того, чтобы сверить свои сегодняшние оценки проблем, тенденций и событий с теми, которые давались в начале или хотя бы в середине пути. В данном случае такой точкой отсчета может послужить выступление автора на международной конференции «60-летие ООН: осмысление достижений и пути повышения эффективности в XXI веке», состоявшейся 3 ноября 2005 г. в Институте международных отношений Киевского национального университета имени Тараса Шевченко. Ниже приводится его полный текст.

«В своем выступлении хотел бы поделиться некоторыми соображениями на тему о том, что необходимо сделать, чтобы повысить эффективность ООН на главном направлении ее деятельности — в области поддержания международного мира и безопасности.

Отвечая на этот вопрос, считал бы необходимым сделать два предварительных замечания, из которых, как представляется, следует исходить при рассмотрении этой проблематики.

Во-первых, ООН — это не самодовлеющая сила и не мировое правительство, не военно-политический блок и не огородное пугало и тем более не мировой полисмен, в которого хотели бы ее превратить определенные силы. ООН, извините за банальность, — это международная организация независимых государств, основанная на принципе суверенного равенства всех ее членов (Статья 2 Устава ООН).

Во-вторых, речь должна идти не об эффективности ООН вообще, а применительно к тем реалиям, которые существуют в мире. При всей противоречивости современной международной обстановки необходимо выделить опаснейшую тенденцию в ее развитии, а именно претензии единственной сверхдержавы переиначить и перекроить мир на свой лад, захватить и контролировать энергетические ресурсы мира, в первую очередь кладовую нефти, каковой является Ближний и Средний Восток. Отсюда и ставка на продолжающуюся оккупацию Ирака иностранными войсками, на свержение существующих режимов в Сирии и Иране, на создание марионеточных режимов в Палестине и Афганистане.

Вот как, например, оценивает складывающуюся ситуацию вокруг этих проблем газета „Нью-Йорк Таймс“ в свете недавних заявлений президента США Дж. Буша: „За последние недели в выступлениях Буша по поводу ситуации в Ираке и вокруг него происходят едва уловимые, но все же существенные изменения. В нескольких своих выступлениях Буш предупреждает, что мятежи уже дают метастазы и перерастают в гораздо более широкую борьбу за „установление радикальной Исламской империи, которая распространяется от Испании до Индонезии“. И хотя президент все же предсказывает победу, он, кажется, готовит страну к борьбе с масштабами „холодной войны““. Итак, нам грозят по меньшей мере „холодной войной“ на всем огромном пространстве от Испании до Индонезии. Ясно, что речь идет о мусульманском мире, где сосредоточены огромные нефтяные богатства, которые, естественно, принадлежат проживающим там народам и которые понадобились теперь для процветания Америки.

С учетом этих реалий для повышения эффективности ООН в области поддержания международного мира и безопасности необходимы, как представляется, inter alia следующие шаги.

Первое. Важно добиться, используя возможности и механизмы ООН, чтобы государства в своей политике точно следовали Уставу этой международной организации, и в первую очередь тем его положениям, которые регулируют применение силы от ее имени. Не должно быть повторения ситуации марта 2003 г., когда США в союзе с Великобританией применили силу в Ираке, не посчитав нужным обратиться к Совету Безопасности и получить ясно выраженное „добро“ на проведение такой акции. Не должно повториться такой ситуации, когда президент сверхдержавы заявил в своем обращении к нации 17 марта 2003 г.: „Совет Безопасности не сумел справиться со своими обязанностями, а поэтому мы намерены выполнить свои“. Президент умолчал при этом, что Совет Безопасности не сумел справиться с ситуацией именно по причине позиции, занятой США.

Второе. Мировое сообщество, в лице государств-членов ООН, должно, наконец, набраться смелости и квалифицировать неблаговидные действия отдельных государств в соответствии с принятыми ими же самими решениями. Страусиная привычка погружать голову в песок и как бы не замечать того, что происходит — это, по сути, мюнхенская политика, развязавшая в свое время руки гитлеровскому агрессору. Есть, например, четкое определение агрессии (резолюция Генеральной Ассамблеи ООН от 14 декабря 1974 г.), которое позволяет дать единственно правильную оценку нападению США и Великобритании на Ирак и продолжающейся до сих пор оккупации этой страны иностранными войсками. Действия этих государств с самого начала подпадают под Статьи 1,2 и едва ли не под все пункты ключевой Статьи 3 определения агрессии, что сразу же снимает с них нелепый имидж борцов против „международного терроризма“, который разносится СМИ по всему свету. Но ведь если бы эти действия были квалифицированы ООН в точном соответствии с нормами международного права, то вопрос с самого начала стоял бы в совсем другой плоскости — о необходимости осуждения агрессии, применения против агрессоров санкций по Статье 42 Устава ООН и о необходимости немедленного вывода из Ирака оккупационных войск. К сожалению, однако, усилиями определенных сил этот вопрос предстал в ООН в кривом зеркале со всеми вытекающими последствиями.

Третье. Чтобы повысить эффективность ООН в сфере поддержания международного мира и безопасности, необходимо добиться, чтобы мощные и влиятельные государства, считающие себя цивилизованными и далеко продвинутыми „в демократическом отношении“, прекратили вмешиваться в дела других государств с целью смены режимов и установления там угодных им порядков. Устав ООН категорически запрещает такие действия, и это отражено также во многих декларациях и резолюциях Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН. Представляется, что исходя и из целей повышения эффективности ООН, государства — ее члены должны возвысить свой голос против попыток так называемых „неоконсервативных“, а по существу агрессивных, сил республиканской администрации США насильственно „демократизировать“ страны исламского мира, будь то Ирак, Иран, Сирия или Палестина. В конце концов понятие „демократия“ отнюдь не поддается однозначному толкованию. Родилось оно, как известно, в Древней Греции, где кучка элиты благостно рассуждала о демократии, и в то же самое время угнетала десятки и сотни тысяч рабов. Сегодня, кто бы ни говорил о демократии, но только не США, где она подавляется с каждым годом все больше. Обстоятельные материалы по этому вопросу содержатся, например, в Белых книгах, опубликованных в Пекине. На Арабском Востоке и в мусульманском мире, как известно, имеются свои представления о демократии, а в КНР говорят о демократии с китайской спецификой.

Хотел бы подкрепить высказанный тезис заявлением министра иностранных дел РФ С. Лаврова от 20 октября с.г. Он сказал: „Недопустимо унифи- каторство в какой бы то ни было форме, тем более экспорт определенного вида демократии с применением силы и разного рода методов давления“. „Тем более, — продолжал министр, — нетерпимы и контрпродуктивны попытки так называемой смены режимов, преследующие, как правило, вполне определенные внешнеполитические цели, ничего общего не имеющие с интересами устойчивого внутреннего развития стран, ставших объектом такого вмешательства“.

Четвертое. Необходимо добиваться того, чтобы все без исключения государства, члены ООН, строго выполняли резолюции Совета Безопасности, чего требует от них Устав ООН. Ведь если бы Израиль хотел выполнить резолюции 242, 338 и 1397 Совета Безопасности, соответственно от 22 ноября 1967 г., 22 октября 1973 г. и 12 марта 2002 г.-то он давно бы вывел свои войска со всех оккупированных им в 1967 г. арабских территорий и принял бы меры, облегчающие создание независимого палестинского государства. Однако воз и ныне там. Если бы все резолюции Совета Безопасности выполнялись, авторитет ООН был бы незыблем, а ее эффективность значительно возросла. Но опять-таки деятельности ООН на этом направлении препятствуют определенные силы, а в данном случае — и те силы, которые стоят за спиной Израиля.

В этой же связи отметим необходимость и строгого соблюдения государствами существующих норм международного права и, в частности, поддержки борьбы народов за свое национальное освобождение, против агрессии и оккупации с использованием всех средств, имеющихся в их распоряжении. Законность этой борьбы подтверждена, как известно, в многочисленных декларациях и резолюциях Генеральной Ассамблеи ООН, принятых огромным большинством голосов государств-членов этой организации.

Пятое. Важно, что в своем подходе к ООН государства, сколько бы влиятельными они ни были, исключили двойные стандарты. Совершив агрессию против Ирака, Вашингтон использовал в качестве едва ли не главной причины наличие там оружия массового уничтожения. Однако такого оружия в Ираке не обнаружено по той простой причине, что его там не было. Но вот теперь, несмотря на это, подводят базу под возможное нападение на Иран, используя тот же лживый предлог. С другой стороны, мировой общественности известно, что единственной ядерной державой на Ближнем Востоке является Израиль, который располагает таким оружием и средствами его доставки. Но об этом „мировые демократии“ молчат или смотрят сквозь пальцы на происходящее. Разве это не двойной стандарт? И разве такой подход не бьет по авторитету ООН или МАГАТЭ, которому поручено следить за выполнением Договора о нераспространении ядерного оружия?

Шестое. С некоторых пор в ООН явно ослабло внимание к рассмотрению проблем разоружения. Постановка Россией на юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН в 2000 г. вопроса о демилитаризации космического пространства имела в этом отношении особую значимость, и на днях LX сессия Генеральной Ассамблеи ООН большинством в 158 голосов приняла важную резолюцию „Меры по обеспечению транспарентности и укрепления доверия в космической деятельности“.

Между тем в США полным ходом ведется разработка и подготовка к реализации весьма опасных программ милитаризации космоса, которые могут иметь необратимые последствия для международной безопасности. Проголосовав против упомянутой резолюции, США еще раз показали, что интересы милитаристских кругов они ставят выше задач обеспечения прочного мира.

Напомним также, что США вышли из Договора по ПРО 1972 г. и форсируют строительство Национальной противоракетной обороны, охватывающей всю территорию страны. По инициативе Вашингтона в различных районах мира создаются системы ПРО театров военных действий. Опасные последствия такой стратегии состоят и в том, что развивающиеся страны все больше начинают стремиться к обладанию ядерным оружием. Ведь они отказались от создания и приобретения такого оружия именно в надежде на то, что проблемы разоружения получат, наконец, надлежащее решение (Статья VI Договора о ДНЯО). В противном случае возникает критическое положение с реализацией Договора о ДНЯО, что, собственно, уже и признано Генеральным секретарем ООН в его ежегодном докладе LX сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

Из сказанного очевидно, что необходимо в полной мере и активнее использовать имеющиеся возможности и механизмы ООН для того, чтобы положить конец продолжающейся гонке вооружений, в особенности ядерных, и сделать космос открытым лишь для мирной деятельности.

В заключение хотел бы подчеркнуть, что никакие, даже самые глубокие, реформы ООН не помогут этой международной организации эффективно и справедливо разрешать проблемы международного мира и безопасности, если этому не будет сопутствовать миролюбивая политика всех государств-членов ООН, и прежде всего великих держав — постоянных членов Совета Безопасности ООН.

Все это, конечно, не снимает ответственности с ООН за происходящие нарушения мира. ООН и сегодня остается международной организацией, призванной играть центральную роль в разрешении актуальных проблем современности, в первую очередь проблем поддержания международного мира и безопасности. Без ООН существующие угрозы международному миру возросли бы во много раз, и человечеству стало бы весьма неуютно жить на планете Земля».

Сегодня, когда после проведения международной конференции в Киеве прошло почти четыре года, — срок немалый в наше стремительно бегущее время, — внимательный читатель заметит, что тогдашние оценки автора не только не изменились, но и получили более обстоятельную разработку в настоящей монографии. Насколько убедительную — разумеется, судить самому читателю.

Конечно, вместе со временем изменяется и мир. Американская концепция однополярного мира потерпела серьезное поражение в Ираке, Афганистане и в кавказском кризисе августа 2008 г. Но это отнюдь не сняло претензий американского империализма на мировое господство. Pax Americana — американский мировой порядок, был и остается путеводной звездой правящей элиты в Вашингтоне, будь то республиканской или демократической.

В борьбе за достижение этой цели США активно используют объективный процесс интернационализации мирохозяйственных связей. Именно американский капитал, овладев рычагами управления многих крупнейших транснациональных корпораций, стоит за безудержной экспансией им- периалистов-глобализаторов на всех континентах. Именно американская военщина играет ведущую роль в агрессивных военных планах и союзах империализма. Именно американская пропагандистская машина ведет неослабные идеологические кампании и психологические войны против свободолюбивых народов в стремлении лишить их своих духовных ценностей и навязать древнейшим цивилизациям культуру чистогана и прочих «прелестей» империализма, бесстыдно называемых «правами человека» и «демократией».

Глобализация американской системы ПРО, концепция «быстрого глобального удара» и подключение к военному блоку НАТО все новых «союзников» на всех континентах — таковы новейшие проявления стратегии империализма США. Ставка на преимущественное использование военной силы для достижения своих военно-политических целей, на ликвидацию неугодных Вашингтону режимов вне зависимости от их политической окраски, на замену их марионеточными структурами, в особенности в энергетически богатых районах мира, сегодня стала определяющим фактором этой стратегии.

Совершенно очевидно, что в этих условиях всякая сколько-нибудь прочная система международной безопасности должна предусматривать конкретные меры по отпору агрессии и другим посягательствам на суверенитет и независимость народов. Именно такая система коллективной безопасности предусмотрена Уставом ООН.

Попытки уйти от такого понимания системы коллективной безопасности, подменить ее досужими рассуждениями насчет необходимости «коллективного лидерства ведущих государств», которое, выражаясь словами министра иностранных дел России С. Лаврова из его выступления на LXII сессии Генеральной Ассамблеи ООН, «должно быть представительным в географическом и цивилизационном измерениях», бьют мимо цели, да и вообще не вяжутся с элементарным здравым смыслом. Так же, впрочем, как и утверждение о том, что фундаментом такого «неформального механизма» (т. е. «коллективного лидерства ведущих государств») может служить «только ООН», обладающая, видите ли, «уникальной легитимностью».

Уместно спросить, по какому принципу министр разделил все государства на ведущие и неведущие, почему механизм общения «ведущих» должен быть «неформальным» и почему, наконец, идет разговор об «уникальной легитимности ООН», а не конкретно о положениях ее Устава, касающихся поддержания международного мира и безопасности и об обязанности государств, тем более «ведущих», действовать в строгом соответствии с Уставом ООН и нормами международного права?

Тому, что США и другие империалистические державы сплошь и рядом либо игнорировали основополагающие цели и принципы Устава ООН, либо действовали в обход Устава ООН и решений ее Совета Безопасности, а там, где возможно, нагло использовали эту международную организацию в корыстных целях — несть числа примеров в современных международных отношениях. И именно вследствие такой политики империалистических держав ООН нередко оказывалась не на высоте положения, подвергаясь жесткой критике со стороны государств, суверенитет и независимость которых она не сумела защитить.

В октябре 2007 г. Фидель Кастро опубликовал ответное письмо Слободана Милошевича от 30 марта 1999 г. на свое письмо от 25 марта 1999 г. с выражением солидарности с Югославией, подвергшейся агрессии со стороны США. В письме С. Милошевича кубинскому лидеру есть несколько строк о позиции ООН в те тяжелые для Югославии дни. «Совершается преступление не только против Союзной Республики Югославии, как мирного, суверенного и независимого государства, — писал Милошевич, — но и агрессия против всего того, что имеет ценность в мире на пороге XXI века: системы Организации Объединенных Наций, Движения неприсоединившихся стран, основ законного порядка, прав человека и цивилизации в целом». И далее: «Поведение Совета Безопасности Организации Объединенных Наций в отношении агрессии НАТО в СРЮ является поражением для Организации Объединенных Наций. Это очень плохой признак и большое предупреждение для всего мира, в особенности для средних и малых стран, хотя и не только для них». 1147 И действительно, империализм активно и, надо сказать, весьма умело использовал ООН в своих целях на всех этапах югославской трагедии. Добившись отделения Косово от Сербии, западные державы во главе с США и НАТО ведут теперь дело к тому, чтобы закрепить это положение навечно, а с другой стороны — подключить Сербию к ЕС и НАТО и не допустить прихода к власти в Белграде радикальных патриотических сил. Миссия ООН в Косово (МООНК) усилиями Запада и с согласия Генерального секретаря ООН практически уступила место специальной административно-полицейской миссии Европейского Союза (EULEX).

