Об авторе

О проекте

Документы ЦК

Публикации

Выступления

Книги

письма

Ссылки

Архив

 

3. Попытки империализма сломать систему договоров, конвенций и соглашений по разоружению и нераспространению

Еще более красноречиво выглядят не просто угрозы, а конкретные действия США на международной арене. Можно, например, смело утверждать, что, взяв курс на силовое решение международных проблем, администрация Буша-младшего за восемь лет своего пребывания у власти своей вызывающей политикой привела дело к фактическому разрушению всей системы разоружения, созданной десятилетиями упорной и последовательной борьбы Советского Союза, всех миролюбивых сил планеты.

Краеугольными камнями этой системы стали важные многосторонние и двусторонние конвенции, договора и соглашения, заключенные в итоге сложнейших и длительных переговоров как в рамках ООН, так и за ее пределами. Они охватывали, в той или иной степени, практически все основные направления разоруженческого процесса как в области оружия массового уничтожения, так и обычных вооружений. Определенные успехи были достигнуты и в сфере контроля над разоружением. Наконец, были созданы неплохо зарекомендовавшие себя механизмы проведения переговоров по различным аспектам разоружения в том числе под эгидой ООН.

Мощнейшим ударом по системе разоружения явился завершенный в июне 2002 г. выход США из Договора по ПРО 1972 г., что не только выбило ключевое звено из цепи советско-американских договоров, направленных на ограничение ядерных арсеналов, но и значительно подорвало устои всеобщего мира.

Ведя дело к выходу из Договора по ПРО, администрация Дж. Буша отказалась ратифицировать подписанный в Москве 3 апреля 1993 г. президентами Ельциным и Бушем-старшим Договор между РФ и США о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (Договор СНВ-2). И это, несмотря на то, что по Договору Россия, как бы в целях формирования одинаковой с США структуры стратегических ядерных сил (СЯС), согласилась на кардинальное сокращение своей главной и неуязвимой составляющей этих сил — тяжелых, укрытых в шахтах межконтинентальных баллистических ракет с многоцелевыми боеголовками при фактическом сохранении главной составляющей американских СЯС — подводных лодок с такими ракетами на борту.

В апреле 2000 г. Государственная Дума России ратифицировала Договор СНВ-2, одобрив при этом пакет документов, связанных с Договором по ПРО 1972 г. и принимая во внимание достигнутые в марте 1997 г., еще с администрацией Клинтона, договоренности о подготовке переговоров по СНВ-3. Выход же США из Договора по ПРО, означавший аннулирование Договора СНВ-2, ставил крест и на договоренностях относительно переговоров по СНВ-3, обусловленных вступлением в силу Договора СНВ-2.

Дальнейшие попытки России восстановить разрушенную выходом США из Договора по ПРО связь между сокращением наступательных и оборонительных вооружений ни к чему не привели, и дело ограничилось подписанием в Москве 24 мая 2002 г. Договора о сокращении стратегических наступательных потенциалов, который вообще не содержит никаких положений, ограничивающих строительство системы ПРО США. К тому же, как подтвердил это В. Путин в своей речи в Мюнхене, США заменяют реальное сокращение своих наступательных потенциалов складированием ядерных зарядов, стремясь отложить «на всякий случай», на «черный день» лишнюю пару сотен ядерных боезарядов». 1108

При Буше-младшем военные круги США повели атаку на Договор о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (Договор СНВ-1), срок действия которого истекает в декабре 2009 г. 1109 Этот Договор, подписанный в Москве 31 июля 1991 г. президентами СССР и США М. Горбачевым и Дж. Бушем-старшим и ратифицированный в 1992 г. США, Россией и Казахстаном, а в 1993 г. — Беларусью и Украиной, вступил в силу 5 декабря 1994 г. От этой даты исчисляется и 15-летний срок его действия, который может быть продлен еще на 5 лет, если стороны за год до истечения этого срока, т. е. до 5 декабря 2008 г. примут на этот счет соответствующее решение.

