Об авторе

О проекте

Документы ЦК

Публикации

Выступления

Книги

письма

Ссылки

Архив

 

1. Палестинский кризис

25 января 2006 г. в ПНА состоялись парламентские выборы, по итогам которых ХАМАС одержал убедительную победу над ФАТХ. Отныне ХАМАС контролировал 72 из 132 депутатских мест, что позволяло ему проводить любые решения. Выборы прошли организованно и не давали малейшего повода усомниться в их демократическом характере. Даже американский Центр Картера, который проводил мониторинг трех предшествовавших выборов в ПНА, назвал их «честными, справедливыми и мирными с результатами, одобренными как победителями, так и побежденными».659

Победа ХАМАС на выборах в решающей степени была обусловлена тем, что на протяжении многих лет ХАМАС действует прежде всего как социальная организация, заботящаяся не на словах, а на деле о нуждах простых людей: строит в автономии школы, поликлиники, приюты для сирот, опекает семьи погибших бойцов, оплачивает детям погибших учебу за границей, выплачивает пособия их родственникам и т. п. Движение ХАМАС зарекомендовало себя как партия честных людей, ее руководители с самого начала разоблачали коррупцию в рядах ФАТХ, в особенности укоренившуюся там после гибели Я. Арафата. Кроме того, палестинцы были крайне недовольны тем, что бесконечные компромиссы, на которые шел Арафат в переговорах с Израилем, так и не привели к созданию независимого палестинского государства.

18 февраля 2006 г. в Рамалле, нынешней столице ПНА, прошло первое заседание Законодательного собрания (парламента) ПНА. Спикером был избран член ХАМАС академик Абдель Азиз Дуаик, а главой парламентской фракции ХАМАС — Махмуд аз-Захар. Новое правительство ПНА со штаб- квартирой в Рамалле возглавил Исмаил Хания, выпускник палестинского Исламского университета, в прошлом глава канцелярии духовного лидера ХАМАС шейха Ахмеда Ясина. При всем этом президентом ПНА и руководителем ООП оставался Махмуд Аббас, который, в частности, сохранял за собой право заключать от имени ПНА международные договоры и соглашения, подлежавшие, однако, утверждению парламентом, где ХАМАС имел подавляющее большинство голосов. Что касается руководства ХАМАС во главе с Халедом Машаалем, то оно с самого начала находится в Дамаске.

Сформированное ХАМАС исключительно из своих сторонников — членов ХАМАС, правительство ПНА было утверждено Законодательным собранием 28 марта 2006 г. В поддержку кабинета И. Хания проголосовали 71 депутат, против — 36.

Победа ХАМАС на парламентских выборах 25 января 2006 г. с самого начала вызвала резко отрицательную реакцию в Вашингтоне: было известно, что именно Белый дом, кстати, вопреки мнению Израиля, настоял на проведении в ПНА досрочных выборов, полагая, что их результаты усилят власть Махмуда Аббаса и позволят ему быстрее разоружить ХАМАС. Неудивительно поэтому, что в выступлении на пресс-конференции на второй день после выборов в ПНА президент США Буш заявил, что США «не будут иметь дела» с ХАМАС, пока эта организация «не откажется от своего стремления уничтожить Израиль», и что США «по-прежнему поддерживают Махмуда Аббаса».660

Американские и другие западные СМИ тотчас же развернули широкую пропагандистскую кампанию по дискредитации ХАМАС, как якобы сугубо террористической организации. При этом они всячески спекулировали на том, что в принятом в августе 1988 года программном документе ХАМАС — Исламской хартии — записано: «Наш путь — джихад. Сионистский враг должен быть уничтожен», и что целью ХАМАС в этом документе провозглашено создание исламского палестинского государства «от Средиземноморья до реки Иордан».661 О том, что наличие такого же рода формулировок в Палестинской национальной хартии не помешало Я. Арафату вести переговоры с Израилем, разумеется, умалчивалось. Как умалчивалось и о том, что решением Палестинского Совета подобные формулировки были давно исключены из Палестинской национальной хартии, а также о том, что руководство ХАМАС как минимум уже три года ведет разработку нового текста Исламской хартии. 662

Дело, однако, не ограничилось словесами. США и ЕС фактически сразу же объявили бойкот законно избранной власти и ввели экономические санкции против ПНА. США потребовали вернуть им 50 млн долларов, выделенных на проекты переустройства инфраструктуры ПНА после закрытия еврейских поселений в секторе Газа и на Западном берегу. Было также объявлено о замораживании счетов одной из благотворительных организаций, через которую, как предполагалось, осуществлялось финансирование ХАМАС. 663 США и Канада запретили своим официальным лицам и дипломатам контакты с членами ХАМАС и сформированного им правительства. 664

Следует при этом иметь в виду, что именно США и ЕС были основными донорами ПНА, которой с 2001 по 2005 год было перечислено 5 млрд долларов международной финансовой помощи. В 2005 г. ПНА получила от ЕС 341 млн долларов, а США выделили ей 313 млн долларов, в том числе 225 млн через американское Агентство международного развития и 88 млн долларов через Фонд ООН. В 2006 г. США заложили в бюджет предоставление помощи ПНА в размере 234 млн долларов. Что касается других государств, то, к примеру, Канада выделила палестинцам в 2005 г. 20,5 млн, Япония — 50 млн, арабские страны (включая Кувейт, Алжир, Египет и Саудовскую Аравию) — 67 млн, КНР — чуть больше 6 млн долларов. 665 Годовой бюджет ПНА составляет 1,6 млрд долларов, из них на ЕС, США и государства арабского мира приходилось примерно 1 млрд долларов. 666

Израиль встретил победу ХАМАС в обстановке острого политического кризиса, вызванного госпитализацией премьер-министра А. Шарона, что случилось в разгар предвыборной кампании в Израиле. На выборы в парламент, назначенные на 28 марта 2006 г., Шарон шел во главе основанной им в декабре 2005 г. центристской партии Кадима («Вперед»), в которую выделились из партии Ликуд («Союз») самые твердые и последовательные сторонники его курса на ликвидацию израильских поселений в секторе Газа и отчасти — на Западном берегу реки Иордан. Уверенный в победе и рассчитывая подкрепить свой курс на выборах, Шарон побудил Кнессет еще 29 ноября 2005 г. принять решение о досрочных парламентских выборах. Однако 18 декабря Шарон оказался в больнице, где ему был поставлен диагноз «микроинсульт». Выйдя из больницы, Шарон проработал лишь несколько дней и после теперь уже «обширного инсульта», настигшего его 4 января 2006 г., оказался в глубокой коме.

Между тем партия Ликуд, всегда тесно ассоциировавшаяся с именем Шарона и всецело обязанная ему своей победой на досрочных парламентских выборах в феврале 2001 года, быстро теряла свой авторитет среди избирателей. Возглавивший партию Ликуд Б. Нетаньяху, занимавший премьерский пост в 1996—1999 гг. и считавшийся бесспорным преемником Шарона, превратился теперь в его ярого противника, объединив вокруг себя политиков, усмотревших в курсе Шарона в отношении израильских поселений предательство национальных интересов Израиля. Болезнь Шарона выдвинула на авансцену политической борьбы Эхуда Ольмерта, который в силу своего положения вице-премьера был назначен и.о. премьер-министра и мог находиться в таком качестве, согласно установленному порядку, в течение ста дней, т. е. до середины апреля 2006 г. «По наследству» Ольмерту отходил и пост главы партии Кадима, хотя многие сторонники Шарона считали, что его должна была занять министр юстиции, а до этого — министр «абсорбации» Ципи Ливни, бывшая сотрудница израильской разведки «Моссад», которую в Израиле многие прочили в свое время на пост министра обороны и которая в кабинете Ольмерта заняла пост министра иностранных дел.