На состоявшихся 11 мая 2008 г. досрочных парламентских выборах в Сербии возглавлявшаяся президентом Б. Тадичем коалиция «За европейскую Сербию» (ЗЕС) в составе Демократической партии (ДП) Тадича и «Г17+" получила 102 и 250 депутатских мандатов, Сербская радикальная партия (СРП) Томислава Николича (руководитель партии В. Шешель находится в тюрьме МТБЮ в Гааге) — 78 мандатов, коалиция Демократической партии Сербии — Новая Сербия (ДПС-НС) Коштуницы-Илича — 30 мандатов и Социалистическая партия Сербии (СПС), возглавляемая Ивицей Дачичем, — 20 мандатов. И хотя существовала, таким образом, реальная возможность создания коалиции против ЗЕС Тадича, она не состоялась из-за того, что СПС Ивицы Дачича — «наследника» С. Милошевича перешла на сторону Тадича, получив обещания, что ее примут в Социнтерн, а также, как сообщали СМИ, — солидную материальную поддержку от ЕС. В результате сформированное в начале июля 2008 г. коалиционное правительство Сербии возглавил Мирко Цветкович от ДП Тадича, а спикером парламента стал один из лидеров СПС Славица Джукич — Деянович, занимавший высокий пост во времена С. Милошевича. Многие наблюдатели считают, что фактически в Сербии была введена президентская форма правления и роль Б. Тадича в управлении государства резко возросла.

Ускоренное вступление Сербии в ЕС — такова главная цель нового кабинета, фактически управляемого Б. Тадичем, и предполагается, что первым шагом на этом пути может стать ратификация подписанного в конце апреля 2008 г. Соглашения о стабилизации и ассоциации с ЕС. Понятно, что ценою будет установление фактической опеки ЕС над Косово.

В составе EULEX, возглавляемой французским генералом Кермабоном, уже к июлю 2008 г. было 2 тыс. иностранных и 1 тыс. местных специалистов, которые руководили полицией, правосудием и таможней Косово в опоре на ооновские многонациональные Силы в Косово. Что касается МООНК, то в своем урезанном виде (до сотни с небольшим персонала) она влачит жалкое существование, хотя и пользуется мандатом Совета Безопасности ООН. В общем, флаг ООН продолжает реять над «независимым» Косово, при том, что МООНК сохраняет за собой лишь функции политического контроля.

В июле 2008 г. сербскими властями был схвачен и выдан МТБЮ в Гааге бывший президент Республики Сербской Радован Караджич. На начавшемся судебном процессе он отказался выслушивать выдвигаемые против него обвинения, заявив, что хотя трибунал и представляет себя как орган международного права, «в действительности речь идет о суде НАТО». Теперь в качестве одного из условий принятия Сербии в ЕС от Белграда требуют ареста и выдачи МТБЮ и другого национального героя Сербии — Ратко Младича. А тем временем крестный отец «независимости» Косово М. Ахтисаари награждается Нобелевской премией мира.

В конце 2008 г. на Западе вышла книга ушедшей в отставку с поста прокурора Международного трибунала по бывшей Югославии Карлы дель Понте «Охота. Я и военные преступники», в которой приводились сенсационные факты чудовищных преступлений косовских руководителей и боевиков в отношении сербов. В книге, в частности, рассказывалось о том, как нынешнее руководство «независимого» Косово сделало состояние на торговле внутренними органами, изъятыми у похищенных сербов, и как Миссия ООН в Косово, возглавлявшаяся тогда нынешним министром иностранных дел Франции Б. Кушнером всячески препятствовала рассмотрению случаев пропажи и похищения людей в Косово. Какими бы соображениями ни руководствовалась Карла дель Понте, преследовавшая в течение многих лет сербских политических и военных руководителей, книга вновь привлекла внимание к преступной деятельности МТБЮ и содействовала нарастанию требований мировой общественности о его роспуске. Тем не менее МТБЮ продолжает функционировать, приговорив в феврале 2009 г. к длительным срокам заключения бывшего вице-премьера правительства СРЮ Н. Шаиновича, генерал-полковника Н. Павковича и начальника штаба МВД провинции Косово С. Лукича. Резолюцией 1877 Совета Безопасности ООН от 7 июля 2009 г. полномочия МТБЮ были продлены до 31 декабря 2009 г.

К середине мая 2009 г. «независимость» Косово признало 58 государств, в том числе все бывшие югославские республики. Последней была Черногория. Но еще 24 июля 2008 г. правительство Сербии приняло решение вернуть послов, отозванных из тех стран ЕС, которые признали косовскую «независимость». Возвращение послов глава МИД Сербии В. Еремич объяснил тем, что при хороших отношениях с ЕС Сербии будет легче бороться за возвращение Косово, а также тем, что это повысит шансы Белграда получить в ближайшем будущем статус кандидата на вступление в ЕС. Возвращения сербских послов, отозванных из других стран (в том числе из США), пока не планируется, так как, по словам Еремича, «это может быть истолковано как отказ от борьбы за территориальную целостность и суверенитет государства».

В начале октября 2008 г. LXIII сессия Генеральной Ассамблеи ООН большинством голосов приняла по предложению Сербии резолюцию об обращении в Международный Суд с просьбой дать экспертное заключение относительно законности одностороннего провозглашения независимости Косово. За резолюцию проголосовало 77 делегаций (Россия, КНР, Индия, Бразилия, Белоруссия, Азербайджан, Казахстан, Киргизия, Узбекистан, Испания, Греция, Кипр, Румыния и др.), воздержались 74 (большинство государств-членов ЕС, Украина, Молдавия, Армения и др.). Против голосовали лишь США, Албания, Маршалловы Острова, Микронезия, Науру и Палау. Процесс рассмотрения этого вопроса может быть долгим и шансы на принятие Международным Судом благоприятного для Сербии решения едва ли стоит переоценивать.

Неспособность ООН в связи с действиями империалистических держав своевременно реагировать на возникающие кризисы и конфликты, оперативно гасить их и принимать действенные меры к их справедливому урегулированию стала в последние годы объектом острой и убедительной критики, в том числе и в стенах самой организации. Характерным в этом отношении было выступление на LXII сессии Генеральной Ассамблеи ООН (2007 г.) президента Ирана М. Ахмадинежада, возложившего на Совет Безопасности ООН большую долю ответственности за сложившуюся ситуацию в мире. Иранский лидер заявил, что Совет, к сожалению, занимает «первое место среди всех неэффективных органов». Некоторые его члены, пользующиеся правом вето, подчеркнул он, «действуют как прокуроры, судьи и палачи», и из-за этого «страны, ставшие объектом посягательств на свои права со стороны этих держав, не надеются получить от Совета Безопасности ООН того, что они заслуживают». Совет Безопасности, отметил Ахмадинежад, в частности «не смог отстоять справедливость и защитить права иранского народа». 1148

В самом деле, прикрываясь резолюциями Совета Безопасности ООН, американские империалисты удваивают усилия, направленные на подготовку все новых авантюр против Ирана. Под нажимом США вновь заколебалось руководство МАГАТЭ, на обоснованность заключений которого о ядерной программе Ирана до последнего продолжали надеяться в Тегеране. Так, в конце мая 2008 г. Генеральный директор МАГАТЭ М. аль-Бара- деи представил Совету Безопасности ООН очередной доклад, в котором наряду с подтверждением прежней позиции в том, что касается отсутствия доказательств наличия у Ирана военной составляющей его ядерной программы, содержалась масса вопросов и формулировок, сеявших сомнения и подозрения на этот счет.

Воспользовавшись туманными формулировками доклада, США попытались договориться со своими «партнерами», в том числе с Россией, о дальнейшем расширении круга и объема санкций против Ирана. Однако на этот раз дело не выгорело, и США были вынуждены согласиться на принятие Советом Безопасности ООН 27 сентября 2008 г. резолюции 1835, которая лишь подтверждала действие уже введенных санкций против Ирана на основании резолюций 1696 от 31 июля 2006 г., 1737 от 23 декабря 2006 г., 1747 от 24 марта 2007 г. и 1803 от 3 марта 2008 г. В Москве, разумеется, изобразили принятие Советом резолюции 1835 как очередную победу российской дипломатии. На деле же подтверждение Советом с согласия России всех ранее принятых им резолюций означало еще один серьезный удар по Ирану с целью его устрашения и в надежде заставить руководство страны отказаться от программ мирного использования ядерной энергии.

В выступлении 30 сентября 2008 г. на LXIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН президент Ирана М. Ахмадинежад подтвердил мирный характер ядерной деятельности Ирана и обвинил державы, которые голосовали за подтверждение санкций, в попытках оказать на Иран политическое и экономическое давление, а также в стремлении проводить политику давления и угроз в отношении МАГАТЭ. «Сами эти державы, — заявил он, — располагают огромными ядерными арсеналами, которые никто не контролирует, а одна из них привела к трагедии Хиросимы и Нагасаки». Ахмадинежад подчеркнул также, что ООН и Совет Безопасности являются «неэффективными» отчасти из-за влияния, которое оказывают на них эти державы.

Наряду с продолжением политики санкций США изыскивают дополнительные возможности для достижения цели устранения от власти нынешнего режима в Иране. Показательно в этом отношении стремление США форсировать заключение Соглашения о статусе американских войск в Ираке с включением в него положения о возможности вести с иракской территории военные действия против «недружественных государств», читай — против Ирана. В свою антииранскую стратегию США стремятся все глубже втянуть Саудовскую Аравию и другие государства Персидского залива.

Используя многочисленные резолюции Совета Безопасности ООН, касающиеся Ирака и Афганистана, США всячески пытаются ограничить суверенитет этих государств, где они преуспели насадить марионеточные режимы. На переговорах в Вашингтоне о заключении упомянутого соглашения с Ираком американцы добивались, например, права налагать вето на любые международные соглашения Ирака в военной области, а также сохранения на его территории 60 военных баз. В числе других требований США назывались продолжение контроля над воздушным пространством Ирака и предоставление гарантий иммунитета от уголовного преследования не только для американских военнослужащих, но и для 100-тысячной армии иностранных охранных предприятий.

В связи с истекавшим 31 декабря 2008 г. сроком пребывания многонациональных сил на земле Ирака, установленным резолюцией 1790 Совета

Безопасности ООН от 18 декабря 2007 г., разработка соглашения была ускорена. Подписанное в ноябре 2008 г. между Ираком и США Соглашение о статусе и сроках пребывания американских войск на территории Ирака предусматривало их вывод из городов Ирака до 30 июня 2009 г., а полный вывод с территории страны — к 31 декабря 2011 г. В соглашении сохранялись многие положения первоначального проекта, наносящие ущерб суверенитету Ирака и допускающие при определенных условиях сохранение в Ираке американских войск.

Выполняя соглашение, администрация Обамы завершила вывод американских войск из городов Ирака в намеченный срок, а решением президента Ирана Д. Талабани 30 июня было даже провозглашено Днем национального суверенитета. Однако американские оккупанты продолжают топтать землю Ирака: сокращенный при Обаме до 130 тыс. американский военный контингент (за счет чего на 20–30 тыс. солдат увеличены войска США в Афганистане) дислоцирован теперь на 30 американских военных базах на территории Ирака, крупнейшие из которых находятся в непосредственной близости от Багдада рядом с международным аэропортом («Кэмп-Вик- тория») и в пригороде Мосула («Марез»). К тому же 10 тыс. американских военнослужащих и представителей спецслужб продолжают свою деятельность и в городах Ирака в качестве советников и инструкторов соответствующих иракских структур.

По данным на 1 июля 2009 г. в Ираке погибло 4 321 американских военнослужащих. Всего по сведениям ИТАР-ТАСС, в Ираке были задействованы военнослужащие из 35 государств. В 2008 году страну уже покинули или начали покидать военнослужащие Польши, Армении, Монголии, Грузии, Латвии, Македонии, БиГ, Казахстана, Южной Кореи, Азербайджана, Королевства Тонга, Чехии, Японии, Украины, Болгарии, Литвы, Дании, Молдавии и Албании. Пока не сокращают контингенты Эстония, Румыния, Австралия и Сальвадор, от которых в Ираке находятся в общей сложности 750 военнослужащих. В том, что касается Афганистана, США полны решимости сохранить в своих руках все рычаги управления этой страной, используя в этих целях направленные туда с благословения Совета Безопасности ООН Международные силы содействия безопасности, действующие под общим командованием НАТО. Этим же целям служит и заключенное 14 мая 2008 г. в Вашингтоне Соглашение о стратегическом сотрудничестве между Афганистаном и США. Как сообщило «Независимое военное обозрение» от 6—19 июня 2008 г., подписывая это соглашение, госсекретарь США К. Райс, обращаясь к своему коллеге, министру иностранных дел Афганистана Рангину Спанте, заявила: «США никогда не бросят Афганистан так, как это сделал СССР после вывода своих войск из этой страны. Мы никогда не повторим эту ошибку. Мы являемся и будем в дальнейшем надежными союзниками Кабула». Нужны ли афганскому, как и иракскому народу такие «союзники» покажет будущее. Во всяком случае не приходится сомневаться в том, что рано или поздно установленные США и НАТО оккупационные режимы в этих странах будут сметены волей свободолюбивых народов Ирака и Афганистана.

Не сказал своего последнего слова и палестинский народ, которому США и Израиль в очередной раз пытаются навязать условия капитулянтского мира, лишающие его, по существу, не только реальной возможности, но и самого права создать на своей земле собственное подлинно независимое государство. Характерно, что несмотря на все усилия администрации Буша добиться до конца срока своего пребывания у власти сначала полномасштабного, а затем хотя бы сколько-нибудь значимого «промежуточного» палестино-израильского урегулирования закончились фиаско. Процесс, с такой помпой разрекламированный в Аннаполисе, обернулся очередным крупным поражением США и грозит потянуть за собой в небытие всю так тщательно разработанную схему «демократизации» «Большого Ближнего Востока».

Правда, 16 декабря 2008 г. Совет Безопасности ООН принял по инициативе США резолюцию 1850, в которой заявил о своей поддержке переговоров, начатых в Аннаполисе, и приветствовал рассмотрение «четверкой» ближневосточных посредников возможностей проведения международной встречи в Москве в 2009 году. Однако уже 27 декабря Израиль приступил при явном потворстве со стороны уходившей в небытие администрации Буша к осуществлению давно запланированной и тщательно подготовленной крупномасштабной военной операции в секторе Газа в стремлении на этот раз полностью и навсегда ликвидировать ХАМАС как военную и политическую силу и тем самым обратить вспять укреплявшиеся тенденции к созданию подлинно независимого палестинского государства. Понятно, что если бы Тель-Авиву и его пособникам в Вашингтоне удалось достигнуть этих целей, то и без того мертворожденная конференция в Москве, задуманная по откровенному признанию президента РФ как «продолжение Аннаполиса», о чем шла речь в разделе 3 Главы VI книги, превратилась бы в полнейший фарс и насмешку над национальными чаяниями палестинского народа.

Начавшаяся варварскими массированными бомбардировками сектора Газа израильская агрессия словно огненный смерч прокатилась по палестинской земле и уже в первые дни привела к беспрецедентному количеству жертв и разрушений. Атаки израильской авиации не прекращались ни на минуту. Погибли сотни мирных жителей-палестинцев. Разрушались мечети, школы и больницы, как якобы служившие укрытием для боевиков и террористов. Миру явился фашиствующий сионизм во всем своем зверином обличье и мерзости.

В качестве обоснования совершенного злодеяния, зримо напомнившего о гитлеровских преступлениях, Тель-Авивом были выдвинуты утверждения о том, что за несколько дней до проведения операции, получившей кодовое название «Расплавленный свинец», ХАМАС официально заявил о выходе из соглашения о перемирии, заключенного в Каире между этим движением и Израилем 19 июня 2008 г. при посредничестве Египта сроком на шесть месяцев, т. е. истекавшего 19 декабря того же года. При этом, однако, намеренно замалчивался тот факт, что указанное перемирие постоянно и грубо нарушалось израильской военщиной, изо дня в день совершавшей провокационные прицельные бомбардировки сектора и другие враждебные действия в отношении ХАМАС, на что ХАМАС был вынужден отвечать лишь периодическими обстрелами самодельными ракетами «Кассам» и реактивными снарядами территории Израиля, в результате которых погибло всего несколько израильтян. Продолжала ужесточаться и экономическая блокада сектора, делавшая невыносимой жизнь мирного населения и предопределявшая невозможность сохранения перемирия, становившегося чисто фиктивным. Руководство ХАМАС было, кстати, готово продлить перемирие с Израилем, если Тель-Авив согласился бы снять эту блокаду.

В ночь с 28 по 29 декабря вся мощь суперсовременной авиации и артиллерии Израиля вновь была обрушена на сектор. Объектами ракетно-бомбовых ударов стали Исламский университет, телестудия, склады продовольствия и медикаментов. К операции были подключены ВМС Израиля, подвергнувшие массированному обстрелу пристань Газы. Горели нефтехранилища, рушились подземные коммуникации между сектором Газа и Египтом, через которые население Газы получало помощь и поддержку со времен установления незаконной и преступной блокады сектора. Миф о ракетных обстрелах территории Израиля, как о первопричине конфликта разлетелся вдребезги: всем сколько-нибудь объективным и внимательным наблюдателям было ясно, что речь идет о той самой крупномасштабной наступательной операции против Газы, к подготовке которой согласно приведенным выше заявлениям министра обороны Э. Барака и начальника генштаба ЦАХАЛ Г. Ашкенази (см. раздел 3 Главы VI книги) Израиль приступил еще в середине 2007 года и своеобразной репетицией которой явилась неудачная операция Израиля «Жаркая зима» в начале марта 2008 года.