Согласно Договору СНВ-1 каждая из сторон сокращает и ограничивает в три этапа свои межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) и пусковые установки МБР, баллистические ракеты на подводных лодках (БРПЛ) и пусковые установки БРПЛ, тяжелые бомбардировщики, боезаряды МБР, боезаряды БРПЛ и вооружения тяжелых бомбардировщиков таким образом, чтобы через семь лет после вступления Договора в силу и в дальнейшем суммарные количества не превышали 1600 единиц для развернутых МБР, БРПЛ и тяжелых бомбардировщиков и связанных с ними пусковых установок, в том числе 154 единицы для развернутых тяжелых МБР и связанных с ними пусковых установок. При этом по Договору каждая развернутая МБР и БРПЛ и связанная с ней установка и каждый бомбардировщик засчитывались как одна единица.

До 6 тыс. единиц сокращались ядерные боезаряды, которые числились за развернутыми МБР, БРПЛ и тяжелыми бомбардировщиками, в том числе 1540 единиц для боезарядов, которые числились за развернутыми тяжелыми МБР.

Договор запрещал создание ракет наземного и морского базирования более чем с десятью боеголовками, крылатых ракет более чем с двумя боеголовками. Запрещалось также разрабатывать ряд типов стратегических вооружений: тяжелые ракеты, баллистические ракеты класса «воздух- земля», тяжелые бомбардировщики, не являющиеся самолетами, средства скоростной перезарядки пусковых установок. Вводилось большое количество и других запретов и ограничений: не увеличивать число зарядов на существующих ракетах, не переоборудовать «обычные» средства доставки для применения ядерного оружия, базировать развернутые грунтовые мобильные пусковые установки МБР и связанные с ними ракеты только в ограниченных районах и т. п.

Неотъемлемой частью Договора СНВ-1 является подписанный 23 мая 1992 г. в Лиссабоне Протокол к Договору СНВ-1 (так называемый Лиссабонский протокол), участники которого (Беларусь, Казахстан, Россия, Украина и США) согласились с тем, что Беларусь, Казахстан, Россия и Украина, как государства-правопреемники СССР, примут на себя в связи с Договором обязательства СССР и что они заключат между собой договоренности, требуемые для осуществления устанавливаемых Договором пределов и ограничений, для обеспечения положений Договора о контроле на всей их территории и для обеспечения расходов. 1110

На момент подписания СНВ-1 у СССР было 2500 носителей (ракет наземного и морского базирования и связанных с ними пусковых установок, а также бомбардировщиков) и 10 271 боезаряд, у США — 2246 носителей и 10 563 боезаряда. Через семь лет после вступления договора в силу — 5 декабря 2001 г. Россия и США заявили о полном выполнении условий договора, при том, что у России оставалось на тот момент 1136 носителей и 5518 боезарядов, а у США 1237 носителей и 5948 боезарядов. 1111

Особенностью Договора СНВ-1 является детально разработанная система контроля за ходом его выполнения. Для содействия осуществлению целей и положений договора стороны создали Совместную комиссию по соблюдению и инспекциям. Комиссия призвана разрешать вопросы, относящиеся к соблюдению принятых обязательств, согласованию дополнительных мер для повышения жизнеспособности и эффективности Договора и распространению положений Договора на новые виды стратегических наступательных вооружений.

В 2002 г. Москва и Вашингтон договорились о том, что контрольные механизмы, заложенные в Договоре СНВ-1, будут работать еще в течение семи лет, после чего стороны вернутся к этому вопросу. Договоренность имеет большое значение, учитывая то, что заключенный между Россией и США 24 мая 2002 г. Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов (Договор о СНП) вообще не предусматривает какого-либо контроля за осуществлением предусмотренного им сокращения стратегических ядерных боезарядов до 1700–2200 единиц у каждой из сторон к концу 2012 года.

Из приведенных фактов следует, что отказ США от продления срока действия Договора СНВ-1 имел бы самые серьезные негативные последствия, которые по своей тяжести могут быть сравнимы с выходом США из Договора по ПРО 1972 года. Однако в Вашингтоне, прежде всего в военных кругах, — другая логика: там считают, что аннулирование Договора СНВ-1 расширит возможности вооруженных сил США по нанесению ударов в любой точке мира.