В своем программном заявлении, сделанном 24 января 2006 г. на конференции в Герцлии, где в свое время Шарон сообщил о своем решении в одностроннем порядке отступить из сектора Газа, Э. Ольмерт подчеркнул, что он продолжит курс Шарона на формирование постоянных границ Израиля, исходя из того, что Израиль «не может продолжать удерживать территории, на которых основное население составляют палестинцы». Было также отмечено, что существование двух национальных государств — еврейского и палестинского — это единственный путь реализовать «национальные чаяния двух народов». Формально подтверждалась также приверженность Израиля «Дорожной карте».

Вместе с тем Ольмерт, как собственно и Шарон, позиционировал себя как политик, твердо убежденный в том, что столицей Государства Израиль должен быть «объединенный Иерусалим» и что Израиль должен сохранить за собой «территории, необходимые для безопасности государства, крупные „блоки“ еврейских поселений и места, представляющие национальную важность».667

Победа ХАМАС на выборах 25 января 2006 г., о результатах которых официально было объявлено 31 января, вызвала в правящих кругах Израиля настоящий переполох. Ликудовцы всячески изображали эту победу как следствие ухода Израиля из сектора Газа, что якобы лишь поощрило хама- совцев на активные действия и привело к захвату ими власти в ПНА. Так, Б. Нетаньяху открыто сравнивал победу ХАМАС на выборах с приходом к власти в Германии нацистов в 1933 г. и заявлял, что «это стало результатом той безответственной политики односторонних уступок, которую проводило правительство при самом активном участии Ольмерта».668 В кампанию против Кадимы включились, помимо Нетаньяху, и ряд влиятельных деятелей из других партий. В результате израильское общество оказалось как бы расколотым на синих (сторонников шароновско-ольмертовского плана размежевания) и оранжевых (решительных противников каких бы то ни было уступок палестинцам).

На самом же деле в подходе и тех, и других к ХАМАС существенных разногласий не было: весь правящий лагерь Израиля объявил ХАМАС своего рода израильский джихад и действовал в унисон с акциями США и ЕС, направленными на удушение этой организации. 27 января и.о. премьер-министра Э. Оль- мерт заявил о прекращении любых контактов с новым палестинским правительством до тех пор, пока ХАМАС не признает право Израиля на существование, не откажется от вооруженной борьбы и не признает все соглашения, подписанные между Израилем и ПНА. Израильское правительство приняло также решение о прекращении финансирования ПНА: с 1 февраля 2006 г. оно перестало перечислять в бюджет ПНА ежемесячные транши в размере примерно 45 млн долларов, складывавшиеся из налоговых поступлений, собиравшихся с палестинцев, которые работали на территории Израиля. 669

На первых порах Израиль, по всей видимости, исходил из того, что с ХАМАС можно будет разделаться руками ФАТХ, делая ставку на разжигание противоречий между президентом ПНА Махмудом Аббасом, являвшимся также руководителем ООП, в которую входил ФАТХ, и победившими на выборах хамасовцами. Однако по мере того, как эти надежды уменьшались, в Израиле все круче брали курс на прямую вооруженную интервенцию в ПНА с целью ликвидации ХАМАС, объявленного террористической организацией.

Симптоматичными в этом отношении были заявления тогдашнего министра обороны Израиля Шауля Мофаза, сделанные им в беседе в Каире с президентом Египта Х. Мубараком по поводу решений Законодательного собрания ПНА от 18 февраля 2006 г. Ш. Мофаз акцентировал в этой связи внимание Мубарака на то, что избрание спикером парламента ПНА члена ХАМАС создает реальную опасность перехода под контроль исламистов всех ветвей власти в ПНА, так как, согласно палестинскому законодательству, спикер парламента в любой момент может заменить президента ПНА (т. е. М. Аббаса) на его посту, если последний окажется не в состоянии исполнять свои обязанности. Кроме того, по оценкам Мофаза, изложенным им в беседе с Мубараком, хамасовцы намеревались взять под свой контроль большинство служб безопасности, включая службы общей безопасности, службу превентивной безопасности и гражданскую полицию, оставив М. Аббасу только президентскую охрану и общую разведку.

Развивая далее эти мысли, министр обороны Израиля заявил, что, начиная с 18 февраля, ПНА «становится, с точки зрения Израиля, автономным образованием ХАМАС, которое станет, наряду с Ираном и Сирией, частью мировой оси зла», и что поэтому Иерусалим намерен «полностью изменить правила игры в отношениях с палестинцами».670

Показательно, что мысли израильского министра обороны как бы перекликались с появившейся в газете «Нью-Йорк Таймс» от 12 февраля 2006 г. публикацией, в которой сообщалось, что в Госдепартаменте США и МИД Израиля активно обсуждаются «варианты дестабилизации» нового правительства ПНА, что Израиль и США планируют полный бойкот ПНА, который должен привести к падению нового парламента и к новым досрочным выборам, на которых ХАМАС уже не позволят лидировать. И хотя в Вашингтоне и Тель-Авиве поспешили опровергнуть эту информацию, министр обороны Израиля счел необходимым заявить, что «Израиль не собирается мириться с ситуацией, в которой ХАМАС захватывает власть в автономии». Министр сообщил в этой связи, что его ведомство уже предложило целый ряд шагов по блокаде ПНА, в том числе закрытие всех КПП между Израилем и ПНА и превращение их в пограничные пункты, запрещение доступа палестинских рабочих на территорию Израиля, закрытие десятков экономических проектов и другие жесткие меры, которые по мнению Израиля, должны были привести к коллапсу палестинской власти. 671

Принимая во внимание изначально взятый США и Израилем курс на непризнание законности ХАМАС, на установление в этой связи экономической и политической блокады ПНА и зная повадки американских империалистов и их израильских союзников, можно смело утверждать, что вооруженное вторжение войск Израиля на территорию ПНА, начавшееся 28 июня 2006 г., было запланировано еще в феврале 2006 г. Вопрос стоял лишь о времени нападения, и, помимо подготовительных мероприятий, нужно было еще дождаться и результатов досрочных парламентских выборов в Израиле.

На 120 мест в израильском парламенте претендовала 31 партия, но серьезная борьба за власть разгорелась между четверкой партий, называемых в Израиле «политическими тузами»: Кадимой, во главе с Э. Ольмертом, Ликудом (руководитель Б. Нетаньяху), Аводой (Партией труда) во главе с бывшим профсоюзным лидером Амиром Перецем и партией выходцев из Советского Союза Наш дом Израиль (НДИ), возглавляемой Авигдором Ли- берманом. В истории Израиля явка на выборы в 17-й Кнессет, состоявшиеся в назначенный срок — 28 марта 2006 г., никогда не была такой низкой: по официальным данным она составила лишь 62,3 процента избирателей. В Кнессет прошло 12 партий, и по итогам голосования Кадима получила 28 депутатских мандатов, Авода — 20, сефардская социально-религиозная партия ШАС — 13, Наш дом Израиль — 12, Ликуд — 11 и партия пенсионеров Гиль («Возраст») — 7 мандатов. Поражение ликудовцев было сокрушительным, но и Э. Ольмерт, получивший право на формирование правительства, мог сделать это только в коалиции с другими партиями.

Задача сформировать такое правительство была не из легких, но облегчалась тем, что по истечении ста дней со времени потери дееспособности Шароном, кабинет министров Израиля 11 апреля 2006 г. принял решение назначить Э. Ольмерта действующим премьер-министром, поручив ему завершить переговоры о создании коалиции и представить новый кабинет Кнессету.