Новая агрессия Израиля против Палестины, ставившая целью ликвидацию ХАМАС, с самого начала получила поддержку со стороны США. По существу, Ольмерт и Буш были крестными отцами этой агрессии, причем последний, как было показано, не упускал возможности всякий раз подчеркивать, что ХАМАС является чуть ли не главной помехой на пути реализации решений состоявшейся в ноябре 2008 г. под эгидой США конференции в Аннаполисе. Неудивительно поэтому, что когда 27 декабря Совет Безопасности ООН собрался на экстренное заседание для рассмотрения разразившегося кризиса, США дали понять, что они наложат вето на любой проект резолюции, требующей немедленного прекращения огня, тем более на проект, осуждающий военные действия Израиля против Газы. И это несмотря на то, что состоявшаяся дискуссия в Совете выявила фактический «консенсус» в отношении проекта резолюции Ливии, содержавшего, в главном, именно такие требования. В результате такой позиции США принятие Советом конкретных решений, направленных на пресечение израильской агрессии, было с самого начала заблокировано.

В складывавшейся обстановке Совет Безопасности оказался не в состоянии достойно отреагировать на ситуацию даже путем одобрения надлежащего заявления своего председателя, каковым в декабре 2008 г. являлся представитель Хорватии. Все дело ограничилось принятием Советом (редчайший случай в его практике) никого не обязывавшего «Заявления», в котором содержался призыв к обеим сторонам (!) немедленно прекратить насилие и сесть за стол переговоров. Руководству Израиля предлагалось в этой связи прекратить военную операцию, а палестинцам — ракетные обстрелы, как будто это были действия одного порядка и как будто ХАМАС нес равную с Израилем политическую ответственность за кровопролитие в Газе.

К принятию такого рода дипломатической пустышки приложила руки и российская дипломатия, ибо в основу «Заявления», как отмечалось, кстати, и в российской прессе, был положен именно российский проект резолюции, изначально внесенный на рассмотрение Совета. Фактически же с самого начала агрессии Израиля — т. е. с 27 декабря 2008 г. российской руководство ушло в кусты, и все говорило о том, что решительных действий с его стороны в поддержку ХАМАС не последует. Жизнь подтвердила, что ни прием в Москве в марте 2006 г. делегации ХАМАС во главе с Х. Маашалем, ни публичные заявления российского руководства об отказе признавать ХАМАС террористической организацией, ни, наконец, продолжавшиеся и в дальнейшем контакты Москвы с ХАМАС ни в какой степени не были шагами, формирующими основы курса России в вопросах ближневосточного урегулирования.

Речь, в действительности, шла лишь о тактических соображениях, прикрывавших ставку Москвы на решение этих вопросов в рамках Ана- полисского процесса: т. е. на основе сговора США с режимом М. Аббаса в Палестине. В Москве продолжали и продолжают усматривать в М. Аббасе политическую фигуру, все еще способную на отстаивание действительных интересов палестинского народа. И не случайно, что даже в те дни, когда сектор Газа все еще подвергался беспрецедентному насилию со стороны израильских агрессоров, министр иностранных дел России С. Лавров в выступлении на пресс-конференции 16 января 2009 г. по внешнеполитическим итогам 2008 года не нашел слов, осуждающих действия Израиля против ХАМАС, тем более в поддержку этого движения, а делал упор на том, что в Москве продолжают считать председателя ПНА М. Аббаса — «легитимным представителем всего палестинского народа».

Именно М. Аббас должен будет, по словам С. Лаврова, представлять ПНА и на Московской конференции по Ближнему Востоку. Что же касается других ее потенциальных участников, то в этом вопросе Москве, видите ли, еще «предстоит определиться». Было, однако, совершенно ясно, что в соответствии с такой позицией сколько-нибудь существенной роли для ХАМАС на конференции в Москве не отводилось. Движение ХАМАС, выдержавшее на своих плечах напор агрессии колоссальной силы и защищавшее с оружием в руках интересы всего палестинского народа, оказывалось, таким образом, apriori за бортом главных усилий по ближневосточному урегулированию.

И видимо не случайно, что многие наблюдатели довольно-таки цинично объясняли занятую Москвой позицию «стороннего наблюдателя» как диктуемую ожиданием успеха израильской операции в расправе над ХАМАС и в снятии таким образом главного осложняющего фактора для проведения в Москве указанной конференции. Аналогичные соображения высказывались, впрочем, и по отношению к позиции М. Аббаса, который с самого начала событий отделывался громкими заявлениями, осуждавшими Израиль, но не оказал реальной помощи ХАМАС в отпоре агрессору, хотя имел немалые возможности для мобилизации усилий подконтрольных ему отрядов Организации Освобождения Палестины.

Между тем поощряемое Вашингтоном, израильское руководство продолжало наращивать масштабы агрессии, приступив 3 января 2009 г. к проведению второго этапа операции «Расплавленный свинец» — массированному вторжению на территорию сектора Газа регулярных частей ЦАХАЛ. Израильские войска, поддерживаемые танками, артиллерией и вертолетами, проникли глубоко вглубь сектора, разделив его территорию на северную и южную части и стремясь взять в кольцо главные города и населенные пункты. Сектор продолжал подвергаться систематическим бомбардировкам с воздуха. Число погибших мирных палестинских жителей вскоре превысило 500 человек, в их числе более ста женщин и детей.

8 января 2009 г. Совет Безопасности ООН, рассмотрев складывавшееся положение и ссылаясь на свои резолюции 242 (1967), 338 (1973), 1397 (2002), 1515 (2003) и 1850 (2008), принял резолюцию 1860, в которой потребовал «немедленного, устойчивого и соблюдаемого всеми сторонами прекращения огня, ведущего к полному выводу израильских сил из Газы». Совет осудил также «все случаи насилия и жестокости, направленные против мирных жителей и все акты терроризма». Ряд положений резолюции предусматривал меры, направленные на преодоление возникшего «гуманитарного кризиса в Газе» и в защиту «палестинских и израильских мирных жителей». Совет высказывался, в заключение, за возобновление усилий «международного сообщества» для достижения «всеобъемлющего мира» в регионе и приветствовал рассмотрение «четверкой» — в консультации со сторонами — возможности проведения «международной встречи» в Москве в 2009 году.

Резолюция при всей ее эфемерности и неприемлемости исходного пункта о постановке на одну доску агрессора и жертвы агрессии все же являлась шагом в правильном направлении для момента, в который она принималась. Придавало ей вес и то, что она была принята голосами всех членов Совета, за исключением США, которые тем не менее посчитали возможным не применять вето, воздержавшись при голосовании.

Вместе с тем резолюция была открыто проигнорирована Израилем, который готовился по завершении второго этапа операции «Расплавленный свинец» к ее третьему этапу — введению войск в город Газа и к окончательной зачистке сектора от «боевиков ХАМАС». Резолюция, впрочем, была решительно отвергнута и ХАМАС, поскольку она не осуждала агрессора и даже не ставила вопроса о прекращении блокады сектора после заключения перемирия.

Надо сказать, что вооруженные формирования ХАМАС мужественно встретили израильскую агрессию. Руководство движения во главе с Х. Ма- ашалем объявило о начале третьей интифады, и палестинцы заявили, что будут бороться до последней капли крови за свою свободу и независимость. В секторе начались ожесточенные бои с израильскими захватчиками, отнюдь не предвещавшими им быстрого успеха. На Западном берегу р. Иордан, во многих арабских странах, в Лондоне, Париже, Берлине, Риме, Афинах, Мадриде, в столицах и крупных городах других европейских стран, в Америке, в том числе в Нью-Йорке и Вашингтоне, и на других континентах прокатилась волна многотысячных митингов и демонстраций солидарности с палестинским народом. Венесуэла и Боливия заявили о разрыве дипломатических отношений с Израилем.

14 января 2009 г. в Нью-Йорке по требованию арабских стран возобновилась X Чрезвычайная специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН, начавшая свою работу еще в 1997 году и с тех пор возвращавшаяся по просьбе государств-членов ООН к обсуждению вопроса о действиях Израиля на оккупированных арабских территориях в 1998, 1999, 2000, 2001, 2002, 2003, 2004 и 2006 годах. К тому же напомним в этой связи, что вопрос о Палестине и о положении на оккупированных Израилем арабских территориях обсуждался на V, VII и IX Чрезвычайных специальных сессиях Генеральной Ассамблеи ООН соответственно в 1967, 1980 и 1982 годах.

Варварские действия израильской военщины в секторе Газа справедливо подверглись острой критике многими участниками возобновившейся X Чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, и 16 января сессия 142-мя голосами против 4-х приняла резолюцию, которая inter alia призывала Израиль незамедлительно выполнить резолюцию 860 Совета Безопасности ООН от 8 января. Среди «блестящей четверки государств», голосовавших против этого важного документа, оказались США и Израиль.

17 января, к концу 22-го дня с начала операции «Расплавленный свинец» ее жертвами стали почти 1,5 тысяч палестинцев при потере Израилем всего 10 солдат. Ранения получили более 4,5 тысячи человек. По данным ООН, не менее 40 процентов погибших в Газе — женщины и дети. Количество беженцев, покинувших свои дома, составило более 90 тысяч человек. Палестинское бюро статистики сообщило, что за время операции в секторе были полностью разрушены свыше 4 тыс. зданий и около 17 тыс. были повреждены. Общая сумма ущерба составила почти 2 млрд долл.

По данным правозащитной организации «Human Rights Watch», в ходе операции в Газе так же, как и в 2006 году в Ливане, израильская военщина широко применяла запрещенные виды оружия, в частности фосфорные боеприпасы. Хотя белый фосфор не считается химоружием, его использование как против гражданского населения, так и против военных объектов в населенных районах запрещено, как уже отмечалось, Конвенцией о запрещении или ограничения применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие от 1980 г.

15 января израильские войска подвергли бомбардировке находящуюся в Газе штаб-квартиру Ближневосточного Агентства ООН для помощи палестинским беженцам и организации работ (БАПОР), а еще ранее — 6 января — обстреляли школу в Джабалии, действующую под эгидой ООН. По зданию школы, где находились сотни беженцев, было выпущено пять ракет, в результате чего погибло 42 человека, главным образом женщины и дети. И все это, несмотря на то, что руководство ООН передало израильским войскам точные координаты своих объектов в секторе.

Обстрелам и бомбардировкам подверглась также больница Палестинского Красного Полумесяца в Газе, здание, где располагались штаб-квартиры ряда палестинских и международных СМИ, жилые дома и кварталы в Газе и других городах сектора. В Джабалии был нанесен ракетный удар по мечети во время молитвы, когда там находилось около 200 человек.

Разбою израильской военщины не было предела, но чем дальше, тем становилось все более очевидным, что продолжение агрессии чревато для Израиля серьезными военно-политическими последствиями. Намеченные цели агрессии оказывались недостижимыми. Военная организация ХАМАС не только не была ликвидирована, но, несмотря на понесенные существенные потери, набирала силу. Движение ХАМАС, как руководитель сопротивления, завоевывало все больший авторитет и влияние среди палестинцев и в арабском мире в целом.

С другой стороны, правящая группировка Израиля во главе с «Кадимой» осознавала, что расчеты на «молниеносную победу» над ХАМАС не оправдались, а учитывая приближавшиеся выборы в Кнессет, намеченные на февраль 2009 г., важно было вовремя остановиться, а именно — на рубеже, который еще позволял представить «успешной» непомерно разрекламированную, но фактически уже провалившуюся операцию. Ко всему этому 20 января 2009 г. в США принимала бразды правления администрация Б. Обамы и возникла необходимость передышки для «сверки часов» с новыми хозяевами Белого дома, хотя последние неизменно подчеркивали свое благожелательное отношение к Израилю и его политике на Ближнем Востоке.

В создавшейся ситуации премьер-министр Израиля Ольмерт выступил 18 января 2009 г. с официальным заявлением об одностороннем прекращении «операции» израильских войск в Газе, оговорив, однако, что Израиль оставляет войска на территории сектора и сохраняет за собой право возобновить военные действия в случае атак и ракетных обстрелов со стороны ХАМАС.

Понятно, что такой подход совершенно не устраивал руководство ХАМАС, и оно потребовало скорейшего вывода израильских войск из сектора Газа, а также незамедлительного прекращения его блокады. Тем не менее ХАМАС со своей стороны объявил о прекращении огня на семь дней, и в результате к концу дня 18 января в Газе начало действовать перемирие, хотя и весьма хрупкое и неустойчивое. Принимая во внимание эти обстоятельства, а также в стремлении не осложнять отношений с новой американской администрацией Израиль приступил 19 января к выводу своих войск из Газы, завершив его 21 января, и объявил окончание с этого момента операции «Расплавленный свинец». При всем этом не приходится сомневаться, что ликвидация ХАМАС в секторе Газа, как и Хезболлы в Ливане, как были, так и остаются важнейшими стратегическими целями Израиля независимо от перепетий внутриполитической борьбы и влияния разного рода внешнеполитических факторов.

Состоявшиеся в феврале 2009 г. в Израиле выборы в Кнессет выявили непростую расстановку сил в израильской элите. Среди четырех партий, участвовавших в избирательной кампании, Кадима во главе с министром иностранных дел Ципи Ливни получила 28 мест, Ликуд во главе с Б. Нетаньяху — 27 мест, Наш дом Израиль, возглавляемый А. Либерманом — 15 мест и Авода, руководимая министром обороны Э. Бараком — 13 мест. Поскольку для обладания правом формирования правительства необходимо располагать как минимум 61 местом в 120-местном Кнессете, выход из сложившейся ситуации можно было найти лишь на путях создания широкой коалиции с участием в ней и религиозных партий.

В результате полуторамесячных усилий это удалось сделать лишь Б. Нетаньяху, сформировавшему самый большой коалиционный кабинет в истории Израиля, костяком которого стали Ликуд и Наш дом Израиль, и в который вошли также представители Аводы, а также ШАС и ряда других мелких религиозных партий. Приведенное к присяге 31 марта 2009 г., правительство Нетаньяху-Либермана (последний занял в нем пост министра иностранных дел) развило бурную дипломатическую деятельность, направленную на дискредитацию самой идеи создания независимого палестинского государства. Было заявлено о неприемлемости для Израиля «Дорожной карты» и договоренностей, достигнутых в Аннаполисе в ноябре 2008 г. Более того под вопрос была поставлена даже необходимость продолжения переговоров с М. Аббасом.

Совершенно очевидно, что приход к власти в Израиле правой группировки Б. Нетаньяху, как и агрессия Израиля в секторе Газа еще более отдаляют перспективы достижения справедливого ближневосточного урегулирования. Отнюдь не способствует этому и то, что Вашингтон по договоренности с Тель-Авивом готовится разместить в 2009 г. в Израиле радар системы ПРО, аналогичный тому, который будет установлен на полигоне Брды в

Чехии. Не утихают и продолжающиеся раздаваться из Тель-Авива угрозы «разбомбить Иран». Постоянно угрожая Ирану, провоцируя и подогревая гражданские конфликты в Ливане и Палестине, вашингтонские стратеги и их израильские пособники играют, однако, с огнем, пламя которого может распространиться на весь Ближний Восток.

На Африканском континенте объектом грубых нападок Вашингтона в последнее время стал антиимпериалистический режим в Судане. К развязанной и всячески раздуваемой США пропагандистской кампании, направленной на его дискредитацию и устранение от власти, активно подключился Международный уголовный суд, генеральный прокурор которого Луис Морено-Окампо выдвинул 14 июля 2008 г. против президента этой страны О.Х. аль-Башира официальное обвинение в геноциде населения Дарфура. Это вызывающая и беспрецедентная акция была незамедлительно поддержана Госдепартаментом США, хотя американский Конгресс так и не ратифицировал Римский статут МУС.

В Хартуме и других городах Судана состоялись массовые демонстрации, участники которых протестовали против вмешательства США во внутренние дела суверенного государства. Суданское правительство заявило, что оно не признает юрисдикции МУС и ни при каких обстоятельствах не выдаст президента. Попытки оказать прямое давление на Судан были в той или иной мере осуждены Лигой Арабских Государств, Африканским Союзом, Генеральным секретарем ООН Пан Ги Муном, Россией, КНР и рядом других стран. При этом отмечалось, что действия главного прокурора МУС могут привести к краху миротворческой операции в Дарфуре и чреваты дальнейшим обострением обстановки в Судане и в регионе в целом. Тем не менее 4 марта 2009 г. МУС выдал ордер на арест президента Судана.