Об этом прямо заявил на слушаниях в Сенате 31 июля 2007 г. командующий Стратегическим командованием вооруженных сил США генерал Джеймс Картрайт, подчеркнувший несовместимость Договора СНВ-1 с концепцией «быстрого глобального удара» (Prompt Global Strike), которая, начиная с 2001 года, усиленно разрабатывается Пентагоном. Речь идет, в сущности, о концепции «сокрушительного» удара, наносимого не позднее, чем через час, а в идеале — через несколько минут после определения целей в любой точке планеты. Для обеспечения эффективности этой концепции предписывается дальнейшее наращивание ядерного оружия, ведется активная разработка гиперзвуковой крылатой ракеты, совершенствуется орбитальная группировка военных спутников, планируется размещать на подлодках баллистические ракеты морского базирования «Трайдент» с неядерными боеголовками, которые по силе удара ненамного уступают ядерным боеголовкам. 1112

В контексте концепции «быстрого глобального удара», целью которой могут стать любые объекты «международного терроризма», включая целые «государства-изгои», в США усиленными темпами совершенствуется вакуумное оружие, применение которого не запрещено какими-либо международными соглашениями. Так, в ответ на сообщение из России от 11 сентября 2007 г. о том, что она недавно испытала вакуумную бомбу весом в 8,5 тонн, бывший заместитель начальника штаба ВВС США генерал- лейтенант в отставке Томас Макинерни, ставший потом председателем экспертного совета при неправительственном комитете по политике в отношении Ирана, уже 13 сентября заявил, что США располагают вакуумной бомбой весом в 40 тонн, предназначенной для уничтожения укрепленных подземных объектов. «Российское оружие, — продолжал он, — было сброшено с поднявшего его самолета, это не бомба проникающего действия. У нас же есть проникающая бомба, я не могу сказать вам, на какую глубину она может пробить, но у Ахмадинежада нет ничего, что мы не смогли бы пробить».1113

Одновременно в Пентагоне было объявлено о начале монтажа в Калифорнии на Боинге 747 высокоэнергетического химического лазера мега- ватного класса — «лазерной пушки», способной уничтожать баллистические ракеты на расстоянии в сотни километров. 1114

Сочетаемая со строительством глобальной ПРО и совершенствованием ядерных вооружений, ставка США на создание и широкое использование обычного высокоточного оружия (ВТО), включая вакуумное, угрожает миру новым витком гонки вооружений. Концепция «быстрого глобального удара» приобретает все более четкие очертания и зловещий характер.

Американские СМИ сообщают о том, что военное руководство США планирует несколько этапов в реализации этой концепции. На первом этапе (к 2010—2012 гг.) намечается оснастить неядерными боеголовками БРПЛ «Трайдент». Ведется разработка гиперзвуковой крылатой ракеты, совершенствуется орбитальная группировка военных спутников.

На последующем этапе (2013—2015 гг.) рассматривается возможность развертывания МБР наземного базирования с «обычными» боеголовками. При этом в качестве потенциальных районов такого развертывания намечены западное и восточное побережье США, конкретно мыс Канаверал (штат Флорида), где находится место запуска космических объектов и база Ванденберг (штат Калифорния), используемая и как ракетный полигон. 1115 Также отмечается, что речь идет не только о БРПЛ и МБР с неядерными боеголовками, но и о стратегических ракетных силах морского базирования (ПЛАРБ), четыре единицы которых переоборудованы в носители крылатых ракет большой дальности. Кроме того, имеются в виду и тяжелые бомбардировщики В-1В, с которых Пентагон снял ядерные задачи. 1116

В рамках концепции «быстрого глобального удара» Пентагон намерен уничтожать не только «базы террористов» и оказавшиеся под их контролем склады и средства доставки оружия массового уничтожения, но и стратегические объекты, такие, как противоспутниковые системы и системы ПВО, баллистические ракеты и объекты, содержащие оружие массового уничтожения, другие важные цели, включая командование противника.

По оценкам специалистов, стратегическими неядерными средствами могут быть поражены от 10 до 30 процентов подобных целей. И не случайно, что традиционную триаду ядерных сил (МБР, БРПЛ и стратегические бомбардировщики) в Пентагоне постепенно преобразовывают в новую триаду (ядерные силы, неядерные силы на основе ВТО и системы ПРО). Включение в триаду неядерных сил и их все более широкое использование в рамках концепции «быстрого глобального удара» преследуют к тому же и сугубо политические цели: с одной стороны, уменьшить риск применения ядерного оружия и дезориентировать мировое общественное мнение относительно масштабов нависающей над человечеством угрозы, а с другой — попытаться нейтрализовать возмущение народов варварскими действиями, придав им «гуманитарный характер», как якобы наносящим «минимальный ущерб» гражданскому населению и окружающей среде.