В результате сложных переговоров и увещеваний Ольмерту удалось создать к середине мая лишь «узкую коалицию», опиравшуюся на голоса 67 из 120 депутатов. Основой коалиции, естественно, стала Кадима, но другие участники коалиции (Авода, ШАС и Гиль) не разделяли ее подходы по многим вопросам безопасности и экономического развития страны. Лидеры Кадимы: Э. Ольмерт и Шимон Перес сталкивались к тому же с оппозиционными настроениями внутри самой партии, многие члены которой тосковали по жесткой руке Шарона. Главный союзник кадимовцев — Авода требовала безраздельного контроля над силовыми и другими ключевыми ведомствами, побуждаемая критикой в мягкотелости и уступчивости, исходившей от соперника Амира Переца по партии — бывшего премьер-министра Э. Барака. ШАС добивалась первоочередного удовлетворения своих бюджетных заявок, требовала по крайней мере четыре министерских портфеля и вообще настояла на внесении в текст коалиционного соглашения права на свободу голосования членов ее фракции. Неудачей закончились попытки Ольмерта привлечь в коалицию Наш дом Израиль, в результате чего крайне осложнились отношения с Либерманом, который стал склоняться к союзу с Нетаньяху и его Ликудом. С учетом этих и других факторов многие аналитики с самого начала предсказывали досрочные выборы в стране уже через полтора-два года.

В конечном счете «большое коалиционное правительство» Ольмерта было все же сформировано. В его состав вошли, в частности, бывший премьер-министр, лауреат Нобелевской премии Шимон Перес, назначенный первым вице-премьером-министром, Амир Перец — министр обороны, Ципи Ливни — министр иностранных дел. Начальником Генерального штаба Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) был назначен генерал Дан Халуц.

Важнейшим предвыборным документом программного характера, с которым Кадима шла на выборы в 17-й Кнессет, был так называемый «план Ольмерта», в котором детализировались и развивались предложения Ольмерта, сформулированные в его речи в Герцлии 24 января 2006 г. Фактически «план Ольмерта» представлял собой изложение второго этапа программы «размежевания», выдвинутой Шароном. Первый этап — вывод израильских поселений из сектора Газа — был завершен в октябре 2005 г. Теперь в основных чертах речь шла о следующем.

Во-первых, Ольмерт заявлял о намерении Израиля отделиться от палестинцев и сформировать постоянные границы таким образом, чтобы большинство палестинского населения, живущего на оккупированном Западном берегу, осталось бы вне границ еврейского государства. Для осуществления такого «размежевания» необходимо было срыть десятки еврейских поселений на Западном берегу.

Во-вторых, Израиль присоединял к своей территории три основных блока поселений на Западном берегу: Маале-Адумим и Гуш-Эцион возле Иерусалима, а также анклав крупного города Ариэль. Иерусалим оставался «единой и неделимой» столицей Израиля.

В-третьих, Израиль сохранял за собой контроль границы с Иорданией, т. е. фактически всей долины реки Иордан.

В-четвертых, постоянные границы Израиля намечалось установить до 2010 года путем переговоров с палестинцами, а при невозможности таковых — на основании «национального консенсуса», в одностороннем порядке в расчете на поддержку главным образом США. 672

Совершенно очевидно, что «план Ольмерта» по своему содержанию носил аннексионистский характер и полностью игнорировал основополагающие резолюции Совета Безопасности ООН по вопросам ближневосточного урегулирования. Последующие события показали также, что включение в него «переговорного элемента» объяснялось прежде всего соображениями предвыборного и послевыборного торга, который Ольмерт вел со своими партнерами в надежде создать более или менее прочную коалицию.

Между тем практически сразу же после победы ХАМАС на выборах в палестинский парламент появились признаки того, что палестинцы отнюдь не собираются блокировать переговорный процесс с Израилем. Так, уже несколько дней спустя после выборов один из лидеров ХАМАС, ставший главой фракции ХАМАС в Законодательном собрании и министром иностранных дел ПНА, Махмуд аз-Захар в интервью телеканалу CNN заявил, что ХАМАС готов выполнять желания своего электората и гарантировать долгосрочное перемирие с Израилем, если палестинцам будут возвращены земли, оккупированные Израилем в 1967 году. 673

Руководство ХАМАС направило послание состоявшейся 30 января 2006 г. в Лондоне встрече «ближневосточной четверки» (США, ЕС, Россия, ООН), в котором выразило готовность к диалогу с израильтянами и предложило наладить «нормальный контакт». Ответом явилось заявление «четверки» в том смысле, что для получения ее согласия на такие контакты ХАМАС необходимо выполнить предварительные условия, а именно отказаться от насилия, признать Израиль, а также соглашения, достигнутые ранее между палестинцами и израильтянами. 674 Другими словами, «четверка», включая Россию, полностью встала на позицию Израиля, выраженную в упоминавшемся заявлении Ольмерта от 27 января 2006 г.

В феврале 2006 г. в эксклюзивном интервью «Независимой газете» руководитель Политбюро ХАМАС Халед Машааль заявил: «Мы открыты для диалога со всем миром. ХАМАС не вводил какие-либо ограничения на контакты с США. Увы, американцы продолжают полностью поддерживать линию Израиля, чем сами ограничивают возможности для установления нормального сотрудничества с Палестиной. У нас налажены многоплановые отношения с европейцами. Не думаю, что у нас должны быть проблемы в сотрудничестве с мировым сообществом. Наша единственная проблема — это израильская оккупация». И далее: «На этом этапе нет никаких признаков, что израильтяне намерены прекратить войну против нашего народа. Но если Израиль признает наши права и возьмет на себя обязательство покинуть все оккупированные земли, то ХАМАС, а вместе с ним и палестинский народ, примет решение о прекращении вооруженного противостояния».675

28 марта 2006 г. на заседании Законодательного собрания ПНА после утверждения им нового палестинского правительства принявший присягу премьер-министр ПНА И. Хания заявил, что во имя решения палестино-израильского конфликта его правительство готово к переговорам с «ближневосточной четверкой». Однако и это обращение правительства ПНА было проигнорировано «четверкой», по-прежнему требовавшей принятия ХАМАС предварительных условий: отказа от насилия, признания права Израиля на существование и ранее заключенных палестино-израильских договоренностей. 676

Ко всему этому следует добавить, что еще в марте 2005 года в Каире между Палестинской администрацией и Израилем была достигнута договоренность о перемирии — «тахдие». Однако Израиль нагло игнорировал «тахдие», в то время, как ХАМАС не вел активной наступательной войны против Израиля. Как заявил Х. Машааль в марте 2006 г. в интервью журналу «Профиль», несмотря на то, что «перемирие, затишье было запланировано до конца 2005 года», военная эскалация Израиля и убийства палестинцев продолжались. Разрушались палестинские дома, палестинцы по-прежнему обстреливались с вертолетов, не были выпущены пленные: «год назад их было восемь тысяч, сейчас уже девять».