О том, что над Суданом и прилегающем к нему регионом Африканского Рога сгущаются тучи свидетельствовали и более серьезные факты. С июля—августа 2008 г. в Аравийском море, Аденском заливе и в районе Индийского океана возле берегов Сомали под видом борьбы против пиратства и охраны грузов направляемой в Сомали гуманитарной помощи, в том числе по линии ООН и других международных организаций, начали концентрироваться корабли 5-го флота ВМС США, а также корабли НАТО, представлявшие Грецию, Турцию, Италию, Францию и Великобританию. К декабрю 2008 г. у побережья Сомали находились уже корабли примерно 30 государств, в основном стран НАТО, а также Индии, Пакистана, Малайзии, Австралии и России.

Известно, что вдоль побережья Сомали — через Аденский залив — проходит транзит 50 процентов мирового потока балкерных (насыпных) грузов, около 30 процентов контейнерных грузов и почти 25 процентов перевозок нефти, что, естественно, привлекает пиратов, совершающих молниеносные вылазки на катерах с целью взятия на абордаж торговых судов и получения крупных выкупов за оказавшихся в заложниках членов их экипажей. По данным СМИ, в 2007 году пираты захватили около 100 кораблей, а с января по ноябрь 2008 года уже 90 судов, двенадцать из которых с экипажами общей численностью примерно в 300 человек продолжали удерживаться к концу 2008 года.

Эксперты считают, что основные базы пиратов-боевиков, откуда они совершают вылазки и куда пригоняют для разгрузки захваченные суда, находятся на севере Сомали, на территориях двух регионов — Сомалиленда и Пунтленда, объявивших себя независимыми государствами. В регионах создана разветвленная инфраструктура, позволяющая совершать крупные операции по реализации захваченных на судах товаров и ценностей, включая военную технику и оружие.

К тому же в неутихающей гражданской войне в Сомали назревали серьезные изменения. Попытки марионеточного проамериканского ставленника — президента Абдуллахи Юсуфа Ахмеда укрепить свое положение с помощью политики «национального примирения», о чем шла речь в разделе 2 Главы IV книги, провалились, и к середине 2008 г., благодаря успешным партизанским действиям силы Союза исламских судов (СИС), пользуясь начавшимся отводом из страны эфиопских войск, восстановили свой контроль над большей частью территории Сомали, за исключением столицы Могадишо, города Байдабо, а также региона Сомалиленда.

Начиная с мая 2008 года, вопрос о пиратстве у побережья Сомали довольно интенсивно и обстоятельно рассматривается в Совете Безопасности ООН, в основном в тесной связи с положением в этой стране. В резолюции 1814 от 15 мая 2008 г. Совет заявлял о своей поддержке вклада ряда государств в обеспечение охраны караванов морских судов с гуманитарной помощью и обращался с призывом к государствам и региональным организациям в тесной координации друг с другом и с заблаговременным уведомлением Генерального секретаря ООН принимать меры, «по просьбе Переходного федерального правительства», для обеспечения охраны судов, занимающихся перевозкой и доставкой такой помощи в Сомали. Совет призывал также страны, предоставляющие войска для Африканского Союза, направляемые на замену уходящим из Сомали войскам Эфиопии, оказывать в надлежащих случаях необходимое для этого содействие.

Последующие резолюции Совета: 1816, 1838 и 1846 соответственно от 2 июня, 7 октября и 2 декабря 2008 г. решительно осуждали все акты пиратства и вооруженного разбоя против судов в территориальных водах и открытом море у побережья Сомали и определяли, что эти акты усугубляют ситуацию в Сомали и представляют угрозу миру и безопасности в регионе.

В резолюции 1846 от 2 декабря 2008 г., принятой Советом Безопасности ООН, как и все предыдущие, по инициативе США и других западных держав, Совет, действуя на основе Главы VII Устава ООН, разрешал государствам и региональным организациям, которые сотрудничают с правительством Сомали, вводить военные корабли и авиацию в территориальные воды Сомали и использовать в их пределах «все необходимые средства» для пресечения актов пиратства и вооруженного разбоя на море. Совет разрешал также конфисковывать у пиратов катера, суда, оружие и другие подобного рода средства и предоставлял государствам право устанавливать свою юрисдикцию над попавшими в их плен пиратами.

Наряду с этим американские и натовские СМИ развернули мощную пропагандистскую кампанию против Союза исламских судов, хотя эта организация не имела никакого отношения к пиратам. СИС без надлежащих доказательств обвиняли в сотрудничестве с «Аль-Каидой», отряды которой перебрались-де в Сомали из Афганистана, скрываясь от возмездия американских «рейнджеров». Несмотря на заключенное исламистами с марионеточным правительством Соглашение о мире и примирении («Джибутс- кое-соглашение» от 19 августа 2008 г.), враждебная кампания против СИС продолжалась. Одновременно проводились операции, направленные на внесение раскола в ряды СИС. В итоге империалистам удалось склонить к сотрудничеству лидера СИС шейха Шарифа Ахмеда, который по результатам выборов 31 января 2009 г. стал новым президентом Сомали, заменившим на этом посту Абдуллахи Юсуфа Ахмеда.

Однако основные силы СИС, руководимые группировкой Аш-Шабааб, вынесшей на своих плечах всю тяжесть борьбы против марионеточного режима и эфиопских войск и объявленной в Вашингтоне «террористической организацией», сохранили свою боеспособность и, продолжая контролировать почти весь юг страны и часть Могадишо, приступили в мае 2009 г. к проведению наступательных операций с целью возвращения к власти в стране. Что касается Переходного федерального правительства, то оно продолжает опираться на силы АС, костяком которых являются контингенты из Уганды и Бурунди. Резолюцией 1872 Совета Безопасности ООН от 26 мая 2009 г. мандат операции АС в Сомали был продлен до 31 января 2010 г.

Особо отметим, что согласно той же резолюции введенное Советом Безопасности ООН в 1992 г. эмбарго на поставки оружия и техническую помощь Сомали не распространяется на соответствующие поставки Переходному федеральному правительству, которое объявлено единственно законным правительством Сомали. Пользуясь этим, США, по сообщениям СМИ, в частности «Независимой газеты» от 29 июня 2009 г., передали этому правительству в мае—июне 2009 г. 40 тонн оружия и перечислили ему около 10 млн долларов на цели борьбы против «Аш-Шабааб» и поддерживающей ее группы «Хизб аль-Ислам».

Вполне определившаяся, таким образом, уже при президенте Обаме ставка США на укрепление очередного марионеточного режима в Сомали проливает новый свет на проблему борьбы против пиратства у берегов этого многострадального государства. За «благородными целями» этой борьбы все явственнее проглядываются контуры зловещего заговора США и НАТО против антиимпериалистических сил в регионе. Весьма показательным в этом отношении был захват пиратами 25 сентября 2008 г. в Индийском океане, у побережья Сомали украинского сухогруза «Фаина», на борту которого находились 33 украинских танка Т-72, зенитные установки, гранатометы, другое современное оружие и боеприпасы общей стоимостью, по оценке специалистов, в 35 млн долларов. Судно «Фаина» с грузом, которым можно оснастить целую армию, следовало под флагом Белиза в кенийский порт Момбаса. Однако по заявлению пиратов захваченные ими на борту «Фаины» документы свидетельствуют о том, что зловещий груз предназначался для повстанцев Южного Судана.

На юге Судана, как уже отмечалось в разделе 7 Главы IV книги, согласно обещанию президента аль-Башира в 2011 году запланировано проведение референдума, который должен либо подтвердить территориальную целостность Судана, либо послужить толчком для отделения Юга. В последнем исходе прямо заинтересованы США, изначально поддерживающие движение сепаратистов Юга Судана против центральной власти в Хартуме. Все это логично увязывается с попытками США дестабилизировать положение в Судане с помощью раздуваемых обвинений властей Судана в геноциде в Дарфуре. В Конгрессе США, принявшем еще в 2004 г. резолюцию о геноциде в Дарфуре, за прямое вмешательство США в Судане, в особенности активно выступали представители Демократической партии, тесно связанные с нынешним американским президентом Бараком Обамой.

С учетом всех этих обстоятельств представляется, что концентрацию флотов США, НАТО, а в последнее время и ЕС у побережья Сомали следует рассматривать не столько как вызываемую необходимостью борьбы против пиратства, сколько своего рода операцию по подготовке возможных масштабных военных акций, направленных на утверждение господства империализма в регионе Африканского Рога и Судана. И несомненно, что вполне определенную ценность для организаторов такого рода акций будут иметь упомянутые резолюции Совета Безопасности ООН. Не говоря уже о принятой по инициативе США резолюции 1851 Совета Безопасности от 16 декабря 2008 г., которая в принципе допускает возможность высадки десантов морской пехоты в прибрежных районах Сомали под предлогом необходимости ликвидации расположенных там баз и объектов пиратства.

Отметим также, что с декабря 2008 г. на рассмотрении Совета Безопасности ООН находится просьба премьер-министра «Переходного федерального правительства» Сомали Нур Хасана Хусейни о срочном направлении в эту страну миротворческих сил ООН формально для «заполнения вакуума безопасности», который может образоваться после завершения вывода оттуда войск Эфиопии. О возможности учреждения «миротворческой операции» в Сомали в довольно определенной форме говорится в резолюциях 1863 и 1865 Совета Безопасности ООН соответственно от 16 и 27 января 2009 г., при том понимании, что до этого момента в Сомали будут задействованы «временные стабилизационные силы» Африканского Союза. Понятно, что речь идет о попытке марионеточного режима удержаться у власти теперь уже с помощью миротворцев АС и ООН. Нельзя, конечно, исключать, что Совет под давлением американцев санкционирует новую операцию ООН в Сомали. Однако в складывающейся ситуации такая операция едва ли сможет эффективно послужить делу установления мира в этой многострадальной стране.

Интриги и заговоры плетутся империализмом и в других частях Африканского континента. В июне—июле 2008 г. США и Великобритания предприняли массированные усилия к тому, чтобы добиться, наконец, осуществления своих многолетних замыслов, направленных на расправу с антиимпериалистическим режимом Р. Мугабе в Зимбабве. Выдающийся деятель освободительного движения, Мугабе провел 11 лет в застенках английской колониальной тюрьмы. В 1963 г. он основал партию Африканский национальный союз Зимбабве (ЗАНУ), преобразованную впоследствии в ЗАНУ-ПФ (Патриотический Фронт) и возглавившую борьбу народа Зимбабве — тогда английской колонии Южной Родезии — за независимость и свержение существовавшего там расистского режима. Провозглашение независимости Зимбабве состоялось в 1980 году и тогда же, на первых в стране демократических выборах, партия ЗАНУ-ПФ одержала победу над своими соперниками, а ее лидер Мугабе стал первым африканцем, возглавившим правительство Зимбабве, В 1987 г. Мугабе был избран президентом и с тех пор вплоть до настоящего времени неизменно переизбирается на этот пост.

К началу 90-х годов Р. Мугабе, в общем умеренный политический деятель, обладавший, по словам М. Тэтчер, всеми чертами «настоящего африканского джентльмена», стараниями западных империалистических СМИ был превращен в злостного диктатора, деспота и отъявленного «черного расиста». Все дело, однако, в том, что, столкнувшись с категорическим отказом Лондона от взятого Великобританией на себя обязательства при предоставлении независимости Зимбабве оказать финансовую помощь правительству этой страны в выкупе у английских колонизаторов захваченных ими практически всех плодородных земель, Мугабе инициировал принятие законов, в соответствии с которыми эти земли (так называемые «белые» фермы) были экспроприированы и переданы африканским крестьянам.

В довершение к этому Мугабе решительно отклонил попытки МВФ и Всемирного банка навязать Зимбабве соглашение о «реструктуризации» экономики, ставившее страну под контроль иностранного капитала. Наконец, Мугабе направил зимбабвийские войска в Демократическую Республику Конго, правительство которой обратилось с просьбой о помощи в отражении агрессии Руанды и Уганды, инициированной империализмом.

В свете этих фактов неудивительно, что США и Великобритания сделали всё, чтобы на состоявшихся 29 марта 2008 г. президентских выборах в Зимбабве обеспечить победу своему протеже — лидеру оппозиционного Движения за демократические перемены М. Цвангираи, — который противостоял 84-летнему Мугабе, выдвинувшему в шестой раз свою кандидатуру от ЗАНУ-ПФ на этот пост. Однако Цвангираи не собрал большинства (более 50 процентов) голосов, необходимых для победы в первом туре выборов. По результатам же второго тура, состоявшегося 27 июня, в котором Цван- гираи отказался участвовать, президентом страны был вновь избран Муга- бе, получивший 85,5 процента голосов избирателей.

Откровенные попытки США и Великобритании оспорить результаты президентских выборов в Зимбабве, обвинив режим Мугабе в многочисленных нарушениях при их проведении и подсчете голосов, мало кого убедили. В конце концов Зимбабве — единственная страна к югу от Сахары, в которой президентские и парламентские выборы с момента провозглашения в 1980 г. независимости этой страны проводились регулярно и при соблюдении установленных законом сроков. В этих выборах всегда участвовали представители оппозиции, а правительство никогда не обладало монополией на использование СМИ. Не было секретом и то, что в течение длительного периода времени в Вашингтоне и Лондоне тщательно готовили Цвангираи участь своей марионетки. Не впечатляли, наконец, и попытки Запада спекулировать на тяжелом экономическом положении Зимбабве: хорошо известно, что причиной этому являются не столько ошибки и «неспособность» режима к управлению страной, сколько продолжающаяся почти три десятилетия политика саботажа и незаконных односторонних санкций Запада в отношении Зимбабве.

Тем не менее, когда стало ясно, что расчеты на устранение Мугабе от власти по итогам президентских выборов едва ли себя оправдают, в Вашингтоне и Лондоне не только не одумались, но и удвоили давление на Хараре, чтобы добиться той же цели на этот раз путем прямого вмешательства во внутренние дела Зимбабве. Главная ставка при этом была сделана на Совет Безопасности ООН с учетом того, что на саммите «Большой восьмерки» на Хоккайдо в начале июня 2008 г. президент России в принципе дал согласие на включение в заключительную декларацию этого форума жестких формулировок в отношении режима в Зимбабве. Предполагалось, что такая позиция России разделяется и КНР, не входящей в «Большую восьмерку», но являющейся постоянным членом Совета Безопасности ООН.

Далее США и Великобритания действовали с присущим им вероломством: за спиной России и КНР они в спешном порядке разработали проект резолюции Совета Безопасности ООН (документ S/2008/447), который предусматривал финансовые санкции в отношении Зимбабве, запрет на поставки оружия в эту страну, вводил санкции против Мугабе и 13 других официальных лиц и учреждал пост Специального представителя Генерального секретаря ООН в Зимбабве.

По настоянию Вашингтона и Лондона этот проект резолюции был рассмотрен 12 июля на заседании Совета Безопасности и в тот же день направлен на голосование. Проект, однако, не был принят: за него проголосовали 9 членов Совета Безопасности (США, Великобритания, Франция, Италия, Бельгия, Хорватия, Буркина-Фасо, Коста-Рика, Панама), пять — против (КНР, Россия, ЮАР, Ливия и Вьетнам) и один воздержался (Индонезия).

Двойное вето КНР и России, помешавшее принятию антизимбабвийс- кой-резолюции, само по себе отразило новые веяния в ООН: впервые два постоянных члена Совета бросили открытый вызов попыткам все более наглевшей «сверхдержавы» и ее главному союзнику по НАТО верховодить в Совете и использовать его для вмешательства во внутренние дела суверенного государства, посмевшему сопротивляться диктату колонизаторов. Отметим, однако, что мотивы голосования КНР и России имели свои особенности: для КНР, давно и успешно развивающей сотрудничество с Зимбабве, как и с другими африканскими странами, голосование против резолюции о санкциях в отношении Зимбабве было делом принципа, в то время как для России, подписавшей декларацию «Большой восьмерки», это являлось всего лишь определенным выправлением своей непоследовательной и колеблющейся позиции, весьма характерной для нее и в других вопросах, так или иначе затрагивающих отношения «стратегического партнерства» с США.

Российское вето в Совете Безопасности вызвало особенно бурную реакцию западных СМИ. Россию лицемерно обвиняли в грубом нарушении декларации «Большой восьмерки», хотя в этом документе при всей его ан- тизимбабвийской направленности вопрос о введении против Зимбабве санкций Совета Безопасности ООН конкретно не оговаривался. Наряду с этим отмечалось, что у Запада так или иначе были все основания полагать, что Россия не осмелится противостоять Вашингтону и Лондону в данном вопросе.