В том, что касается России, то, как считают российские эксперты, главная опасность состоит в возможности быстрого «обратного переоборудования» неядерных средств в ядерные и оперативного наращивания таким образом стратегических наступательных сил США. В условиях, когда к 2012 году Россия реально сможет иметь, по мнению экспертов, не более 1500 стратегических ядерных боезарядов (при разрешенном Договором о СНП пределе в 1700–2200 боезарядов), у США может появиться потенциал для сокрушительного первого удара, а с учетом создаваемой глобальной системы ПРО — возможности обезопасить себя от ответного удара. 1117

В документах военной политики РФ, заявлениях президента неоднократно подчеркивалось, что Россия строго придерживается Договора о нераспространении ядерного оружия и Режима контроля за ракетной технологией и что принципы, заложенные в их основе, носят универсальный характер.

8 декабря 1987 г. между СССР и США был заключен Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (Договор о РСМД), вступивший в силу 1 июня 1988 г. Согласно Договору стороны обязались не производить никаких баллистических ракет наземного базирования средней (1000–1500 км) и меньшей дальности (500–1000 км), не проводить летные испытания таких ракет и не производить для них никаких ступеней и пусковых установок. Для контроля за ходом осуществления Договора создавалась Специальная контрольная комиссия (СКК). На основе решения глав государств СНГ от 9 октября 1992 г. правопреемниками СССР по Договору наряду с Россией стали Беларусь, Украина и Казахстан.

В международном плане ценность Договора о РСМД, явившегося плодом пятилетних с перерывами советско-американских переговоров и носящего бессрочный характер, состояла в том, что он был первым шагом на пути реального ядерного разоружения. Для СССР значение Договора в конкретно-исторических условиях 80-х годов определялось тем, что он повернул вспять решение НАТО о размещении на территории ряда европейских государств-членов НАТО американских баллистических ракет средней дальности (РСД типа «Першинг-2» дальностью до 1800 км) и крылатых ракет наземного базирования (КРНБ) дальностью до 2500 км) с ядерными боевыми частями. Тем самым ликвидировались ракеты, способные частично поражать территорию СССР, не говоря уже о территориях государств — союзников СССР по Варшавскому Договору, что, разумеется, не устранило попыток США и в дальнейшем вести дело к наращиванию военных преимуществ НАТО в Европе.

Договор был полностью выполнен, и к 1 июня 1991 г. была завершена предусмотренная им ликвидация ракет средней и меньшей дальности, пусковых установок таких ракет, а также связанного с ними вспомогательного оборудования. При этом предательская политика горбачевского руководства привела к тому, что ракет СССР было ликвидировано вдвое больше, чем ракет США (соответственно 1836 и 859), включая 200 новых оперативно-тактических советских ракет «Ока», которые по дальности полета (400 км) вообще не подпадали под действие Договора о РСМД. 1118

В речи в Мюнхене 10 февраля 2007 г. президент РФ В. Путин привлек внимание к тому, что бессрочному Договору о РСМД до сих пор так и не было придано универсального характера. «Сегодня, — сказал президент, — такие ракеты уже имеет целый ряд стран: Корейская Народно-Демократическая Республика, Республика Корея, Индия, Иран, Пакистан, Израиль. Многие другие государства мира разрабатывают эти системы и планируют поставить их на вооружение. И только Соединенные Штаты Америки и Россия несут обязательства не создавать подобных систем вооружений. Ясно, что в этих условиях мы вынуждены задуматься об обеспечении собственной безопасности».1119

15 февраля 2007 г. начальник Генерального штаба ВС РФ Ю. Балуев- ский, как бы развивая этот тезис президента, подтвердил: разработки в области ракет средней и меньшей дальности и совершенствование этого оружия ведутся во многих странах, в то время, как мы, «выполняя принятые на себя обязательства, не только уничтожили уникальные ракеты такого класса, но и потеряли возможность дальше работать в этом направлении». В этом контексте Балуевский заявил о возможности выхода России из Договора о РСМД, аргументируя это положение следующим образом: «Договор между Москвой и Вашингтоном имеет бессрочный характер. Но возможность выхода из него существует — если одна из сторон предоставит убедительные доказательства в необходимости такого выхода».