В этих условиях Машааль объявил в конце февраля 2006 г. о прекращении перемирия: «Теперь оно закончено, — вынужден был констатировать руководитель ХАМАС. — Израиль продолжает политику убийств. Но ведь мы реалисты. То, что израильтяне сейчас убивают представителей „Исламского Джихада“ и „Бригад мучеников Аль-Акса“, — все это они делают специально, чтобы поставить наше движение в затруднительное положение. Они хотят показать — вот, ХАМАС на выборах победил, а палестинский народ не защищает. Мы все эти израильские маневры и хитрости отлично понимаем. Мы сами выберем, как, когда и где ответить на эту провокационную политику Израиля. Это наше право. И будем продолжать защищать права палестинского народа. Такая линия израильтян в конце концов все равно приведет их к провалу».677

Итак, ХАМАС вплоть до марта 2006 г. недвусмысленно изъявлял желание к переговорам с США, Израилем и «четверкой», стремясь при этом поддерживать каирскую договоренность о перемирии от марта 2005 года. Особо при этом следует отметить, что при действительном желании Ольмерта и сторонников его «плана» хотя бы попытаться встать на путь переговоров с ХАМАС, они вполне могли бы воспользоваться определенными признаками доброй воли со стороны ХАМАС. Кроме того, они могли бы принять во внимание публичные оценки победы ХАМАС на выборах, сделанные еще в феврале 2006 г. руководством России, а также сам факт состоявшихся 3 марта 2006 г. в Москве переговоров между руководством ХАМАС и руководством МИД РФ.

Отметим в этой связи, что 9 февраля 2006 г., выступая на пресс-конференции в Мадриде по итогам российско-испанских переговоров, президент РФ В. Путин напомнил, что «Россия никогда не признавала ХАМАС в качестве террористической организации» и заявил: «Сегодня нужно признать, что ХАМАС пришла к власти в Палестинской автономии в результате демократических легитимных выборов, и нужно уважать выбор палестинского народа. Но при уважении этого выбора нужно искать такие шаги, такие решения, которые были бы приемлемы и для политических сил, оказавшихся во главе Палестинской автономии, и для всего международного сообщества, и для Израиля. Мы, сохраняя наши контакты с организацией ХАМАС, намерены в ближайшее время пригласить руководство этой организации в Москву для поиска таких решений».678

Прибывшая 3 марта 2006 г. в Москву из Дамаска по личному приглашению В. Путина делегация ХАМАС во главе с Халедом Машаалем, которого сопровождали члены Политбюро Мусса Абу Марзук (заместитель руководителя), Мухаммед Наззаль, Сами Хатер и Иззат Рашк, не была, однако, вопреки ожиданиям, принята российским президентом. Состоялась лишь ее встреча с министром иностранных дел РФ С. Лавровым, которой предшествовали официальные переговоры делегации с его заместителем А. Салтановым.

В ходе встречи с. Лавровым и на переговорах делегация ХАМАС твердо отстаивала свою позицию относительно того, что мира на Ближнем Востоке можно достичь лишь покончив с израильской оккупацией, тогда как российские представители всячески убеждали руководство ХАМАС в необходимости реформ этой организации, перехода к политической борьбе и к полному отказу от силовых действий. В общем должного взаимопонимания не получилось, хотя палестинцы согласились продлить объявленное ими одностороннее перемирие с Израилем. К тому же, по сообщению печати, Москва отказалась от поставок в Палестину нескольких военно-транспортных вертолетов для перевозок высшего палестинского руководства и 50 БТР для нужд палестинских спецслужб. «Российская сторона, — писала по этому поводу газета „Коммерсантъ“, — решила, что подобные грузы будут доставлены только с согласия Израиля. То есть никогда».679 Россия, однако, гарантировала предоставление ПНА финансовой помощи в размере 10 млн долларов, и обе стороны заявили об успехе встречи и переговоров.

В то время как в Москве принимали делегацию Машааля, в Вашингтоне официальную позицию США по отношению к ХАМАС излагал для ориентировки конгрессменов заместитель госсекретаря Дэвид Уэлч, который подчеркнул, что США намерены «избегать любых контактов с ХАМАС, потому что в отношении этой организации ключевыми словами сегодня должны быть давление и изоляция». Характеризуя стратегию США в отношении новой палестинской власти, Уэлч откровенно заявил о том, что она будет состоять в создании для руководства ПНА трудностей при управлении территориями. Он также сообщил о намерении США попытаться убедить и другие страны воздержаться от контактов с руководством ХАМАС. 680

Резко отрицательной была первая реакция на приглашение в Москву делегации ХАМАС и в Израиле. Приглашение было названо «неуместным». Россию даже обвинили в том, что она нанесла удар Израилю в спину, а министр иностранных дел Израиля Ципи Ливни поспешила перенести свой визит в Москву. Пыль, однако, вскоре улеглась: на заседании правительства Израиля в конце февраля 2006 г. Э. Ольмерт заявил, что он вполне удовлетворен заверениями В. Путина в том, что он, Путин, «не будет действовать против Израиля».681

Побывавший в конце апреля — начале мая 2006 г. в Израиле и Иордании и встречавшийся в Израиле с Ципи Ливни, израильскими политологами и бизнесменами, а в Иордании — с президентом ПНА М. Аббасом и другими палестинскими руководителями, Е. Примаков в своей книге о Ближнем Востоке приходил, на основе своих наблюдений, к следующим выводам: «Конечно, ситуация нелегкая. И эту нелегкость, судя по всему, усугубляет израильская позиция. Ливни очень напористо говорила, что с ХАМАС не может быть никаких контактов. Ясно, что ставка делается на полную изоляцию движения, и я бы пошел в своих выводах дальше, на его свержение комбинированными действиями: финансовое удушение палестинцев с расчетом на то, что они развернутся к ХАМАС спиной; изоляция ХАМАС с помощью США в арабском мире; подталкивание событий к межпалестинским вооруженным столкновениям».682

Сразу же отметим, что дальнейшее развитие событий подтвердило стремление США и других западных держав к осложнению отношений между ФАТХ и ХАМАС и вскоре дело, действительно, дошло до вооруженных столкновений между ними. Однако верх тогда все же взяла тенденция к единству действий и к созданию правительства национального единства, хотя этот процесс с самого начала проходил не без трудностей и разногласий по вопросам тактики борьбы за создание независимого палестинского государства.

Выделим главный вывод Примакова — о том, что силы, враждебные ХАМАС, делают ставку на «свержение» этого движения, иначе говоря на его разгром и устранение с политической сцены.

Верно и то, что в арсенале средств, предназначенных для достижения этой цели, империалисты с самого начала придавали и придают большое значение внесению раскола в ряды Палестинского движения сопротивления. И, например, отнюдь не случайно, что сразу же после победы ХАМАС на выборах в ПНА 25 января 2006 г. Вашингтон предпринял шаги к тому, чтобы упрочить свои отношения с президентом ПНА Махмудом Аббасом, о поддержке которого президент США Буш счел необходимым заявить, как отмечалось выше, уже 27 января.

Конечно, речь в выступлении Буша шла не столько о личности М. Аббаса, сколько о «пятой колонне», которую, по данным из многих источников, американцам удалось внедрить в ФАТХ, в особенности в службы безопасности, близкие одному из руководителей ФАТХ Мухаммеду Дахлану. С учетом того, что М. Аббас и после выборов оставался Верховным главнокомандующим армии ПНА и что службы безопасности ФАТХ имели в своих рядах более 50 тыс. вооруженных сотрудников, в то время, как в боевом крыле ХАМАС «Из-Задин Эль-Кассам» — всего несколько тысяч, 683 ставка Вашингтона «на поддержку М. Аббаса», казалось, могла увенчаться успехом.

И действительно, в первые месяцы после выборов не на шутку разыгралась борьба между Палестинской администрацией во главе с М. Аббасом и правительством ХАМАС за контроль над силовыми структурами ПНА. При этом позиции М. Аббаса в этой борьбе были значительно ослаблены в результате последствий происшедшего в ФАТХ еще в декабре 2005 г. раскола, в результате которого молодые партийцы во главе с бывшим секретарем ФАТХ на Западном берегу и идеологом второй интифады (с сентября 2000 года) Марваном Баргути, арестованным в апреле 2002 г. и отбывавшим пять пожизненных сроков в израильской тюрьме, откололись от ФАТХ и образовали новую партию — Мустакбаль («Будущее»), которая пошла на выборы в январе 2006 г. отдельным списком.