В стремлении объяснить причину неожиданного «кульбита» в российской позиции западные СМИ ссылались главным образом на китайский фактор, имея в виду нежелание России осложнять свои отношения с КНР и даже указывая на вероятность прямого давления Пекина на Москву с целью склонить ее к поддержке китайского подхода к зимбабвийской проблеме. К этому уместно добавить, что Москву едва ли устраивало выступление Китая в Совете Безопасности ООН в качестве единственного постоянного члена Совета, выражавшего мнение большинства африканских государства, считавших, что проблему следует урегулировать без вмешательства извне, путем переговоров между Мугабе и Цвангираи с целью создания в Зимбабве правительства национального единства.

Переговорам Мугабе и Цвангираи, начавшимся 10 августа 2008 г. при посредничестве президента ЮАР Т. Мбеки, предшествовало официальное признание Цвангираи и возглавляемым им Движением за демократические перемены легитимности июньских выборов и избрания Мугабе президентом Зимбабве. Однако уже первый раунд переговоров показал, что, опираясь на поддержку США и Великобритании, Цвангираи и его сторонники не оставили мысли не мытьем, так катаньем добиться главенствующих позиций в стране, урезав до минимума полномочия президента. Со своей стороны, Мугабе заявил о намерении возглавить в качестве президента кабинет министров страны, предоставив сторонникам оппозиции лишь второстепенные посты в правительстве.

Выход из тупиковой ситуации продолжал, между тем, настойчиво искать Т. Мбеки, который, осуществляя от имени Африканского Союза посредническую миссию, добивался заключения соглашения о разделе власти между сторонниками Мугабе и оппозицией. И такое соглашение было заключено в сентябре 2008 г., несмотря на то что посредническая деятельность Мбеки с самого начала подвергалась постоянным нападкам со стороны США, обвинявших президента ЮАР в пристрастном отношении к Мугабе и существующему режиму в Зимбабве. Несомненно также, что потерпев поражение в Совете Безопасности ООН, дипломатия США и Великобритании будет и в дальнейшем пытаться использовать трибуну и механизмы Совета, как и Генеральной Ассамблеи ООН в целях дискредитации этого режима и замены его своими ставленниками.

Не менее напористо и прибегая к несовместимым с Уставом ООН методам, США продолжают курс на укрепление своего влияния в Азии. В последнее время это особенно наглядно проявилось в том, что Вашингтон фактически солидаризовался в выступлениями сепаратистов в Тибетском и в Синьцзян-Уйгурском автономном районах КНР. Перед поездкой в Пекин на Олимпиаду президент США подтвердил, что его администрация находится «в жесткой оппозиции к политике Китая в отношении гражданских свобод», что вызвало в КНР законное возмущение и протесты общественности.

В начале августа 2008 г., находясь в Бангкоке по случаю 175-й годовщины установления дипломатических отношений между США и Королевством Таиланд, Буш публично разглагольствовал о необходимости «как можно скорее свергнуть военную тиранию в Бирме» и заявил, что «власти Бирмы должны немедленно выпустить на свободу госпожу Аунг Сан Су Чжи и других политических узников, а затем провести новые выборы».

Как видим, урок поражения США в вопросе о санкциях Совета в отношении Мьянмы не пошел впрок, и в Вашингтоне по-прежнему делают ставку на проведение все новых акций, направленных на вмешательство во внутренние дела этой страны. При этом США рассчитывает, пока что без видимых результатов, на подключение к борьбе против режима в Мьянме и Королевства Таиланд, которое Буш в том же выступлении назвал «главным союзником Америки в Юго-Восточной Азии», памятуя, видимо, о периоде вьетнамской войны, когда на территории Таиланда размещались многочисленные базы американских войск.

Отнюдь не по американскому сценарию развивались события и в Непале после упразднения там в мае 2008 г. монархии и провозглашения Непала республикой. 21 июля 2008 г. Конституционная ассамблея Непала избрала президентом страны лидера Непальского конгресса Рамбарана Ядаву, что вызвало в западных, а также в российских СМИ, скороспелые прогнозы об уходе КПН (м) в оппозицию, об ее устранении от власти и о грядущем «крахе коммунизма» в этой стране. Однако злопыхатели просчитались. Не прошло и месяца, как Конституционная ассамблея подавляющим большинством голосов избрала главою правительства Непала лидера КПН (м) Прачанду (настоящая фамилия Пушпа Камаль Дахал), который с самого начала выступал за скрупулезное выполнение Всеобъемлющего мирного соглашения от 21 ноября 2006 г., одобренного резолюцией 1740 Совета Безопасности ООН от 23 января 2007 г. 18 августа 2008 г. Прачанда был приведен президентом Ядавой к присяге премьер-министра Непала. Правда, в мае 2009 оппозиция вынудила Прачанду подать в отставку, но новым премьер-министром стал Мадхав Кумар Непал, представляющий Объединенную марксистко- ленинскую коммунистическую партию Непала.

Взятая на вооружение США и НАТО политика вмешательства во внутренние дела государств, попрания их независимости и суверенитета, вовлечения их в военные авантюры ради собственных корыстных интересов и утверждения господствующих позиций в различных стратегически важных районах мира во всей своей полноте проявилась в событиях вокруг Южной Осетии и Абхазии. Верные своим повадкам загребать жар чужими руками, США и другие империалистические державы сделали главную ставку в кавказском регионе на фашистский режим Саакашвили в Грузии, которому в принципе отводится та же роль, что и Израилю — на Ближнем Востоке — быть угодливой марионеткой и одновременно — орудием борьбы за усиление влияния империализма на подступах к России, Ирану и Средней Азии.

Решительные действия России в кавказском кризисе (август 2008 г.), признание ею независимости Южной Осетии и Абхазии и заключение договоров между Россией и независимыми республиками о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи создали качественно новую ситуацию в регионе, открывшую путь к реализации договоренностей президентов РФ и Франции от 12 августа и 8 сентября. С 1 октября, как было предусмотрено планом Медведева-Саркози, ЕС начал развертывание миссии своих наблюдателей вокруг Южной Осетии и Абхазии (Мониторинговая миссия ЕС в Грузии — ММЕСГ). Наблюдатели размещались в Поти, Зугдиди, Гори и Базалети. К полуночи 8 октября российские миротворческие силы досрочно были полностью выведены из зон, прилегающих к Южной Осетии и Абхазии. Тем самым Россия завершила выполнение своих обязательств по плану Медведева-Саркози.

15 октября состоялась международная встреча в Женеве, на которой российские представители намеревались договориться совместно с партнерами о путях обеспечения мира и безопасности Южной Осетии и Абхазии. Предполагалось, что в ней примут участие и представители теперь уже признанных независимых республик, которые должны были изложить принципиальные позиции Сухума и Цхинвала напрямую представителям ООН, ОБСЕ, ЕС, а также США. Однако усилиями грузинской делегации, в состав которой были включены одиозные фигуры, якобы представлявшие Абхазию и Южную Осетию, общее заседание встречи было сорвано и дискуссии были перенесены на ноябрь.

Состоявшийся в ноябре 2008 г. второй Женевский раунд прошел в рабочей атмосфере, причем представители Сухума и Цхинвала на равных принимали участие во всех встречах и обсуждениях. По существу же обсуждавшихся вопросов позиции сторон не сблизились. Одновременно стало известно о концентрации грузинского спецназа вблизи Южной Осетии и Абхазии. Затягивалось также решение вопроса о мандате и ответственности ЕС в районах, прилегающих к Южной Осетии и Абхазии, о создании в этих районах надлежащего режима безопасности, имея в виду, что наблюдатели ЕС должны не просто отслеживать обстановку, но и на деле стать гарантами неприменения силы.

Что касается Миссии ООН по наблюдению в Грузии (МООННГ), то естественно, что после событий августа 2008 г. она уже не могла так называться. Поэтому при рассмотрении Советом Безопасности ООН вопроса о продлении мандата МООННГ, заканчивавшегося 15 октября 2008 г., было решено впредь до прояснения ситуации употреблять название — «Миссия Организации Объединенных Наций». Соответственно мандат «Миссии ООН» был продлен резолюцией 1839 Совета Безопасности ООН от 9 октября 2008 г. до 15 февраля 2009 г., а резолюцией 1866 Совета от 13 февраля 2009 г. — «на следующий период, заканчивавшийся 15 июня 2009 года».

На состоявшемся в этой связи 15 июня 2009 г. заседании Совета Безопасности ООН шесть стран-членов НАТО (США, Великобритания, Франция, Германия, Турция и Хорватия), а также Австрия внесли проект резолюции, в котором предложение о дальнейшем продлении «Миссии ООН» прямо увязывалось с подтверждением резолюции 1808 Совета Безопасности ООН от 15 апреля 2008 г., содержавшей положение о территориальной целостности Грузии. Другими словами, проект полностью игнорировал коренное изменение ситуации после событий августа 2008 г. и представлял собой, по сути, попытку реанимировать прежний мандат МООННГ, который фактически прекратил свое действие по причине агрессии Грузии против Южной Осетии.

В итоге голосования проект резолюции «семерки» поддержали десять государств-членов Совета (США, Великобритания, Франция, Турция, Хорватия, Австрия, Япония, Мексика, Коста-Рика, Буркина-Фасо), воздержались четыре: Китай, Вьетнам, Ливия и Уганда. Ввиду того, что против проекта проголосовала Россия, принятие Советом резолюции было заблокировано, что означало, что с 15 июня 2009 г. «Миссия ООН» прекратила свое существование.

Значение вето России состояло в том, что тем самым была пресечена очередная попытка США навязать Совету Безопасности ООН неблаговидную роль прислужника западной дипломатии. Вместе с тем это отнюдь не закрыло путь к созданию международного присутствия в регионе на основе сложившихся новых реалий и в целях содействия стабильности на границе Грузии и Абхазии, обеспечение которой гарантируется теперь двусторонним российско-абхазским Договором о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. Отметим в этой же связи, что на грузинской территории, которая прилегает к Абхазии и Южной Осетии продолжает находиться миссия наблюдателей ЕС, и российские военные поддерживают с ней контакт. Там созданы также «женевские механизмы» предотвращения инцидентов, которые задействованы на практике. Что касается Миссии наблюдателей ОБСЕ в Грузии, посты которой располагались в Южной Осетии, то она прекратила свое существование 30 июня 2009 г.

29 октября 2008 г. Государственная Дума РФ единогласно ратифицировала договоры России с Абхазией и Южной Осетией о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи. Это открыло путь к размещению на территории республик российских военных баз и военных контингентов, к налаживанию охраны государственных границ обеих республик и решению других вопросов на основе достигнутых конкретных соглашений, прежде всего о военном сотрудничестве.

Итак, казалось бы кавказский кризис пришел к своему завершению. Грузии и ее кукловодам из Вашингтона оставалось признать жесткие реальности. Однако давление на Россию продолжается, в особенности со стороны США, НАТО и ЕС. Смена администрации США не внесла, как видим, в этом отношении никаких изменений. Играют на том, что твердая позиция России в августе 2008 г. была, по сути дела, вынужденной и прямо не вытекала из последовательного курса России на мирное урегулирование югоосетинского и абхазского вопросов. Ведь заявил же президент Д. Медведев на встрече с политологами на Валдае буквально следующее: «Я не удивлю вас, если скажу, что решение о признании (Южной Осетии и Абхазии. — Авт.), естественно, возникло после начала военных действий, когда мы поняли, что по-другому защитить осетин и абхазов не удастся, что если один раз напился крови, то уже не остановится, если не дать как следует в рыло. Вот тогда это решение и вызрело. Это довольно банальная вещь, но это правда».

Обнадеживает Запад и то, что Москва, по существу, продолжает диктуемую интересами влиятельных сил в руководстве России политику все новых уступок США и НАТО в важных вопросах национальной безопасности. Только теперь эта политика осуществляется под видом реализации доктрин и концептуальных установок, проповедующих «стратегическое партнерство» с НАТО и вступление России в «Евро-Атлантическое сообщество», рекламирующих неизменные «демократические ценности», «партнерство цивилизаций» и верховенство международного права.

Вся эта благообразная фразеология венчается утверждениями о том, что Россия, как «демократическое государство с социально ориентированной рыночной экономикой и независимой внешней политикой», привержена целям установления «справедливого и демократического миропорядка», что ее воздействие на общемировые процессы в этом направлении возрастает, что, встав «на твердую почву национальных интересов», новая Россия «обрела полноценную роль в глобальных делах» и что она оказывает «существенное влияние на формирование новой архитектуры международных отношений».

Приведенные формулировки, взятые из утвержденной президентом России 12 июля 2008 г. Концепции внешней политики Российской Федерации являют собой удивительную смесь лживых посылок касательно природы нынешнего общественного строя в России, необузданного самодовольства, беспочвенных фантазий и устоявшихся затверделых иллюзий насчет мировой системы капитализма, в которую с головой окунулась нынешняя Россия.

Правда, в концепции подспудно проявлялось и недовольство некоторыми действиями США и НАТО в международных делах, что подтверждало оценки, впервые прозвучавшие в выступлении президента России В. Путина в Мюнхене в феврале 2007 г. Однако в концепции заявлялось и о необходимости «перевести российско-американские отношения в состояние стратегического партнерства», а также о важности «поступательного развития взаимодействия в формате Совета Россия-НАТО в интересах обеспечения предсказуемости и стабильности в Евро-Атлантическом регионе». И все это, заметим, спустя лишь несколько месяцев после одностороннего провозглашения с подачи США и НАТО «независимости» Косово и вопреки тому, что в самой же концепции вольно или невольно привлекалось внимание к «стратегии односторонних действий», читай США и НАТО, которая «дестабилизирует международную обстановку, провоцирует напряженность и гонку вооружений, усугубляет межгосударственные противоречия, разжигает национальную и религиозную рознь, создает угрозу безопасности других государств, ведет к росту напряженности в межцивилизационных отношениях». А также вопреки тому, что, как отмечалось в той же концепции, «Россия сохраняет отрицательное отношение к расширению НАТО, в частности к планам приема в члены альянса Украины и Грузии, а также к приближению инфраструктуры НАТО к российским границам в целом.».

В особенности наглядно слабость концепции проявлялась в неадекватности оценок современного международного положения и прежде всего в нежелании признать тот неоспоримый факт, что США и НАТО нигде и никогда не отказывались от претензий на мировое господство и на лидерство в глобализирующемся мире. Не просматривается, к сожалению, этого отказа и в обозримом будущем, сколько бы сладостную картину не рисовали российские СМИ о конце однополярного мира то в связи с провалом американской авантюры в Ираке, то в связи с событиями вокруг Южной Осетии и Абхазии.

В этом контексте нельзя не обратить внимания на то, что содержащиеся в концепции положения о необходимости создания «современной системы коллективной безопасности», обеспечивающей, в частности, «единство Евро-Атлантического региона — от Ванкувера до Владивостока», вообще не предусматривают должных мер по отпору агрессивным и непрекращающимся поползновениям США и НАТО на суверенитет независимых государств, на неотъемлемое право народов избирать свой общественно-политический строй и осуществлять самостоятельно свое политическое, экономическое, социальное и культурное развитие. Концепция в глаза не видит иной альтернативы, как только возведение такой системы совместно с США и НАТО, при том, что эта система, основанная на «стратегическом партнерстве» с США, будет «сосредоточиваться на реальных угрозах», как будто такие угрозы не проистекают именно от агрессивной политики США и НАТО.

Представляя концепцию в выступлении на совещании послов и постоянных представителей России за рубежом 15 июля 2008 г., президент России Д. Медведев отметил, что в современных международных отношениях «по целому ряду направлений» усиливается «крен в сторону силовых методов», унаследованный, видите ли, от прошлого. В таких условиях, подчеркнул он «важно сохранить и выдержку, и трезвость оценок, продолжать грамотно, без конфронтации отстаивать наши национальные интересы». Вместе с тем президент заявил, что «важно давать оценку, а иногда и просто отпор любым попыткам обеспечения национальных или групповых интересов в обход и в ущерб международному праву». Президент не пояснил, однако, каким образом можно «давать отпор», не вызывая конфронтации и делать нелицеприятные оценки, сохраняя их трезвость и выдержанность. В общем получается довольно-таки тонкая материя, но не зря говорят, что где тонко, там и рвется. Впрочем, на опыте последовавшего вскоре кавказского кризиса президент должен был убедиться в том, что ценность могут представлять лишь объективные оценки, а отпор такому закоренелому агрессору как США всегда сопряжен с конфронтацией, если, конечно, стоять на реальной почве и не предаваться иллюзиям.