Балуевский подчеркнул при этом, что возможный отказ России от Договора по РСМД он не связывает напрямую с продвижением военной структуры НАТО на Восток. «Однако, — продолжал он, — именно Соединенные Штаты создали в свое время прецедент, в одностороннем порядке выйдя из другого договора — по противоракетной обороне. Так что отказ России от обязательств по РСМД, если он все-таки случится, тоже будет выглядеть, в общем то, оправданно».1120

Однако этого не случилось: США в принципе поддержали инициативу российского президента, что позволило сторонам выступить с Совместным заявлением по Договору о РСМД, которое было распространено в качестве официального документа на LXII сессии Генеральной Ассамблеи ООН и на Конференции по разоружению.

С учетом этого Россия предложила разработать и заключить многостороннее соглашение на базе соответствующих положений Договора о РСМД. Россия считает, что основными элементами такой универсальной международно-правовой договоренности могли бы стать следующие:

Во-первых, обязательство сторон не проводить летных испытаний и не производить никаких РСМД, их ступеней и пусковых установок.

Во-вторых, обязательство государств-участников к согласованному сроку ликвидировать все свои РСМД, их пусковые установки и связанные с ними вспомогательные сооружения и оборудование.

В-третьих, установить правила засчета и определения типа РСМД, их размещения и перемещения в процессе подготовки к ликвидации, процедуры ликвидации и проверки выполнения обязательств.

Исходя из этого Россия неофициально распространила в феврале 2008 г. для изучения странами-участниками Конференции по разоружению (65 государств, включая пять ядерных держав) документ «Основные элементы международно-правовой договоренности о ликвидации ракет средней дальности и меньшей дальности (наземного базирования), открытой для широкого международного присоединения».

26 апреля 2007 г. президент РФ в своем ежегодном Послании Федеральному Собранию поставил вопрос о возможности прекращения обязательств России по Договору об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), подписанном 19 ноября 1990 г. в Париже 22 государствами, входившими в Организацию Варшавского Договора (ОВД) и НАТО. Согласно Договору, для каждого блока вводились ограничения на численность военной техники в Европе (от Атлантики до Урала) по пяти категориям: танки, бронемашины, артиллерия, боевые самолеты и вертолеты, и соответственно каждый блок обязывался сократить количество военной техники в Европе до 20 тыс. танков, 30 тыс. бронемашин, 20 тыс. артсистем, 6,8 тыс. самолетов и 2 тыс. вертолетов.

В целях исключения концентрации вооружений во фланговых зонах ОВД (Болгария, Румыния, а также Закавказский, Ленинградский, СевероКавказский и Одесский военные округа СССР) и НАТО (Греция, Исландия, Норвегия и Турция) каждому блоку разрешалось иметь там не более 4700 танков, 5900 бронемашин и 6000 артсистем.

15 мая 1992 г. на саммите СНГ в Ташкенте советская квота была разделена между новыми независимыми государствами и квота РФ составила 6400 танков, 11 480 бронемашин, 6415 артсистем, 3450 самолетов и 850 вертолетов. В 1996 году по просьбе России границы фланговых зон были пересмотрены: из них исключили Псковскую, Волгоградскую, Астраханскую области, восточную часть Ростовской области и коридор на юге Краснодарского края. Это, в частности, позволило России передислоцировать необходимое количество вооруженных сил и вооружений на юг страны в связи с войной в Чеченской Республике.

В связи с вступлением в состав НАТО ряда государств ОВД, что повлекло за собой изменение военного баланса в Европе, возникла необходимость адаптации ДОВСЕ к новым реалиям. В этом контексте в Хартии европейской безопасности, подписанной 18 ноября 1999 г. в Стамбуле главами государств и правительств стран-участниц ОБСЕ, отмечалась необходимость укрепления ДОВСЕ «путем адаптации его положений с целью обеспечения большей стабильности, предсказуемости и транспарентности в меняющихся условиях». При этом подчеркивалось, что ДОВСЕ «должен оставаться краеугольным камнем европейской безопасности» и что ему принадлежит «основополагающая роль в построении более безопасной и единой Европы».1121/a>