Если бы не тюрьма, то пользующийся среди палестинцев большим авторитетом М. Баргути вполне мог бы возглавить ФАТХ после смерти Арафата в ноябре 2004 г. Но выбор тогда пал на М. Аббаса, подыскать альтернативу которому было трудно, тем более, что в США ему отдавали предпочтение, как фигуре более «гибкой» по сравнению с Арафатом. Нельзя исключать, что планируя победу М. Аббаса на январских (2006 г.) выборах, в Вашингтоне на каком-то этапе посодействовали образованию Мустакбаль в расчете на то, что эта партия оттянет на себя многие голоса от ХАМАС и тем самым обеспечит его поражение. В этой связи отметим, что накануне выборов в Мустакбаль перешли две другие центральные фигуры палестинской политики — уже упоминавшийся М. Дахлан, занимавший тогда пост министра по гражданским вопросам ПНА, в прошлом возглавлявший спецслужбу в секторе Газа, и советник по вопросам безопасности Джибриль Раджуб, в прошлом руководивший спецслужбой на Западном берегу. Согласно этому сценарию предполагалось, что после победы М. Аббаса на выборах Мустакбаль вновь объединится с ФАТХ, и совместными усилиями они подавят возросшее влияние ХАМАС в ПНА.

Так или иначе, но победа ХАМАС на выборах и образование «чисто ха- масовского» правительства спутали карты так называемой «старой гвардии во главе с М. Аббасом». Однако желание руководства ФАТХ подавить ХАМАС сохранилось, что и привело в апреле—мае 2006 г. к серии вооруженных столкновений между ХАМАС и ФАТХОМ.

Радости по этому поводу в западных, как, впрочем, и в российских буржуазных СМИ не было предела. «ФАТХ и ХАМАС пошли на стенку», «Палестина на пороге гражданской войны» — именно такие новости разносили голоса этих СМИ по всему миру. Однако вскоре стало очевидным, что курс на разжигание вражды между ФАТХ и ХАМАС пока что не давал желаемой Западу и Израилю отдачи: по инициативе ХАМАС в конце мая 2006 г. начались переговоры о создании в ПНА правительства национального единства.

Первый раунд национального диалога между ФАТХ и ХАМАС состоялся 24 мая 2006 г. Переговоры прошли в Рамалле — под председательством М. Аббаса и в Газе — под председательством премьер-министра ПНА И. Хании. Переговорам предшествовало заявление Хании в интервью израильской газете «Гаарец» о том, что в случае готовности Израиля отступить к границам 1967 года, ХАМАС пойдет на долгосрочное прекращение огня. Беседовавший с Ханией журналист Д. Рубинштейн так прокомментировал позицию палестинского премьер-министра: «ХАМАС маневрирует между необходимостью смягчения позиции и идеологической неготовностью признать Государство Израиль. В рамках этого маневра они готовы пойти на „худну“ (перемирие) на 99 лет в обмен на уход Израиля с палестинских территорий».684

Понятно, что переговоры ФАТХ и ХАМАС столкнулись с немалыми трудностями и разногласиями и прежде всего — по вопросам тактики борьбы за создание независимого палестинского государства. Однако сам факт их проведения свидетельствовал о том, что постепенно начала пробиваться тенденция к единству действий всех сил палестинского сопротивления и что она имеет шанс одержать верх над стремлением Запада и прозападных сил в ПНА к разъединению и расколу этих сил с целью их разгрома и ликвидации.

Заметим в этом контексте, что незадолго до своего приезда в Москву руководитель ХАМАС Х. Машааль в интервью российскому журналу «Профиль» сообщил, что 26 января, т. е. на следующий день после выборов, он позвонил М. Аббасу и сказал: «То, что Вы провели выборы в срок и по закону навсегда впишет Вас в историю палестинского народа». «Я очень уважаю и ценю этого человека — за прямоту и искренность, — продолжал Машааль. — Мы постоянно находимся в контакте, встречаемся. У нас есть расхождения в программах, но на многие внутренние проблемы, такие, как проведение реформ, борьба с коррупцией, у нас точки зрения совпадают. Мы говорим, что готовы сотрудничать с Палестинской администрацией и Махмудом Аб- басом и в рамках диалога решать все разногласия». И далее: «Мы не хотим отставки Махмуда Аббаса. Его главная проблема не ХАМАС, а Израиль. Израильтяне ничего не дали Махмуду Аббасу. Ни одной проблемы не было решено: пленные продолжают оставаться в тюрьмах, Израиль продолжает оккупировать палестинские города. Даже переговоров никаких не было. Более того, как в прошлом израильтяне, еще Ариэль Шарон, говорили, что Арафат уже не партнер по переговорам, так и теперь они то же самое делают с Махмудом Аббасом — говорят „он нам не партнер“. Все проблемы проистекают от Израиля. Это Израиль будет нести ответственность, если, не дай бог, Махмуд Аббас уйдет в отставку».685

Как президент ПНА, М. Аббас, действительно, подвергался и подвергается колоссальному давлению как со стороны Израиля, так и США. Последние вообще с самого начала видели в нем лишь переходную фигуру к установлению в будущем независимом палестинском государстве власти своих марионеток. Понимая это, Аббас стремится заручиться помощью и поддержкой со стороны России, тем более, что руководство ХАМАС уже побывало в Москве в начале марта 2006 г.

15 мая 2006 г. в Сочи состоялась встреча М. Аббаса с президентом России В. Путиным — третья по счету и первая после победы ХАМАС на выборах. Аббас поблагодарил за финансовую помощь в 10 млн долларов, обещанную ПНА еще в марте, в ходе переговоров в Москве делегации ХАМАС, и переведенную ПНА российским МИДом в начале мая 2006 г. При этом еще до приезда Аббаса в Россию палестинская сторона выразила удовлетворение тем, что именно благодаря России «четверка» на своем заседании в Нью-Йорке 9 мая приняла решение частично возобновить прямую финансовую помощь палестинцам. Речь шла о достигнутой тогда договоренности о создании «временного международного механизма», позволявшего направлять в ПНА финансовую помощь, минуя контролируемое ХАМАС правительство ПНА. 686

С учетом того, что встреча в Сочи проходила в условиях обострения межпалестинских отношений, важное место на ней было отведено, по сообщениям СМИ, вопросам разблокирования пути к переговорам ПНА с Израилем, имея в виду, в данном случае, преодоление тупика, вызванного требованием Израиля к ХАМАС признать право на его существование в качестве предварительного условия, к началу таких переговоров. В этой связи следует отметить усилия, предпринятые российской дипломатией в ходе контактов с ХАМАС, направленные к тому, чтобы выработать формулу, которая способствовала бы развязке сложившейся ситуации. А именно: правительство ПНА (т. е. ХАМАС) соглашалось бы на создание палестинского государства «параллельно с Израилем», а не «рядом» или «бок о бок» с Израилем, как отмечалось в «Дорожной карте». О готовности ХАМАС «признать Израиль» по такой схеме, т. е. как бы-де-факто, но не-де-юре, руководство ХАМАС проинформировало ЕС в соответствующем послании. 687 И хотя дело застопорилось, так как предложенный компромисс оказался для Израиля неприемлем, важно, что сочинские переговоры ориентировали на продолжение поиска выхода из трудного положения, создавшегося из- за ультимативных и во многом надуманных требований Израиля.