Любопытно в этой связи положение анализируемой концепции о том, что «Россия не даст вовлечь себя в затратную конфронтацию, в том числе в новую гонку вооружений, разрушительную для экономики и пагубную для внутреннего развития страны». Вопрос, однако, заключается в том, где кончается обеспечение должного уровня военной мощи и обороноспособности страны в условиях навязываемой России теми же США и НАТО гонки вооружений и начинается «затратная конфронтация», а если последняя касается не только военной области, но и решимости давать отпор агрессорам, то не будет ли боязнь конфронтации сдерживать, а в конце концов и нейтрализовывать эту решимость.

Разве не очевидно, что введение в концепцию процитированной формулировки в состоянии лишь нанести ущерб решению задач поддержания обороноспособности страны на необходимом уровне, подорвать боеготовность России к противостоянию агрессору и к защите себя и своих союзников? Об отраженном в концепции двуликом подходе, основанном на рассуждениях насчет «затратной конфронтации», в лучшем случае можно сказать — ни богу свечка, ни черту кочерга, а в худшем — справедливо увидеть в нем предательство жизненно важных интересов безопасности России, во имя которых никакие «затраты» не являются лишними.

Нельзя в этом отношении не заметить, что указанная формулировка концепции весьма удобна для обоснования разрушительных экспериментов, проводимых в течение последних 17 лет над Вооруженными силами России. В особенности это касается реформы, осуществляемой министром обороны России А. Сердюковым, согласно которой предполагается переделать структуру ВС России по американо-натовскому образцу, сократив в ближайшие три года количество частей и соединений в Сухопутных войсках в 12 раз, а в ВВС- ПВО и ВМФ — почти в два раза, урезать Ракетные войска стратегического назначения на треть, а ВДВ — на 20 процентов, уволить в отставку 120 тысяч офицеров, ликвидировать десятки военных учебных заведений, уничтожить институт прапорщиков и мичманов, из-за чего армия может лишиться 140 тысяч опытных младших командиров и технических специалистов.

«Остановить погром армии!» — таков лейтмотив опубликованных в российских СМИ в ноябре 2008 г. Обращения к президенту Российской Федерации и ко всем гражданам России депутатов Госдумы, Заявления офицерских военно-патриотических и ветеранских организаций по поводу объявленного министром обороны РФ очередного этапа «реформирования» Российских вооруженных сил, и Обращения ветеранов Военно-морского флота к президенту России, Верховному главнокомандующему Вооруженными силами РФ. В этих документах привлекается внимание к тому, что реформа, проводимая Сердюковым и его некомпетентными безответственными гражданскими и военными «советниками», грозит стать самой крупной военной катастрофой ВС России в ее истории и что она затеяна именно в тот момент, когда агрессивный характер планов НАТО в отношении России становится предельно очевидным, а военная угроза безопасности России ощутимо нарастает.

На фоне всего этого и с учетом кавказского кризиса очевидно, что утвержденная президентом РФ 12 июля 2008 г. Концепция внешней политики Российской Федерации нуждается в серьезной переработке, что, разумеется, не затрагивает правильности многих, внесенных в нее положений, например, о том, что «центром регулирования международных отношений и координации мировой политики в XXI веке должна оставаться ООН», что Россия должна наращивать диалог с традиционными партнерами — «тройкой» (Россия, Индия, Китай), «четверкой» БРИК (Бразилия, Россия, Индия, Китай), о стремлении России вести дело к свертыванию гонки вооружений и демилитаризации космического пространства, о необходимости сохранения статуса пяти постоянных членов Совета Безопасности ООН при реформе этого главного органа ООН по поддержанию международного мира и безопасности и пр.

Несомненно, что переработанная концепция должна вобрать в себя в соответствующей форме и «пять позиций», на которых должна основываться внешняя политика России, согласно заявлению президента РФ Д. Медведева в интервью телеканалам Россия, Первому и НТВ 31 августа 2008 г., сделанному им с учетом опыта кавказской войны. А именно:

«Первая позиция: Россия признает первенство основополагающих принципов международного права, которые определяют отношения между цивилизованными народами. И в рамках этих принципов, этой концепции международного права, мы будем развивать наши отношения с другими государствами.

Второе, мир должен быть многополярным. Однополярность — неприемлема. Доминирование — недопустимо. Мы не можем принять такое мироустройство, в котором все решения принимаются одной страной, даже такой серьезной и авторитетной, как Соединенные Штаты Америки. Такой мир неустойчив и грозит конфликтами.

Третье, Россия не хочет конфронтации ни с одной страной. Россия не собирается изолироваться. Мы будем развивать настолько, насколько это будет возможно, наши дружеские отношения и с Европой, и с Соединенными Штатами Америки, и с другими странами мира.

Четвертое, безусловным приоритетом является для нас защита жизни и достоинства наших граждан, где бы они ни находились. Из этого мы будем исходить при осуществлении своей внешней политики. Мы будем также защищать интересы нашего предпринимательского сообщества за границей. И всем должно быть понятно, что если кто-то будет совершать агрессивные вылазки, то будет получать на это ответ.

И, наконец, пятое. У России, как и у других стран мира, есть регионы, в которых находятся привилегированные интересы. В этих регионах расположены страны, с которыми нас традиционно связывают дружеские, добросердечные отношения, исторически особенные отношения. Мы будем очень внимательно работать в этих регионах и развивать такие дружеские отношения с этими государствами, с нашими близкими соседями. Вот из этого я буду исходить при осуществлении нашей внешней политики».

«Пять позиций» приобрели еще более актуальное значение в свете соображений, высказанных президентом РФ на встрече с политологами дискуссионного клуба «Валдай» 12 сентября 2008 г. Некоторые из них, касающиеся зон особых интересов государств, комментировались в заключительной части Главы V книги. Здесь же пойдет речь, пожалуй, о главном уроке, вынесенном российским руководством из кавказских событий августа 2008 г. — о конце иллюзий, по поводу того, что так называемая одно- полярная система может быть оптимальной с точки зрения обеспечения справедливого мироустройства и международной безопасности. Таких иллюзий, как признал президент, «было много в начале 90-х годов», пока, по мере развития России, они не стали уменьшаться, а «часть из них просто выветрилась». Такая система безопасности, по наблюдениям президента, «дает капитальные сбои, которые в лучшем случае сопровождаются политическими стычками, возникновением тех или иных политических проблем, изменением границ, а в худшем случае сопровождаются кровью». Такая система «доказала свою абсолютную неспособность справиться с кризисами».

В этом контексте президент поставил вопрос о необходимости создания «другой системы безопасности», которая, «как минимум», полностью соответствовала бы международному праву, «не праву сильного, а международному праву». «И человечество недаром потратило XX столетие, — продолжал президент. — По сути, весь XX век был истрачен цивилизованными народами на то, чтобы создать современную систему международного права. Она не должна умереть в XXI веке. Человечество в XX веке провело несколько кровопролитных войн, потеряло десятки миллионов жизней, но в то же время создало впервые за всю историю полноценную систему международного права, создало систему Организации Объединенных Наций, систему поддержания коллективной безопасности».

Президент заявил далее, что, к сожалению, XXI век начался с отрицания того, что было сделано, выразив убеждение, что необходимо «вернуться к тому, что было накоплено в XX веке, естественно, с учетом современных реалий». При этом было подчеркнуто, что «мир не может быть однополярным», что он «должен включать в себя разные полюсы» и что «полицентричный мир — это единственный способ его сохранения на годы вперед».

Итак иллюзии рассеялись — как сон, как утренний туман. Россия возвращается к «своим баранам» — к Уставу ООН и предусмотренной им системе коллективной безопасности. Только вот из лесу вышел не сговорчивый «партнер», а клыкастый хищник, затравленный неудачной охотой в Ираке и Афганистане и поэтому более разъяренный и опасный. Упрятать его в сети «коллективной безопасности» путем уговоров — зряшное дело, замешанное на новых иллюзиях, за которые пришлось бы расплачиваться и возможно, не одному поколению.

И снова — утайки и увертки — ни слова о Советском Союзе, внесшим решающий вклад в великую Победу, которая и позволила закрепить в Уставе ООН благородные идеи и принципы, в том числе основополагающие принципы международного права. Более того, в той же речи на Валдае президент без обиняков заявил, что «мы не хотели бы проводить на Ближнем Востоке, на Дальнем Востоке и в других местах политику, которою проводил Советский Союз». Так и рвется сказать: «Да не по плечу вам, господа, и не по разуму такая политика. Оставьте!». Но вот — очередная речь президента, на этот раз в минеральном французском Эвиане, куда занесла его нелегкая на конференцию по международной политике. Портрет шагающих по лужайке Медведева и Саркози в «Российской газете». Проникновенный взгляд. И снова — уже на конференции: «Нужно изучать новую Россию, а не возбуждать фантомы Советского Союза». Подтекст: СССР государство тоталитарное и всем угрожавшее, а Россия — страна демократическая и мирная. «Советология, как и паранойя, — заявил президент Д. Медведев в Эвиане, — опасная болезнь». То же самое, однако, можно сказать и о пещерном антисоветизме, на котором нынешнее руководство России тщетно пытается заработать сомнительный политический капитал перед Западом, отменяя праздничный день Великого Октября и прорываясь любой ценой на позиции «равноправного партнера» США и НАТО.

Идея «равноправного партнерства» России с США и НАТО положена в основу и выдвинутой президентом Д. Медведевым в выступлении в Берлине 5 июня 2008 г. инициативы разработки Договора о евроатлантичес- кой-безопасности, своего рода «Хельсинки-2». Идея была широко разрекламирована российскими СМИ и с интересом воспринята в некоторых странах Европы и Америки. К этой идее было привлечено внимание и в выступлении С. Лаврова в общих прениях на LXIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН. В Эвиане президент РФ сообщил, что 7 октября 2008 г. российское руководство официально внесло пять «основополагающих положений» нового договора, содержание которых, в главном, заключается в следующем:

Во-первых, в договоре должны быть закреплены базовые принципы безопасности на основе добрососедства, уважения суверенитета, территориальной целостности и политической независимости государств.

Во-вторых, в ясной форме должна быть подтверждена недопустимость применения силы или угрозы ее применения в международных отношениях. Конфликты же должны урегулироваться исключительно в мирном ключе путем поиска «переговорных развязок».

В-третьих, — это гарантии обеспечения равной безопасности, следуя трем «не»: не обеспечивать свою безопасность за счет безопасности других, не допускать действий, которые ослабляют единство общего пространства безопасности и не позволять, чтобы развитие военных союзов осуществлялось в ущерб безопасности других участников договора.

В-четвертых, необходимо подтвердить, что ни одно государство или международная организация не могут иметь эксклюзивных прав на поддержание мира и стабильности в регионе.

В-пятых, необходимо установить базовые параметры контроля над вооружением и разумной достаточности в военном строительстве.

Президент РФ подчеркнул, что современной Евроатлантике нужна позитивная повестка дня, что предлагаемая система безопасности должна быть равной для всех государств без изоляции кого-либо и без зон с разным уровнем безопасности. Такая система будет призвана объединить всю Евроатлантику на основе единых правил игры и на долгие годы в юридически обязывающей форме обеспечить общие гарантии безопасности. С. Лавровым указывалось также в этой связи, что договор, закрепляющий создание такой системы, должен органично вписываться в правовые рамки Устава ООН и предусмотренных в нем принципов коллективной безопасности.

Идея вовлечения России в евроатлантическое партнерство новизной не блещет. В сущности, она была положена в основу первых внешнеполитических акций победившей контрреволюции, искавшей покровительства, поддержки и помощи Запада для укрепления своих позиций и обеспечения необратимости происшедшего. Ради этого были принесены в жертву жизненно важные национальные интересы России, дано согласие на интервенцию Запада в традиционные исторические зоны ее влияния, практически разрушены ее армия и флот, широко открыты двери для экономической и политической экспансии Запада, ликвидирована Организация Варшавского Договора и т. д. и т. п. По свидетельству президента РФ Д. Медведева, оглашенному на встрече с политологами на Валдае, российское руководство того времени большие надежды возлагало на вступление России в НАТО. Но на Западе, по словам Медведева, «испугались».«Испугались того, что Россия, вот такая вся большая, с очень сложными политическими, экономическими процессами, придется принимать какие-то неочевидные решения, а вдруг она еще делиться на части начнет, возникнет противостояние, придется применять силу. Ну, масса других причин».

Для нас, однако, имеет значение прежде всего мнение самого Медведева. Так вот, оно, это мнение, однозначно: «Испугались. Кстати зря. Точно, сейчас было бы меньше проблем. Мне кажется, это была серьезная ошибка». Подтекст такой — сейчас эту «ошибку» можно исправить, приняв Россию в некое евроатлантическое сообщество под видом создания системы коллективной безопасности в этом регионе. О таких планах недвусмысленно заявляли, начиная с сентября 2007 г. президент В. Путин и министр иностранных дел С. Лавров, что отмечалось в разделе 4 Главы IX книги. В конечном счете все это и вылилось в инициативу президента Д. Медведева, с которой он выступил в Берлине в июне 2008 г.

Совершенно очевидно, однако, что при нынешнем соотношении сил в мире и при том, что агрессивное жало НАТО никуда не исчезло, расчеты на скорое заключение предложенного Россией Договора о евроатлантичес- кой-безопасности обречены на провал. В лучшем случае удастся втянуть Запад в длительные переговоры с тем же конечным результатом. Даже Советскому Союзу потребовалось более двух десятилетий, чтобы привести дело к подписанию Хельсинского Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе, принятого лишь 1 августа 1975 г. и к тому же, как оказалось, далеко не во всем отвечавшего интересам СССР. Кроме того, Заключительный акт, не будучи международным договором, не требовал ратификации его парламентами государств. В случае же с Договором о евроатлантической безопасности необходимо будет пройти все эти нелегкие процедуры. Главное же состоит в том, что принятие США и странами НАТО подобного договора потребовало бы от них отказа от политики доминирования в мире, признаков чего на сегодня нет и на обозримое будущее не просматривается. Разразившийся же финансово- экономический кризис может привести к дальнейшей тоталиризации и фашизации США как ключевой империалистической державы со всеми вытекающими последствиями для мира и безопасности на планете.

Итоги состоявшихся 4 ноября 2008 г. президентских выборов в США во многом отразили недовольство правящих кругов США провалами внешней политики республиканской администрации Дж. Буша, в особенности серьезными и долговременными негативными последствиями для США развязанных этой администрацией войн в Ираке и Афганистане, неудачными попытками свергнуть антиимпериалистический режим в Иране и значительным ослаблением американских позиций в Латинской Америке. Победа на выборах сенатора — демократа от штата Иллинойс Барака Обамы, ставшего 44-м президентом США и первым чернокожим главой государства в истории этой страны, разумеется, предвещает новые подходы и нюансы, в том числе во внешнеполитической деятельности демократической администрации, которая к тому же располагает теперь большинством мест как в Палате представителей, так и в Сенате Конгресса США.

Однако Обама, как и его предшественник Буш-младший, являются ставленниками крупного капитала США и поэтому не приходится обольщаться надеждами на отказ нового президента от курса на поддержание лидирующих позиций США в мире. Попытки низвести США, хотя бы словесно, на положение одного из многих и не самого значимого полюса в современном мире, будут и впредь решительно отводиться, а пропаганда западных «демократических ценностей» для внедрения их повсюду только усилится, о чем свидетельствует опыт всех демократических администраций США, в том числе двух предшествовавших администрации Барака Обамы — Дж. Картера (1977–1981) и Б. Клинтона (1993–2001).

Как уже отмечалось, администрация Б. Обамы продолжает милитаристский курс прежних администраций и, по всей видимости, не намерена вносить сколько-нибудь серьезных корректив в политику глобализации системы ПРО и НАТО. США были и остаются застрельщиками гонки вооружений, которая в последние годы выходит на новый уровень, при том, что существует угроза появления новых видов оружия массового уничтожения, таких как геофизическое, лазерное, генетическое, этническое, информационное, пучковое, радиочастотное и других. Из сообщений СМИ известно, что администрация Обамы планирует разработку «нового наступательного кибе- роружия» и уже создает, в частности, в этих целях в структуре Минобороны США новое Киберкомандование, которое дополнит четыре другие существующие функциональные подразделения в этой структуре: Командование сил специальных операций, Объединенное командование, Стратегическое командование, отвечающее за ядерные силы и космос, и Транспортное командование. При Обаме резко усилилось наращивание технологического присутствия США в Антарктиде и Арктике, на Луне и окололунном пространстве. Продолжается курс на милитаризацию космоса.