19 ноября 1999 г. страны-участницы ДОВСЕ подписали в Стамбуле Соглашение об адаптации ДОВСЕ, в соответствии с которым блоковые квоты вооружений разделялись на каждую страну в отдельности. Для России квота составила 6350 танков, 11 280 бронемашин, 6315 артсистем, 3416 самолетов и 855 вертолетов, что превышает реально имеющееся количество российской боевой техники в регионе. Фланговые квоты России увеличивались в 1,3–3,7 раза. 1122/a>

Как уже отмечалось в Главе III книги, Россия с самого начала скрупулезно выполняла положения Соглашения об адаптации ДОВСЕ и не ее вина в том, что в настоящее время ДОВСЕ находится в кризисном состоянии. Заметим в этой связи, что со времени подписания адаптированного ДОВСЕ, только четыре государства, а именно Россия, Казахстан, Беларусь и Украина ратифицировали этот документ.

Между тем страны НАТО открыто заявили, что не ратифицируют адаптированный ДОВСЕ, включая положения о фланговых ограничениях до тех пор, пока Россия не выведет свои базы из Грузии и Молдавии. И это, несмотря на то, что никакой прямой юридической связи между адаптированным ДОВСЕ и обязательством вывести войска из этих стран не существовало.

Более того, как заявил в Мюнхене президент РФ, «из Грузии наши войска выводятся, причем даже в ускоренном порядке», и эти проблемы «мы с нашими грузинскими коллегами решили». Что же касается Молдавии, то там, как сообщил президент РФ в той же речи, сохраняется группировка в 1,5 тыс. военнослужащих, которые выполняют миротворческие функции и охраняют склады с боеприпасами, оставшимися со времен СССР, и Россия проявляет заинтересованность в решении и этой проблемы. 1123/a>

Позднее, возвращаясь к этому вопросу в Послании к Федеральному Собранию, президент РФ вновь напомнил, что Россия не только подписала и ратифицировала ДОВСЕ, но и «на практике выполняет все положения этого договора». Отметив, что смысл ДОВСЕ был бы понятен, если бы продолжал существовать ОВД, президент заявил: «Сегодня же это означает лишь то, что на территории собственной страны мы ограничены в вопросах дислокации вооруженных сил общего назначения. Мы существенно сократили количество войск. На северо-западе у нас не осталось ни одного управления армейского и корпусного масштаба. Из европейской части страны выведены практически все виды тяжелых вооружений. Фактически мы — единственная страна, которая имеет так называемые „фланговые ограничения“ на юге и севере. И даже в условиях обострения ситуации в Чеченской Республике Россия продолжала выполнять условия этого договора, согласовывала свои действия с партнерами».1124/a>

В Послании президента были отклонены попытки западных держав оправдать свой отказ от ратификации адаптированного ДОВСЕ ссылками на Стамбульские договоренности, предусматривающие вывод российских подразделений из Грузии и Приднестровья. Президент привел два аргумента: во-первых, Россия «целенаправленно работает над решением этих непростых задач», а во-вторых, «и это самое главное» — ДОВСЕ «юридически вообще никак не связан со Стамбульскими договоренностями».

Далее президент прямо увязал отказ западных держав ратифицировать адаптированный ДОВСЕ с их стремлением добиваться «односторонних преимуществ», использовать сложившуюся ситуацию для наращивания системы военных баз возле границ России и для размещения элементов ПРО в Чехии и Польше. Он также привлек внимание к тому, что такие новые страны НАТО, как Словакия и государства Прибалтики, вообще не присоединились к ДОВСЕ, что создает для России «реальные опасности с непредсказуемыми сюрпризами».

С учетом указанных соображений президент заявил, что считает целесообразным объявить мораторий на исполнение Россией этого Договора «до тех пор, пока все страны НАТО без исключения не ратифицируют его — и так, как это сегодня фактически в одностороннем порядке делает Россия, — не начнут его строго исполнять».1125/a>

12—15 июня 2007 г. по инициативе России в Вене состоялось чрезвычайное совещание государств, подписавших ДОВСЕ, на котором Россия обусловила дальнейшее участие в Договоре принятием своих предложений, касающихся в том числе возвращения Литвы, Латвии и Эстонии в договорное поле, отмены фланговых ограничений для России, понижения суммы разрешенных уровней и наличия обычных вооружений и боевой техники НАТО в качестве компенсации за усиление потенциала НАТО в результате увеличения числа членов этого военного блока. Было заявлено, что если партнеры России по ДОВСЕ не ратифицируют договор и не станут применять его на практике, то Россия может выйти из Договора окончательно к 1 июля 2008 г.