Несомненно, что сочинские переговоры в определенной степени содействовали прекращению к концу мая 2006 г. резкого обострения отношений между ФАТХ и ХАМАС, что создавало возможность реально приступить к формированию правительства национального единства, а стало быть иметь консолидированную позицию палестинцев по отношению к Израилю. С другой стороны, очевидно и то, что сам факт этих переговоров, как и приема делегации ХАМАС в Москве, позволял Израилю, не теряя лица, занять более гибкую позицию по отношению к ХАМАС, исходя из того, что, проявив добрую волю и в расчете на вероятное посредничество Москвы, можно было в конце концов снять свои озабоченности и тревоги в связи с укреплением позиций ХАМАС в палестинском движении и начать долгожданный диалог по конкретным вопросам разрешения ближневосточной проблемы. Во всяком случае, на неоднократно выраженную готовность ХАМАС к контактам с Израилем при его уходе на границы 1967 г. вполне можно было бы ответить встречными шагами конструктивного плана, а не демонстративным отказом вообще иметь дело с «террористами».

С течением времени причины столь неуступчивой и, как оказалось, насквозь лицемерной и провокационной позиции Израиля в достаточной степени прояснились: за кулисами дипломатической игры и лицедейства Израиль, опираясь на помощь и поддержку США, готовил прямое вооруженное вторжение в Палестину и одновременно — в Ливан с целью уничтожения появившейся там реальной силы, способной положить конец израильской оккупации, добиться создания независимого палестинского государства и установить справедливый мир на Ближнем Востоке. В Палестине такой силой стала суннитская группировка ХАМАС, впервые громко заявившая о себе второй интифадой, начавшейся в сентябре 2000 г. в ответ на провокацию Шарона на Храмовой горе, а в Ливане — шиитская группировка Хезболла («Партия Ислама»), возникшая в 1982 году как ответ на оккупацию Израилем юга Ливана и добившаяся своими решительными действиями вывода оттуда израильских войск в 2000 г. Обе группировки активно участвовали в политической жизни ПНА и Ливана и изначально имели своих представителей в их парламентах и правительствах.

В сентябре 2006 г. в интервью «Родной газете» доктор Бакер Абдель Мо- нем, Чрезвычайный и Полномочный Посол Государства Палестины в РФ, касаясь вопроса о причинах вооруженного вторжения Израиля в Палестину и Ливан, заявил: «И в Ливане, и в секторе Газа поводом для израильской агрессии стало похищение в Газе — одного, а на границе с Ливаном — двоих солдат израильской армии. Думаю, все понимают, что это был лишь формальный предлог для давно и хорошо спланированной военной операции. Разве можно в ответ на захват троих солдат разрушить половину Ливана и начать военную блокаду сектора Газа?» 688

Похищение в Газе 25 июня израильского ефрейтора Гилада Шалита, а 12 июля — еще двоих израильских солдат на ливано-израильской границе, в сущности, не представляло собой ничего экстраординарного в арабо-израильских отношениях, и как бы не раздували значение этих инцидентов израильские и западные СМИ, совершенно ясно, что выход из создавшегося положения без особого труда можно было бы найти путем переговоров между обеими сторонами, что, кстати, неоднократно и делалось в аналогичных ситуациях в прошлом.

Само по себе похищение ефрейтора Шалита, использованное Израилем в качестве первоначального повода для агрессии, явилось лишь ответом палестинцев на обстрел 9 июня 2006 г. артиллерией с борта израильского военного корабля отдыхавших на пляже в Газе палестинских семей, в результате чего погибли и были ранены женщины и дети. Мир облетела фотография двенадцатилетней девочки Худы Галиа, рыдающей над трупами своего отца и близких. Именно после этой варварской акции и чудовищного преступления руководство ХАМАС окончательно сочло бесполезным продолжать объявленное им одностороннее перемирие с Израилем.

Известно, что за освобождение похищенного израильского ефрейтора ХАМАС потребовал, чтобы Израиль выпустил из своих тюрем часть томившихся там палестинцев (1 тыс. из 9 тыс. человек), а потом — хотя бы женщин, детей и подростков до 18-летнего возраста. Однако премьер-министр Ольмерт ответил на это категорическим отказом.

Известно также, что 27 июня 2006 г., т. е. за день до начала агрессии против Палестины, руководство ХАМАС и ФАТХ опубликовали выработанное ими совместное заявление, подразумевавшее признание Израиля. В заявлении предусматривалось создание независимого палестинского государства «рядом» с Израилем (т. е. признавалась формулировка «Дорожной карты») и поддерживалось одобренное в марте 2002 г. саммитом ЛАГ в Бейруте предложение об установлении мира с Израилем в обмен на его уход на линии, которые он занимал 4 июня 1967 г. Заявление призывало «группы сопротивления» ограничить проведение операций в районах, оккупированных Израилем в 1967 году. 689 Но и это заявление, как и многие другие попытки палестинцев начать переговоры с Израилем, были им демонстративно проигнорированы.

Между тем в конце июня 2006 г. премьер-министр Израиля уже отдал приказ выдвинуть к сектору Газа дополнительные армейские подразделения. У северной границы сектора еще ранее были сконцентрированы основные силы интервентов, в том числе почти 100 танков и другой бронетехники. Правительство Израиля одобрило также специальный план блокады сектора Газа, предусматривавший прекращение поставок туда, как и на всю территорию ПНА, воды, электричества, газа и продовольствия. 690 И это при том, что ХАМАС, как, впрочем и Хезболла, вообще не собирались вести против Израиля каких-либо активных наступательных операций хотя бы потому, что военное превосходство Израиля заведомо обрекало такие действия на поражение.

Все дело в том, что подготовленная в глубокой тайне агрессия Израиля против Палестины и Ливана не имела никакого отношения к похищению троих израильских солдат. И совершенно нелепыми выглядят попытки некоторых, в том числе российских «специалистов и экспертов» в области международного права, отказать с помощью ссылок на эти похищения в квалификации последующих разбойничьих действий Израиля как агрессии против Палестины и Ливана. Спорить с такими «специалистами и экспертами», в особенности российскими, бесполезно. Последних вероятнее всего могли бы переубедить лишь изменения в официальной позиции российского руководства, ответственные представители которого термин «агрессия» применительно к действиям Израиля или США стараются вообще не употреблять ни прямо, ни косвенно.

О том, что целью развязанной Израилем очередной крупномасштабной войны в регионе была ликвидация ХАМАС и Хезболлы, с самого начала открыто заявили как в Тель-Авиве, так и в Вашингтоне. Это само по себе означало, что удар наносится по Палестине и Ливану, поскольку ХАМАС и Хезболла были неотъемлемой частью их политической, экономической и социальной структуры. И существо дела, конечно, не менялось от того, что ХАМАС и Хезболла намеренно объявлялись «террористическими организациями»: было ясно, что это делалось лишь для маскировки подлинных целей агрессии — установления в Палестине и Ливане режимов, угодных США и Израилю.

Вместе с тем важно отметить, что агрессия Израиля против Палестины и Ливана являлась лишь частью общего стратегического плана США, направленного на силовое подавление антиимпериалистических режимов, всех более или менее крупных форпостов и очагов сопротивления, преграждавших путь к установлению американской гегемонии на Ближнем и Среднем Востоке. Столкнувшись с реальной перспективой окончательно завязнуть в Ираке и Афганистане и получить отпор в попытках изолировать и поставить на колени Сирию и Иран, вашингтонские стратеги вновь обратились к Израилю — своему цепному псу в регионе.