«Войной Обамы» все чаще называют военные операции в Афганистане, проводимые войсками США и находящимися под фактическим командованием НАТО Международными силами содействия безопасности. Призывая союзников рассматривать войну в Афганистане не изолированно, а в единстве с инициированными Вашингтоном операциями пакистанской армии против талибов на территории пакистанского приграничья с Афганистаном, в Вашингтоне рискуют распространением конфликта на весь огромный регион, где в условиях обладания Пакистаном и Индией ядерным оружием и без того накоплено много горючего материала. «Война Обамы» все больше грозит превратиться для Вашингтона во второй Вьетнам со всеми вытекающими из этого последствиями для положения США в мире.

На грядущее усиление операций США и МССБ в Афганистане указывает и назначение Обамой новым командующим американским военным контингентом в Афганистане генерала С. Маккристала, возглавлявшего с 2003 г. Командование сил специальных операций, а его заместителем — генерала Д. Родригеса, помощника министра обороны США, в прошлом командовавшего элитной 82-й воздушно-десантной дивизией. Укрепляется и дипломатическое обеспечение операций США в Афганистане. Назначенный Обамой своим специальным представителем в Афганистане и Пакистане Р. Холбрук, сыгравший, как отмечалось, крайне неблаговидную роль в югославской трагедии, ныне плетет сеть интриг, направленных на сохранение проамериканских марионеточных режимов в Кабуле и Исламабаде.

Особое внимание администрация Обамы уделяет вопросам взаимодействия на афгано-пакистанском направлении с Россией. В интервью, помещенном в журнале «Шпигель» от 16 февраля 2009 г., министр иностранных дел С. Лавров заявил по этому поводу следующее: «В апреле 2008 г. мы подписали с НАТО договор о транзите невоенных грузов через территорию России в Афганистан. До сих пор такие договоры существовали только с Германией и Францией. Недавно мы подписали аналогичный документ с Испанией. В конце января США обратились к нам с просьбой использовать соглашение с НАТО также и как основу для снабжения американского контингента. Мы сразу дали согласие и помимо этого договорились с НАТО о предоставлении российских военных транспортных самолетов для действующих в Афганистане сил по поддержанию мира».

Продолжая эту линию, российское руководство в ходе визита Б. Обамы в Москву пошло на подписание с США 6 июля 2009 г. межправительственного Соглашения о транзите вооружения, военной техники, военного имущества и персонала через территорию РФ в связи с участием Вооруженных сил США в усилиях по обеспечению безопасности, стабилизации и восстановлению Исламской Республики Афганистан. По сообщениям СМИ, речь идет о 4,5 тыс. военно-транспортных самолетов в год (порядка 13 бортов в день), которые будут перебрасывать на афганский фронт как американских военных, так и их вооружение, включая тяжелое, При этом по информации журнала «Коммерсантъ. Власть» от 13 июля 2009 г. со ссылкой на источник в МИД РФ, транзит самолетов в Афганистан не предусматривает никаких дополнительных платежей, кроме обычных сборов на диспетчерское сопровождение и обслуживание в случае промежуточных посадок. Благодаря этому, Вашингтон будет экономить 133 млн. долларов в год. По условиям Соглашения военные грузы будут доставляться в Афганистан и по железным дорогам России.

Совершенно очевидно, что заключенное Соглашение является вопиющим нарушением суверенитета РФ, а с другой стороны — знаменует собой прямое подключение России к военной стратегии США в Афганистане, направленной на превращение этой страны в опорный пункт американского влияния на Ближнем и Среднем Востоке. И как бы ни изощрялись российские СМИ в стремлении найти «общий интерес» у Вашингтона и Москвы в разгроме талибов и «Аль-Каиды» в Афганистане и Пакистане, фактическое участие России в кровавой авантюре США и НАТО в регионе ложится черным пятном на деяния медведевско-путинского руководства в сфере внешней политики и международных отношений.

В выступлении на пресс-конференции по итогам своего визита в Москву Б. Обама благодарил российское руководство за то, что подписанное Россией «соглашение по военному транзиту» позволит США «сэкономить и ресурсы, и деньги, и время», отметив при этом благоприятные перспективы «будущего российского участия» в решении «огромного количества международных вопросов».

В том же выступлении Б. Обама выразил надежду на присоединение к американской стратегии в Афганистане и Пакистане стран Центральной Азии и, как известно, американская дипломатия давно уже действует на этом направлении, договариваясь о создании военных баз и других военных объектов США на территории всех без исключения стран региона. Отметим в этой связи, что несмотря на состоявшееся в феврале 2009 г. официальное решение руководства Киргизии о закрытии американской военной базы в Манасе, американская дипломатия сумела добиться фактического пересмотра этого решения, и в июле 2009 г. президент Киргизии подписал новое соглашение с США, согласно которому американская база в Манасе останется в Киргизии еще на пять лет.

Не оправдались и ожидания тех, кто связывал с администрацией Барака возможность серьезных перемен в позиции США по вопросам ближневосточного урегулирования. Разве что в ходе визита Нетаньяху в Вашингтон 1819 мая 2009 г. и его переговоров с Обамой израильскому премьер-министру указали на недопустимость отхода Израиля от установок, выработанных на конференции в Аннаполисе, и, в частности, от продолжения переговоров с М. Аббасом, а также на необходимость воздержаться от создания новых израильских поселений на Западном берегу р. Иордан. В целом же, линия Вашингтона на поддержку Израиля как своей главной опоры на Ближнем Востоке осталась неизменной, и от Израиля потребовали лишь более тесной согласованности действий с США, в особенности в отношении Ирана.

В том, что касается Ирана, администрация Б. Обамы с самого начала попыталась откреститься от наиболее одиозных заявлений президента Буша, повсюду расценивавшихся как грубое и неприкрытое вмешательство США в дела этой страны. Более того было заявлено о намерении новой администрации вести с Тегераном прямой диалог, хотя вслед за этим последовали и разъяснения, суть которых заключалась в том, что такой диалог не может длиться бесконечно и что жесткая линия в отношении Тегерана будет продолжена, если там не откажутся от стремления обзавестись ядерным оружием и не прекратят поддержку террористических организаций. Ясно, что такая позиция в Тегеране восторга не вызвала, и иранское руководство заявило, что оно ожидает от новой американской администрации не громких слов, а реальных дел, которые, действительно, способствовали бы нормализации отношений между двумя государствами.

Не секрет, что в последние годы, в том числе и при президенте Б. Оба- ме, американская администрация затратила немало сил и средств для того, чтобы обеспечить на президентских выборах в Иране победу любому альтернативному Ахмадинежаду кандидату в расчете на возможность заставить Иран так или иначе отказаться от политики жесткого противодействия гегемонистким устремлениям США на Ближнем и Среднем Востоке. Однако и на этот раз «пятая колонна» США в Иране не сработала, а переизбрание М. Ахмадинежада на выборах 12 июня 2009 г. на пост президента ИРИ поставило жирный крест на попытках США тихой сапой добиться того, чего им не удалось сделать путем многолетней политики давления, шантажа и угроз в отношении Ирана с использованием, в частности, и услуг ООН.

Более того, сокрушительное поражение, которое Ахмадинежад уже в первом туре голосования нанес своему главному сопернику — Мир-Хос- сейну Мусави (премьер-министру Ирана в 1981—1989 гг.), показало, что нынешний режим в Иране обладает достаточными политическими ресурсами и волей для успешного противостояния политике империалистического диктата. И из этого следует сделать надлежащие выводы не только администрации Б. Обамы, но и незадачливым политикам России, продолжающим в угоду своему «стратегическому партнеру» голосовать в ООН за осуществление санкций в отношении Ирана и не погнушавшимся объявить за несколько дней до президентских выборов в этой стране об очередной отсрочке завершения строительства иранской АЭС в Бушере, которую было обещано сдать в эксплуатацию еще в 1999 году.

Замечено, что с приходом к власти администрации Б. Обамы в Вашингтоне почти не вспоминают ни о широко разрекламированных заявлениях президента Буша о том, что главная опасность международному миру и безопасности исходит якобы от мусульманского мира, ни о концепции «Большого Ближнего Востока», с помощью которой бывший президент пытался нейтрализовать эту «угрозу», преобразовав огромный регион в поле, засеянное «демократиями» по образу и подобию США. Теперь в Белом доме на вооружение взята так называемая концепция «разжатого кулака», преисполненная надежд на установление США мостов дружбы и сотрудничества со всем мусульманским миром, с которым семейство Обамы как бы связано еще и родственными узами. Широкую огласку получили слова Обамы о том, что для США «невозможно думать только о палестино-израильском конфликте и не думать о том, что происходит в Сирии, Иране, Ливане, Афганистане или Пакистане», и что «эти вещи взаимосвязаны». http://typograf.ru/

Жизнь подтверждает, однако, что реальная политика администрации Б. Обамы на Ближнем и Среднем Востоке не в меньшей степени, чем политика Буша диктуется прежде всего стратегическими интересами США как и решимостью Вашингтона так или иначе сохранить и расширить сферу своего контроля над энергетическими и прочими ресурсами этого региона. И вне сомнения, важнейшим средством для достижения этой цели как была при Буше, так и остается при Обаме политика сохранения и насаждения там приемлемых для США режимов, как было в Ираке и Афганистане, равно как и политика устранения от власти режимов, для США неугодных, будь то в Иране или Судане.

В течение десятилетий, как отмечалось в разделе 2 Главы VII книги, Соединенные Штаты пытались и пытаются любыми способами: от войны до политической и дипломатической изоляции, уничтожить социалистический строй в Корейской Народно-Демократической Республике. Политика администрации Обамы в этом отношении является, по сути, продолжением политики президента Буша, что нашло отражение в последних событиях вокруг КНДР.

Начать с того, что еще в январе 2009 г. на стол нового президента был положен подготовленный рядом американских научно-исследовательских центров доклад «Соединенные Штаты и АТР: стратегия в области безопасности для администрации Обамы», в котором излагались и некоторые рекомендации, касавшиеся стратегии США на Корейском полуострове в свете ядерных программ КНДР. Суть этих рекомендаций, о чем сообщила «Независимая газета» от 2 февраля 2009 г., сводилась к тому, что администрация Обамы не должна упускать из виду «главный приз», который, как разъяснялось, заключается «не в денуклеаризации» Корейского полуострова, а в появлении, в конечном счете, объединенной Кореи, которая станет «глобальным партнером США в мировых делах».

Неудивительно в этом контексте, что в США, а также в Японии и Южной Кореи была поднята невообразимая шумиха в связи с запуском в КНДР 5 апреля 2009 г. с полигона «Мусудан» ракеты «Ынха-2» — «Млечный путь» и выводом на орбиту искусственного спутника связи «Кванмесон-2» — «Яркая звезда», о чем в Пхеньяне было объявлено заблаговременно — еще 21 марта. Истеричные заявления, последовавшие из Токио и Сеула, сопровождались появлением в Восточно-Корейском море японских и южнокорейских ракетных эсминцев, причем в Токио была поставлена и провозглашена, в качестве государственной, задача «сбить» спутник КНДР в случае его запуска.

С нападками на КНДР обрушились и российские СМИ. В статье, опубликованной в «Независимой газете» от 15 апреля, проректор Дипломатической Академии МИД РФ Е. Бажанов, ранее специализировавшийся на популяризации расхожих утверждений о «китайской угрозе» России, прямо обвинил «тоталитарный режим в Пхеньяне» в «склонности к авантюрам» и в «провокационных действиях». Отметим в этой связи и опубликованную в той же газете еще 16 февраля 2009 г. статью бывшего замминистра иностранных дел РФ Г. Кунадзе, известного своими «симпатиями» к Японии, вплоть до передачи ей Курильских островов, статью, в которой этот ныне ведущий научный сотрудник ИМЭМО РАН провокационно называл режим в Пхеньяне «квазимонархическим» и разглагольствовал о рецептах «лечения ядерных амбиций КНДР».

Созванный по инициативе Японии Совет Безопасности ООН оказался не в состоянии принять какую-либо резолюцию в связи с запуском КНДР ракеты «Млечный путь», который на Западе представили в качестве предназначенного для испытания ракеты повышенной дальности «Тэпхондон-2». Принятию такой резолюции помешали Китай и Россия. Однако на заседании Совета 13 апреля 2009 г. было одобрено Заявление председателя Совета Безопасности ООН, которое осуждало произведенный в КНДР 5 апреля 2009 г. «пуск», как противоречащий резолюции 1718 Совета Безопасности ООН от 14 октября 2006 г. и требовало, чтобы КНДР «не производила никаких дальнейших пусков». Согласно Заявлению (Документ S/PRST/2009/7) Совет призвал все государства — члены ООН «полностью выполнить» свои обязанности по резолюции 1718 Совета, т. е. осуществить все введенные против КНДР санкции. Совет высказался также за возобновление шести- сторонних переговоров и за полное осуществление Совместного заявления «шестерки» от 19 сентября 2005 г., в котором, как отмечалось в разделе 2 Главы VII книги, указывалось, среди прочего, на необходимость отказа КНДР от своих ядерных программ.

Реакция КНДР на явный шантаж со стороны Совета Безопасности ООН была вполне ожидаемой — жесткой и непреклонной. Официально с самого начала было заявлено, что в Пхеньяне не считают запуск искусственного спутника нарушением резолюции 1718 Совета Безопасности ООН. В специальном заявлении МИД КНДР объявил о возобновлении работы ядерного комплекса в Йонбене, который был ранее частично демонтирован, а также о намерении Пхеньяна построить собственный реактор на легкой воде, предназначенный для выработки ядерного топлива исключительно в мирных целях. Было также объявлено о выходе КНДР из шестисторонних переговоров ввиду того, что они оказались бесполезными и использовались для оказания давления на КНДР. Пхеньян прекращал всякое сотрудничество с МАГАТЭ, а инспекторам агентства было предложено в кратчайший срок покинуть КНДР.

Попытки США и империалистических держав заставить КНДР отказаться от каких бы то ни было ядерных программ сочетались с серией провокационных действий проамериканского режима Ли Мен Бака в Южной Корее, направленными на пересмотр политики «солнечного тепла» в отношении КНДР. В этих условиях руководство КНДР еще в январе 2009 г. аннулировало все ранее подписанные с Южной Кореей соглашения, которые касались военной сферы, включая договоренности об окончании конфронтации, мерах по снижению напряженности, взаимному уважению госсистем друг друга, об отказе от враждебной пропаганды в отношении друг друга в районе демилитаризованной зоны, установлении линии связи между военно-морскими силами обеих сторон и ряд других. Вся ответственность за такие действия была возложена на Южную Корею

Шантаж и давление на Пхеньян со стороны империалистических держав усилились после того, как 25 мая 2009 г. КНДР провела успешное испытание ядерного устройства, произведя подземный ядерный взрыв, осуществленный, как пояснялось, " в рамках мер по всестороннему укреплению самостоятельных сил ядерного сдерживания», что «явилось вкладом в защиту суверенитета страны и социализма, а также в обеспечение мира и безопасности на Корейском полуострове и в регионе». Мощность ядерного устройства, по оценке экспертов, была равна мощности американской атомной бомбы, сброшенной в 1945 г. на Хиросиму и составила 20 кило- тонн по тротиловому эквиваленту, что превышало мощность взорванного в КНДР 9 октября 2005 г. первого ядерного устройства, оценивавшуюся в 5–15 килотонн. К тому же несколько часов спустя КНДР осуществила три пуска ракет дальностью более 100 км.

Испытание ядерного оружия в КНДР президент США Б. Обама охарактеризовал как провокацию, ведущую «к усилению международной изоляции Северной Кореи», указав также, что попытки Пхеньяна разрабатывать ядерное оружие и баллистические ракеты представляют собой «опасность для международного сообщества». При этом, разумеется, ничего не было сказано о причинах таких действий Пхеньяна, как были оставлены без внимания и факты обретения в последние годы ядерного оружия Израилем, Индией и Пакистаном. Аналогичная реакция на испытание ядерного оружия в КНДР последовала из Японии, стран Евросоюза, а также со стороны Генерального секретаря ООН.

В Сеуле дело не ограничилось нагнетанием враждебной КНДР пропагандистской кампании. Власти Южной Кореи объявили о решении Сеула присоединиться к Инициативе по безопасности в области нераспространения (ИБОР), которая, как уже отмечалось в разделе 4 Главы III книги, предусматривает возможность досмотра судов стран, заподозренных в нелегальной торговле оружием массового уничтожения. В ответ КНДР заявила, что больше не считает себя связанной условиями Соглашения о перемирии 1953 года и что посягательства на ее суверенитет получат решительный отпор, откуда бы они не исходили.