14 июля 2007 г. во исполнение соответствующего положения в своем Послании Федеральному Собранию президент РФ подписал Указ «О приостановлении Российской Федерацией действия Договора об обычных вооруженных силах в Европе и связанных с ним международных договоров». В числе последних были названы Ташкентское соглашение 1992 г., Стамбульское соглашение об адаптации ДОВСЕ 1999 г. и ряд других.

27 июля 2007 г. президент РФ внес законопроект о моратории на участие России в ДОВСЕ в Государственную Думу, и на состоявшихся там 19 сентября 2007 г. парламентских слушаниях по этому вопросу законопроект был одобрен, не вызвав существенных возражений. При этом представлявший на слушаниях МИД РФ заместитель министра С. Кисляк обратил особое внимание на то, что Россия объявляет мораторий на выполнение именно базового договора — ДОВСЕ, но по-прежнему заинтересована в скорейшем вводе в действие его адаптированного варианта, хотя этот процесс тормозится странами Запада. Представлявший же на слушаниях Минобороны заместитель начальника международно-договорного управления Главного управления международного военного сотрудничества Минобороны В. Никишин сообщил, что после того как Россия приостановит свое участие в ДОВСЕ, прекращены будут лишь ежегодное информирование сторон и взаимные инспекции. Что же касается «мер по повышению количества вооружений», то, по его словам, — «это из серии фантастики», и Россия предпринимать их не будет. 1126 Согласно закону, подписанному президентом РФ, Россия приостановила свое участие в ДОВСЕ в ночь с 12 на 13 декабря 2007 г.

Из рассмотрения материалов, касающихся ДОВСЕ, как и Договора о РСМД, следует, что угрозы и жесткие предупреждения, посыпавшиеся на западные державы из Мюнхена и Москвы, скорее похожи на имитацию решительных действий, нежели на нечто реальное, что могло бы остановить все более наглеющий американский милитаризм и те силы, которые его поддерживают. Это же относится к реакции российского руководства на начавшееся строительство американской ПРО в Польше и Чехии: заявления В. Путина в том плане, что в Европе «впервые в истории появляются элементы американской системы ядерного стратегического комплекса», представляющие угрозу безопасности России, сменялись вдруг готовностью вести переговоры с американцами о создании такой системы на базе Габалинской РЛС и еще находившейся в стадии строительства РЛС под Армавиром. В конце сентября 2007 г. были сделаны также заявления о том, что Россия откажется от РЛС системы предупреждения о ракетном нападении, расположенных в Мукачево и Севастополе. 1127

В этой же связи напомним, что Россия оставила свои военные базы на Кубе и во Вьетнаме, уничтожила, практически в одностороннем порядке, системы межконтинентальных ракет и ракет средней и меньшей дальности, а также ликвидировала космическую станцию «Мир» задолго до окончания ее реального срока эксплуатации. Глобальные амбиции НАТО были существенно подогреты ратификацией Федеральным Собранием России в 2007 году соглашения о статусе войск НАТО на территории России.

В выступлении в Мюнхене 10 февраля 2007 г. президент РФ справедливо говорил о том, что потенциальная опасность дестабилизации международных отношений во многом связана «с очевидным застоем в области разоружения». «Застой» — сказано слишком мягко: ведь речь идет не только о том, что почти десятилетие бездействует Конференция по разоружению и фактически прекращена работа Комиссии ООН по разоружению, а о том, что, по существу, сломана вся система договоров по разоружению.

И действительно, США вышли из Договора по ПРО 1972 г., они не желают ратифицировать Договор о всеобъемлющем запрещении испытаний ядерного оружия 1996 г., отказались от Договора СНВ-2 и прекратили подготовку переговоров по СНВ-3, лишь в начале 2009 г., при президенте Б. Обаме, согласились вести переговоры о продлении срока действия Договора СНВ-1, истекающего в декабре 2009 г., препятствуют заключению Договора о запрещении производства расщепляющих материалов для военных целей, заблокировали процесс выработки Протокола по контролю к Конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении.