Предполагалось, что совершив вооруженное нападение на Палестину и Ливан, израильская армия быстро расправится с ХАМАС и Хезболлой, что резко ограничит влияние на Ближнем Востоке антиимпериалистических режимов Ирана и Сирии, которые отводили этим организациям важную роль в своей региональной стратегии и оказывали им всестороннюю, в том числе военную помощь и поддержку. Далее можно было подумать и о нанесении сокрушительных ударов по Сирии и Ирану, подогрев уже ведущуюся против них разнузданную психологическую кампанию, основанную на лживых обвинениях Дамаска и Тегерана в стремлении приобрести или создать собственное оружие массового уничтожения. И все это, разумеется, прекрасно укладывалось в пресловутую концепцию «демократизации» всего Ближнего и Среднего Востока. Время действий также заранее оговаривалось: «большой взрыв» ситуации на Ближнем и Среднем Востоке готовился таким образом, чтобы успеть объявить об оглушительной победе республиканской администрации США над «силами зла» в аккурат к ноябрьским (2006 г.) выборам в обе палаты американского Конгресса и губернаторов 36 штатов США.

В этом контексте нельзя не обратить внимание на ряд состоявшихся в мае—июне 2006 г., т. е. незадолго до начавшейся агрессии Израиля против Палестины, встреч и переговоров, которые провели американский президент Буш, вице-президент США Чейни и премьер-министр Великобритании Блэр с премьер-министром Ольмертом и другими знаковыми фигурами правящих кругов Израиля.

Едва закончив формирование нового правительства, Ольмерт отправился с визитом в США, и это была его первая зарубежная поездка в качестве премьер-министра. 23 мая 2006 г. в Вашингтоне состоялись встреча и переговоры Ольмерта с президентом Бушем, в ходе которых обсуждались вопросы положения на Ближнем и Среднем Востоке и координации действий США и Израиля в регионе. Атмосфера переговоров располагала к полному единству и взаимопониманию. Ольмерт предстал перед Бушем в роли продолжателя дела Шарона, который практически никогда не выступал с важными инициативами, не оговорив их заранее с Белым домом. Буш вспоминал о первой встрече с Ольмертом в 1998 году и теплом приеме, который Ольмерт — тогдашний мэр Иерусалима — оказал ему, Бушу, — в то время губернатору Техаса.

В итоге переговоров Буш полностью одобрил «план Ольмерта», дав понять, что при всей важности «Дорожной карты» односторонние шаги, предусматриваемые этим планом, включая и применение силы для установления постоянных границ Израиля до 2010 года, были бы обоснованными и логичными при невозможности достижения тех же целей путем переговоров с палестинцами. При этом Буш подтвердил жесткий курс США в отношении ХАМАС и заявил о поддержке позиции Израиля, отказывающегося вести какие бы то ни было переговоры с правительством ПНА, сформированным этой организацией.

Вместе с тем, по сообщениям СМИ, американский президент убедил Ольмерта изменить его негативное отношение к контактам с президентом ПНА М. Аббасом и провести с ним в ближайшее время личную встречу. Было ясно, что Буш делает ставку на М. Аббаса как на средство ослабления позиций ХАМАС в руководстве ПНА. К тому же это скорее всего говорилось еще и в расчете на срыв намечавшихся на 24 мая переговоров в Рамалле между М. Аббасом и руководством ХАМАС о создании правительства национального единства.

Предложения, выдвинутые Ольмертом в ходе визита, Буш охарактеризовал как «смелые идеи», могущие стать «важным шагом к миру, который мы оба поддерживаем». Скрывалось ли за этими формулировками лишь одобрение Бушем «плана Ольмерта» или нечто большее, сказать трудно. Но показательно, что выступая перед журналистами по итогам встречи, Ольмерт заявил, что он «очень и очень» доволен теми комментариями, которые Буш сделал касательно изложенных ему сообщений. Ольмерт отметил также, что между ним и президентом США «есть полное взаимопонимание» по поводу «путей противостояния растущей иранской угрозе».691

В середине июня 2006 г. Ольмерт отправился в европейское турне, в ходе которого стремится заручиться максимальной поддержкой своему плану одностороннего размежевания с палестинцами. 12 июня в Лондоне — первом остановочном пункте, он встретился со своим «личным другом» премьер-министром Э. Блэром, который полностью согласился с намеченным Ольмертом образом действий по установлению постоянных границ Израиля без соответствующих договоренностей с палестинцами. Обе стороны сошлись на том, что правительство ПНА — неподходящий партнер для каких-либо переговоров относительно окончательного статуса палестино-израильского урегулирования. 692 Результаты переговоров в Лондоне по сути повторяли договоренности Ольмерта с президентом Бушем. С определенным пониманием «план Ольмерта» был встречен и в ряде других стран ЕС, хотя в целом поездка израильского премьера была омрачена разрывами израильских снарядов на палестинском пляже в секторе Газа.

На Западе прекрасно понимали, что «план Ольмерта» не может быть реализован без ликвидации ХАМАС в Палестине и Хезблоллы в Ливане. Последняя прочно обосновалась на юге Ливана после ухода оттуда израильских войск в мае 2000 г. Ее влияние в Ливане в целом, как официальной политической партии этой страны, неуклонно возрастало не в последнюю очередь благодаря продуманный социальной политике, основывавшейся на тех же принципах, что и политика ХАМАС в ПНА.

Лидер (Генеральный секретарь) Хезболллы шейх Хасан Насрулла с самого начала пользуется поддержкой Ирана и Сирии. С Исламской Республикой Иран шииты Хезболлы имеют особо тесные связи. Насрулла — сторонник жесткого курса в отношении Израиля. Поскольку, уходя из Южного

Ливана, Израиль не вернул ливанцам оккупированный им еще в 1967 году небольшой участок земли, известный под названием район Мазария-Ше- баа (территория в 25 квадратных километров), Насрулла сохранил позиции борьбы против «израильских оккупантов». Представители Хезболлы впервые вошли в ливанский парламент в 1992 г., а на выборах в июне 2005 г. Хезболла в союзе с движением «Амаль» получили 35 мест в парламенте. Хезболла владеет телеканалом «Аль-Манар».

Широкие слои ливанского населения справедливо видели в проводимых Хезболлой на юге Ливана оборонительных мероприятиях: усиление военного потенциала армейских группировок, строительство укрепленных пунктов и военных сооружений и т. п. — надежный заслон от агрессивных вылазок Израиля и от угрозы его прямого вторжения в Ливан, которая никогда не ослабевала. Что же касается регулярной армии Ливана, численность которой составляла тогда 55 тыс. человек, то в силу ее коррумпированности и подчиненности прозападным правящим группировкам в Бейруте, у ливанского населения никогда не было иллюзий о ее способности эффективно противостоять Израилю.

После вывода сирийских войск из Ливана в апреле 2005 г. значение плацдарма на юге Ливана возрастает и в оборонительной стратегии Сирии. Тесные связи Хезболлы, как и ХАМАС, с Сирией и Ираном вызывают нескрываемое раздражение в Израиле и США. Возобновление после многих лет застоя военного сотрудничества Сирии с Россией дало повод для развертывания западными СМИ пропагандистской кампании, в которой Сирия изображалась чуть ли не в качестве главного военного плацдарма России на Ближнем Востоке. Нападки на Сирию приобрели в особенности злобный характер после визита в Дамаск в конце января 2006 г. начальника российского Генерального штаба Ю. Балуевского и приема в Москве в середине марта 2006 г. В. Путиным министра иностранных дел Сирии Вали- да Муаллема. Заявления российского руководства о том, что в Сирию осуществляются поставки сугубо оборонительного оружия, игнорировались.