Созванный по инициативе Японии и США Совет Безопасности ООН оперативно принял 26 мая Заявление председателя Совета, каковым в мае являлся представитель РФ В. Чуркин, в котором испытание ядерного оружия в КНДР осуждалось, но которое, по существу, тем и ограничивалось. Однако тут же было сообщено, что группа стран во главе с США и Японией займется разработкой фундаментального проекта резолюции, при том, что назначенный Обамой новый Постоянный представитель США при ООН Сюзан Райс потребовала, чтобы эта резолюция была «сильной и с зубами», предусматривая принятие против КНДР далеко идущих экономических и других санкций. Понятно, однако, что значимость этого и других подобных заявлений представителей американской администрации, как и самого президента Обамы, серьезно обесценивалось уже тем, что вопреки своим неоднократным обещаниям президент так и не добился ратификации Конгрессом США Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний.

12 июня 2009 г. Совет Безопасности ООН единогласно принял резолюцию 1874, соавторами которой выступили все пять постоянных членов Совета, включая Россию. Резолюция вводила запрет на проведение КНДР новых испытаний ядерного оружия и на пуски с использованием технологии баллистических ракет; накладывала эмбарго на экспорт из КНДР всех видов вооружений и на импорт в КНДР любого оружия, кроме стрелкового оружия и легких вооружений; замораживала активы КНДР, которые могут быть использованы для развития ядерной и ракетной программ, а также призывала государства-члены ООН проводить инспекции в своих портах и на аэродромах грузов, идущих из КНДР или в КНДР, и осуществлять досмотр находящихся в открытом море судов КНДР, заподозренных, на разумных основаниях, в наличии на них материалов, имеющих отношение к ядерным и ракетным программам, или направлять их в порты для досмотра. При этом подчеркивалось, что Совет действует на основании Главы VII Устава ООН и принимает меры на основании Статьи 41 Устава, что исключает применение против КНДР принудительных мер, предусматриваемых Статьей 42 Устава ООН. Совет призывал КНДР незамедлительно и без предварительных условий вернуться за стол шестисторонних переговоров.

В Заявлении МИД КНДР от 13 июня 2009 г. по поводу принятия резолюции 1874 Совета Безопасности ООН отмечалось, что принцип действий КНДР заключается «в ответе на санкции возмездием, а на конфронтацию — полномасштабным противостоянием». В Заявлении подчеркивалось, что теперь отказ от обладания ядерным оружием стал для КНДР «абсолютно невозможным», что КНДР намерена переработать весь имеющийся у нее плутоний в оружейный и продолжать работу по обогащению урана. Было также заявлено, что КНДР даст «решительный военный ответ» на любую попытку блокады со стороны США и их союзников.

Между тем, добившись одобрения Советом серии жестких мер в отношении КНДР, администрация Обамы выступила с провокационными заявлениями о решимости Вашингтона подкрепить силой гарантии безопасности своих военных союзников — Японии и Южной Кореи. Соответственно в Токио вновь заговорили о необходимости создания Японией собственного ядерного оружия, а в Сеуле послышались призывы покончить с социалистическим режимом в КНДР и на этой основе добиться объединения Кореи. В прах рассыпались заверения администрации Обамы о ее намерении вести дело к миру и стабильности в Восточной Азии.

Широковещательные, но вскоре забываемые обещания, двойные стандарты и лицедейство — характерные особенности подхода администрации Обамы к международным делам, в том числе и в ООН. Так, заявив о намерении США нормализировать отношения с Кубой, эта администрация категорически отказывается даже о самой постановки вопроса о снятии экономической блокады, осуществляемой Вашингтоном, вопреки всем нормам международного права, в отношении этой страны с 1962 года. С помпой провозгласив закрытие американской тюрьмы в Гуантанамо, Обама фактически отложил решение этого вопроса на неопределенный срок и к тому же отказался предать суду американцев, виновных в жестоких пытках находящихся там заключенных.

В мае 2009 г. администрация Обамы приняла решение пересмотреть негативное отношение прежней администрации к Совету по правам человека, о чем шла речь в разделе 4 Главы VIII книги, и подала заявку о принятии США в этот орган ООН. За месяц же до этого США отказались вместе с Израилем и рядом западных государств принять участие в работе организованной тем же Советом Обзорной конференции по выполнению Дурбанской декларации 2001 г. и Программы действий по борьбе с расизмом, расовой дискриминацией, ксенофобией и связанной с ними нетерпимостью. Опубликованный в феврале 2009 г. очередной доклад Госдепартамента США о соблюдении прав человека в мире, по обыкновению содержал в себе массу клеветнических заявлений о положении дел с правами человека в целом ряде европейских, азиатских, африканских и латиноамериканских стран.

Несомненно, что в целях отстаивания своих доминирующих позиций в мире, которые пока что сохраняются, хотя и в несколько потрепанном виде вследствие неудачных военных авантюр и влияния мирового финансово-экономического кризиса, США и при Обаме будут активно использовать ООН и другие международные организации для продвижения своих экспансионистских целей. Что касается грядущих реформ ООН, то США, не в меньшей степени, чем Россия, будут стремиться сохранить при всех возможных вариантах правило единогласия постоянных членов Совета Безопасности ООН при принятии им решений по ключевым вопросам поддержания международного мира и безопасности.

В вопросах реформы «финансовой архитектуры мира» США и при Б. Обаме будут продолжать отстаивать в том или ином виде свои ключевые позиции во Всемирном банке и других Специализированных учреждениях ООН финансово-экономического профиля. Со всей очевидностью это было подтверждено позицией США на состоявшемся в апреле 2009 г. в Лондоне саммите 20-и государств с самым мощными экономиками.

Понятно и то, что в ходе переговоров с Россией, в том числе в формате ООН, по проблемам разоружения, нераспространения, урегулирования региональных конфликтов и по другим международным проблемам США и при Б. Обаме с не меньшим упорством, чем ранее, будут стремиться склонять российское руководство к односторонним уступкам, опираясь в этом отношении на благоприятный для них опыт недавнего прошлого. Однако американцы не могут не считаться с тем, что в последние годы на смену иллюзиям в Москве постепенно приходит определенная переоценка реалий складывающейся ситуации.

Об этом довольно четко сказано в Послании, с которым президент РФ Д. Медведев обратился 5 ноября 2008 г. к Федеральному Собранию. 1149 «От того, — заявил президент, — с чем нам приходится сталкиваться в последние годы. (А что это? Это конструирование глобальной системы ПРО, окружение России военными базами, безудержное расширение НАТО и другие „подарки“ России) — складывается устойчивое впечатление, что нас просто испытывают на прочность».

В этой связи президент сообщил о некоторых из принимаемых мер, направленных на эффективное противодействие создаваемым США новым элементам ПРО в Европе. Конкретно было заявлено о том, что Россия воздержится от запланированного снятия с боевого дежурства трех ракетных полков ракетной дивизии, дислоцированной в Козельске, и от расформирования, как намечалось, самой этой дивизии к 2010 году. Кроме того, было сказано, что для нейтрализации при необходимости этих элементов ПРО Россия развернет в Калининградской области ракетный комплекс «Искандер», а также использует и свой ресурс ВМФ. С территории Калининградской области будет осуществляться радиоэлектронное подавление новых объектов системы ПРО США.

В более широком плане президент объявил о решении российского руководства о перевооружении армии и флота современной техникой, а также об утверждении им новой конфигурации Вооруженных сил России, умолчав, однако, о том, что так называемая «реформа Сердюкова», вызвала, как отмечалось, возмущение в военных и общественно-политических кругах страны. Было заявлено также о решимости России крепить интеграционное ядро Союзного государства и Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) и о наращивании объемов и глубины взаимодействия в военно-политической сфере ОДКБ.

Отметив, что в развитии международной обстановки последних лет накопилось много неблагоприятных тенденций, президент подчеркнул, что ответы на новые угрозы могут быть найдены только коллективными усилиями и что именно поэтому Россия выступает за продуманную реформу ООН, за укрепление ее центральной роли и повышение эффективности ее структур и механизмов.

С опорой на коллективные усилия, реализуемые и через ООН, следует, по убеждению президента, предпринять шаги по развитию международного режима контроля над вооружениями, и в этом деле ключевое значение имел бы прогресс в российско-американском взаимодействии. Отметив, что в настоящее время отношения между Россией и США переживают не самый простой период, президент подчеркнул, что «у нас нет проблем с американским народом, у нас нет врожденного антиамериканизма», выразив при этом надежду, что новой администрацией США будет сделан выбор в пользу полноценных отношений с Россией.

В этом же контексте президент говорил о необходимости создания «новой глобальной архитектуры безопасности», для чего, по его мнению, особенно важно добиться результата «на евроатлантическом пространстве, объединяющем Россию, Евросоюз и Соединенные Штаты». Заключение предлагаемого Россией в этой связи договора позволило бы создать «абсолютно четкие и понятные всем правила поведения», «зафиксировать единый подход к разрешению конфликтов» и «прийти к согласованной позиции по созданию надежных инструментов контроля над вооружениями».

В практическом плане президент предложил продолжать работу по укреплению правовых основ международных отношений и, в частности, выработать у всех привычку «соотносить с международным правом свои поступки»,что способствовало бы снижению фактора «жесткой силы» и утверждению коллективного образа действий. Кроме того, в том же практическом плане предложено осуществить «идею формирования полицен- тричной международной системы», создания «подлинно демократической модели отношений, не допуская единоличного доминирования в какой-либо сфере», а также утвердить «универсальные дипломатические методы урегулирования кризисных ситуаций» и, наконец, наладить диалог с партнерами для максимально быстрого формирования новых правил мировой финансовой архитектуры, которая устраняла бы монополию в этой сфере и обеспечивала интересы всех ее участников.

В довершении всего было сказано о необходимости создания в России «одного из ведущих мировых финансовых центров», имея в виду, что в мире будут создаваться много таких центров и что стало быть, «чем выше степень нашей общей взаимозависимости, тем безопаснее и устойчивее будет глобальное развитие». В этом же контексте говорилось о необходимости активизации действий России во внешнеэкономической политике и о важности наращивания ею диверсифицированных связей с членами ЕврАзЭС и другими странами СНГ, с Евросоюзом, с Китаем, с Индией и другими крупными азиатскими странами, не ослабляя при этом внимания и к открывающимся возможностям в Латинской Америке и в Африке. Было также подчеркнуто, что любое взаимодействие Москва будет выстраивать вне зависимости от географии, предельно прагматично, с учетом реальной отдачи для России и ее граждан.

Как видно из послания президента, как, впрочем, и из утвержденной президентом 12 мая 2009 г. Стратегии национальной безопасности РФ до 2020 г., олигархический режим России продолжает искать свое место в рамках мировой капиталистической системы, уповая на то, что его стенания о справедливости и равноправии будут учтены, а его решительное поведение в кавказском кризисе заставит эту систему одуматься и начать трансформироваться в новый миропорядок без конфликтов и войн, без экономических кризисов, без социальных потрясений и революций. В общем, на место утраченных малых иллюзий приходят иллюзии большие и всеохватывающие, иллюзии, игнорирующие огромный опыт борьбы народов против империализма, за свободу и независимость, за мир и социализм. Что касается перечисляемых в этих документах в различных «наборах» принципов и норм международного права, то они надлежащим образом учтены в Уставе ООН, в Хельсинском Заключительном акте и десятках других нормотворческих документов, о чем шла речь и на страницах этой книги.

Конечно, кашу маслом не испортишь, а повторение — мать учения. Но в наше время актуальность приобретают не слова, а реальные действия, направленные на возрождение системы коллективной безопасности, предусмотренной Уставом ООН в ее полном объеме, включая меры по борьбе против агрессии, в защиту прав народов на независимость, свое национальное и социальное освобождение. Совершенно очевидно также, что гонка вооружений, в том числе оружия массового уничтожения, многочисленные кризисы и конфликты современного мира, в том числе и на территории разрушенного Советского Союза, порождены и раздуваются империализмом и избавиться от этого наследия и других язв капиталистической системы трудящееся человечество может лишь сокрушив империализм и создав мировую социалистическую цивилизацию, что вполне сообразуется с объективными законами истории.

* * *

В последнее время в ООН нарастает сопротивление политике империалистических государств, форсирующих гонку вооружений, разрушающих систему переговоров по разоруженческой проблематике, проводящих политику посягательств на суверенитет и независимость народов. В особенности резкой критике подвергаются действия США и НАТО по созданию глобальной системы ПРО, продолжающаяся оккупация войсками США и НАТО Ирака и Афганистана, американо-израильские происки в вопросах ближневосточного урегулирования и разрешения палестинской проблемы, политика постоянных угроз в отношении Ирана, провокационное провозглашение «независимости» Косово, отказ Вашингтона подписать Устав Международного уголовного суда и Киотский протокол. Все большее число государств осознает опасность для всеобщего мира неоколониалистской и интервенционистской политики империалистических держав в Африке и других регионах.

Попытки империализма поставить ООН на колени дают одну осечку за другой. Роль ООН в мире и мировой политике будет возрастать по мере укрепления единства и боевитости прогрессивных и миролюбивых сил. Трибуна ООН и отчасти ее механизмы уже сейчас эффективно используются этими силами для разоблачения политики агрессии и войны, для налаживания отношений дружбы и сотрудничества между народами согласно Уставу ООН.

В мире нарастает сопротивление народов политике империализма. Десятки и сотни тысяч людей, в том числе в США, выходят на улицы городов и селений с протестами против агрессивных замыслов и действий правящих кругов США и НАТО в отношении независимых государств.

Руководители ряда ведущих стран Европейского Союза стремятся так или иначе отмежеваться от наиболее агрессивных проявлений политики американского империализма.

В Азии многие государства, в том числе Китай и Индия, выступают против применения силы в разрешении спорных международных вопросов. Могучим фактором мира стала Китайская Народная Республика. Все прогрессивные силы мира приветствуют ясно выраженную волю китайского народа на XVII съезде Коммунистической партии Китая, подтвердившем, что социализм с китайской спецификой является верной дорогой, которая ведет Китай к успешному построению процветающего, могучего, демократического, цивилизованного и гармоничного современного социалистического государства.

Крупные перемены происходят в Латинской Америке. Наряду с Кубой социалистическое общество строится в Венесуэле. Крепнет единство народов в борьбе против попыток империализма США восстановить свои господствующие позиции на этом континенте. Ключевую роль в этой борьбе играет созданная в 2004 г. новая организация — Боливарианская альтернатива для Америк, в которую входят Венесуэла, Куба, Боливия, Никарагуа, Гондурас и Доминика.

Совершенно очевидно, что ставка империализма США на мировое господство неосуществима, и это начинают понимать многие, в том числе в американском правящем лагере. Но сама экономическая и политическая природа империализма неумолимо ведет к экспансии и агрессии, к захвату новых рынков, сфер приложения капитала, к новому переделу мира. США подталкивает к этому экономический кризис, который в Вашингтоне хотели бы разрешить, и поскорее, путем установления полного контроля над энергетическими ресурсами Ближнего и Среднего Востока, Латинской Америки, Африки и Каспия.

Вспомним данную В. И. Лениным в 1918 году в письме американским рабочим беспощадную характеристику американского империализма, как нажившегося на войне «больше всех» и сделавшего своими данниками «все, даже самые богатые страны». В. И. Ленин отмечал, что «в кровавой истории кровавого империализма» американские миллиардеры — «эти современные рабовладельцы», открыли особенную трагическую страницу, выступив вдохновителями вооруженного похода иностранных интервентов «с целью удушения первой социалистической республики». 1150 Чем кончится борьба агрессивных и миролюбивых сил? — задавал вопрос И. В. Сталин в 1951 году. И отвечал: «Мир будет сохранен и упрочен, если народы возьмут дело сохранения мира в свои руки и будут отстаивать его до конца. Война может стать неизбежной, если поджигателям войны удастся опутать ложью народные массы, обмануть их и вовлечь их в новую мировую войну». В 1952 г. И. В. Сталин напишет, что пока сохраняется империализм, сохраняется и неизбежность войн и, что, следовательно, «чтобы устранить неизбежность войн, нужно уничтожить империализм». 1151

Настоящая книга посвящена героям борьбы против империализма, за свободу и независимость народов, за мир и социализм. Автор убежден, что только на этом пути могут быть претворены в жизнь благородные цели и принципы, воплощенные в Уставе Организации Объединенных Наций.


Warning: include() [function.include]: URL file-access is disabled in the server configuration in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

Warning: include(http://www.barichev.ru/photo/index.php?id=) [function.include]: failed to open stream: no suitable wrapper could be found in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

Warning: include() [function.include]: Failed opening 'http://www.barichev.ru/photo/index.php?id=' for inclusion (include_path='.:/usr/local/share/pear') in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

к оглавлению


При использовании материалов ссылка на сайт http://www.barichev.ru обязательна

 

Об авторе | О проекте | Документы ЦК | Публикации | Выступления | Книги | Письма | Ссылки| Архив