США не желают вести переговоры по перемещению всех средств тактического ядерного оружия на свою территорию, сохраняя около 200–400 тактических ядерных бомб в Великобритании, Италии, Нидерландах, Бельгии, ФРГ, Турции. 1128

В Вашингтоне категорически отказываются от заключения каких бы то ни было соглашений, направленных на демилитаризацию космоса. Ядерное оружие всячески совершенствуется, и в настоящее время упор делается на то, чтобы реализовать программу создания «чистых ядерных боеголовок» малой мощности, проникающих глубоко в грунт для уничтожения защищенных бункеров. Не ставится вопроса и об ограничении мощности боезарядов обычного оружия, сопоставимой с мощностью ядерного оружия.

Все это наносит удар за ударом по Договору о нераспространении ядерного оружия, согласно которому установлен принцип баланса обязательств: ядерные державы сокращают свои ядерные вооружения, а неядерные государства отказываются от возможности обладать ядерным оружием, получая при этом помощь от ядерных держав в мирном использовании ядерной энергетики.

В последние годы на многочисленных международных форумах, в том числе в ООН, распространение ядерного оружия, как и других видов оружия массового уничтожения, справедливо признается в качестве одной из новых, притом опаснейших угроз, нависших над человечеством. При этом бросается в глаза, что могущественные СМИ империалистических держав возлагают главную, а то и исключительную, ответственность за нынешнее неблагополучное состояние дел с осуществлением ДНЯО именно на развивающиеся страны, и прежде всего на те, режимы которых по тем или иным причинам их не устраивают. В руках империализма ДНЯО давно уже превратился, таким образом, в орудие шантажа и давления на неугодные режимы — Ирак С. Хусейна, Иран и КНДР — наглядные тому примеры.

Между тем приведенных в данной книге фактов достаточно для того, чтобы сделать вполне определенный вывод: именно империализм рушит сами устои ДНЯО своей безудержной и не знающей никаких пределов гонкой вооружений. В том же, что касается США, то выходя из одних договоров, блокируя заключение других и нарушая выполнение третьих, они, в сущности, добиваются полной свободы рук в стратегической области. Любые ограничения на этом пути отвергаются с ходу, а если и завязываются переговоры, то ставка делается не на достижение компромисса, а на получение односторонних преимуществ.

США не оставляют, например, надежд на то, чтобы втянуть Россию в свои планы создания глобальной системы ПРО. Об этом свидетельствуют и состоявшиеся в июле — начале сентября 2007 г. в Париже российско-американские раунды консультаций по проблематике ПРО. В ходе консультаций США ни на йоту не отступили от своих планов создания элементов ПРО в Польше и Чехии, выразив при этом согласие на предложения Путина о совместном использовании Габалинской и Армавирской РЛС, по существу, в качестве «довеска» к собственным планам. 8 сентября 2007 г. эта проблематика обсуждалась на встрече Дж. Буша и В. Путина в Сиднее, где проходил форум АТЭС на высшем уровне. Информируя СМИ об итогах встречи, помощник американского президента Д. Джеффри сообщил, что лидеры «остановились на том, как продвигаться вперед по тем предложениям, которые были сделаны российской стороной, и по стремлению США создать эффективную систему ПРО, которая бы прикрывала большую часть Европы и США от угрозы с Ближнего Востока».1129 10 сентября, находясь уже с визитом в ОАЭ, Путин отметил, что Москва еще не потеряла «предельной доли здравого оптимизма» в отношении урегулирования проблемы ПРО».1130


Warning: include() [function.include]: URL file-access is disabled in the server configuration in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

Warning: include(http://www.barichev.ru/photo/index.php?id=) [function.include]: failed to open stream: no suitable wrapper could be found in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

Warning: include() [function.include]: Failed opening 'http://www.barichev.ru/photo/index.php?id=' for inclusion (include_path='.:/usr/local/share/pear') in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

к оглавлению


При использовании материалов ссылка на сайт http://www.barichev.ru обязательна

 

Об авторе | О проекте | Документы ЦК | Публикации | Выступления | Книги | Письма | Ссылки| Архив