О том, что в Вашингтоне рассматривали ликвидацию ХАМАС и Хезболлы как прелюдию для нападения Израиля на Сирию, а возможно и на Иран и даже на обе эти страны одновременно, в западных СМИ сообщалось неоднократно. «Сан-Франциско Кроникл», например, еще в 2005 г. поведала о плане разгрома Хезболлы в Ливане в течение трех недель, с последующем усилением давления Вашингтона на Сирию. 693

По сведениям американского еженедельника «Экзекьютив Интелид- женс Ревью (ЭИР)» в середине июня 2006 г. в Бивер-крике (штат Колорадо, США) на конференции Американского предпринимательского института («Америкэн Энтерпрайз Институт») вице-президент США Р. Чейни вручил Б. Нетаньяху для передачи премьер-министру Ольмерту личное послание, что и было сделано Нетаньяху сразу же после его возвращения из США. ЭИР прямо связывал этот факт с более ранними сообщениями о том, что «люди типа Нетаньяху. обсуждают с окружением Чейни планы нападения на Сирию». При этом имелось в виду, что если израильская армия захватит часть сирийской территории, то она «сможет подложить туда „доказательства“ присутствия там оружия массового уничтожения, которое не было найдено в Ираке, якобы потому, что Саддам Хусейн успел перебросить его в Сирию».694

Подготовка к агрессии велась и в ходе дипломатических контактов на Ближнем Востоке. За неделю до ее начала — 21 июня 2006 г. — премьер-министр Израиля Ольмерт, следуя, видимо, договоренности, достигнутой в ходе его переговоров с Бушем в Вашингтоне, встретился с президентом ПНА М. Аббасом в иорданском городе Петра во время завтрака, данного королем Иордании Абдаллой II. Как заявил в связи с этим заместитель министра иностранных дел ПНА Ахмад Суббах, встреча Ольмерта и Аббаса отнюдь не свелась к «простому рукопожатию», а была призвана открыть двери «для полноценного саммита Палестины и Израиля в будущем». По словам же Шимона Переса, «более серьезные переговоры» между Ольмер- том и Аббасом могли состояться «примерно через две недели».695 Из этого следовало, что в Тель-Авиве, как и в Вашингтоне, были полны решимости сохранить канал связи с Аббасом при любом повороте событий в регионе, в том числе и после предполагаемого разгрома ХАМАС и Хезболлы.

Как бы то ни было, но в ночь с 27 на 28 июня 2006 г. израильские ВВС начали операцию под кодовым названием «Летний дождь», в ходе которой были уничтожены мосты, соединяющие северную и южную части сектора Газа, единственная в Газе электростанция и трансформаторная подстанция, обеспечивавшие энергией 860 тыс. жителей сектора. Обесточенными оказались школы, больницы и родильные дома. Ракетные авиаудары были нанесены по канцелярии премьер-министра Хании, офису главы МИД ПНА Махмуда аз-Захара, штаб-квартире движения ХАМАС, Исламскому Университету в Газе, служившему якобы местом сбора «террористов» и т. д.

Практически одновременно началась крупномасштабная сухопутная операция: танковые подразделения, бронетехника и солдаты пехотной бригады «Голани» двинулись в южную часть сектора Газа, сосредоточиваясь в районе города Рафах. Бульдозеры уничтожали дома, жилищную инфраструктуру и фермерские хозяйства. Погибло более 50 мирных жителей, в том числе 20 детей.

29 июня и в последующие дни в Палестине прошли повальные аресты: израильские спецслужбы арестовали 26 депутатов Законодательного собрания ПНА и 8 министров правительства. Задержали и заместителя премьер-министра ПНА Насера аш-Шаера. Бросили в тюрьму и жестоко избили спикера парламента Абдель Азиза Дуаика. Посол Государства Палестины в РФ Бакер Абдель Монем в интервью «Родной газете» сказал по этому поводу следующее: «Все эти люди не имеют никакого отношения к военным действиям. Рискну предположить, что они не умеют обращаться с обычной винтовкой». И далее: «Стоит напомнить, что арестованные депутаты были избраны на демократических выборах. За их ходом наблюдали представители многих международных неправительственных организаций. Был тут даже бывший президент США Джимми Картер. Израиль согласился на эти выборы, а теперь израильские спецслужбы арестовали наших депутатов. Делается все для того, чтобы убить мечту палестинцев о независимости».696

Уничтожение политической инфраструктуры палестинской администрации и общая дестабилизация, на этой основе, всей обстановки в ПНА были важнейшими целями израильской агрессии. Так, израильская газета «Гаарец» подтвердила, что аресты министров правительства ПНА были «спланированы заранее» и что похищение израильского ефрейтора Шали- та «было использовано лишь в качестве ширмы для прикрытия достижения Израилем главной цели — сделать ХАМАС недееспособным».697 Политический обозреватель газеты «Едиот ахронот» называл операцию «Летний дождь» «крупномасштабным планом по отстранению от власти в Палестине лидеров движения ХАМАС с дальнейшим назначением на ключевые должности в автономии чиновников-прагматиков из окружения Махмуда Аббаса».698

30 июня на заседании израильского правительства министр иностранных дел Ципи Ливни с удовлетворением отметила в целом спокойную реакцию мирового общественного мнения на агрессию Израиля. Резко осудили Израиль, сообщила она, лишь четыре государства: Франция, Швеция, Норвегия и Турция, потребовавшие немедленного освобождения палестинских министров и депутатов парламента. 690

За день до этого — 29 июня — собравшиеся в Москве для подготовки саммита «Большой восьмерки» в Санкт-Петербурге министры иностранных дел России, США, Великобритании, Франции, Германии, Италии, Японии и Канады призвали Израиль и руководство ПНА к переговорам. Осуждения вероломных действий Израиля не последовало. МИД России лишь призвал Израиль «воздержаться от жестких сценариев и найти решение в политических рамках». Что касается США, то в Вашингтоне исходили из того, что Израиль имеет полное право на защиту своих граждан. 700

2 июля 2006 г. в Москву прибыла Ципи Ливни и на следующий день была принята министром иностранных дел С. Лавровым и президентом В. Путиным, что само по себе подразумевало, что российское руководство весьма далеко от того, чтобы занять сколько-нибудь твердую позицию в отношении израильской агрессии в Палестине. Зато, по сообщениям СМИ, Ципи Ливни активно использовала свой визит для того, что побудить Москву оказать давление на Сирию, а через нее — на находившегося там Х. Машааля с тем, чтобы добиться освобождения захваченного израильского ефрейтора. При этом указывалось, что Израиль не собирается вести какие-либо переговоры с ХАМАС, как не собирается и прекращать операцию «Летний дождь».

Из-за сопротивления США с самого начала было заблокировано принятие Советом Безопасности ООН конкретных мер, направленных на нормализацию обстановки в секторе Газа. Не проявил в этом отношении должной настойчивости и Генеральный секретарь ООН, хотя он и заявлял, что миру не следует игнорировать «кризис на оккупированных палестинских территориях» и что «убийства сотен мирных жителей. израильскими войсками не имеют оправдания».701


Warning: include() [function.include]: URL file-access is disabled in the server configuration in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

Warning: include(http://www.barichev.ru/photo/index.php?id=) [function.include]: failed to open stream: no suitable wrapper could be found in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

Warning: include() [function.include]: Failed opening 'http://www.barichev.ru/photo/index.php?id=' for inclusion (include_path='.:/usr/local/share/pear') in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

к оглавлению


При использовании материалов ссылка на сайт http://www.barichev.ru обязательна

 

Об авторе | О проекте | Документы ЦК | Публикации | Выступления | Книги | Письма | Ссылки| Архив