Об авторе

О проекте

Документы ЦК

Публикации

Выступления

Книги

письма

Ссылки

Архив

 

8.2. Отделение Словении и Хорватии

Кровавые войны, разразившиеся на территории Югославии, привели к разрушению единого многонационального, многокультурного, многоконфессионального суверенного государства, в течение десятилетий игравшего активную роль в мировой политике, являвшегося одним из ведущих государств-членов Движения неприсоединения и членом ООН с момента ее основания. Кто же ответственен за то, что это миролюбивое государство было разрушено и началась война, в которой погибли десятки тысяч мирных жителей, искалечены сотни тысяч людей, изгнаны из родных мест и вынуждены бежать свыше миллиона человек, преимущественно сербов, а материальный ущерб практически не оценим и достигает сотни миллиардов долларов, не говоря уже об экологической катастрофе?

Так ставил вопросы и об этом вовсеуслышание рассуждал С. Милошевич в сентябре 2004 г. в своем защитном слове на заседании Гаагского трибунала, перед которым он предстал, будучи предательски схвачен в июне 2001 г. врагами югославского народа и их приспешниками. И добавим — кто ответственен за устранение от власти самого С. Милошевича, избранного 23 июля 1997 г. президентом Союзной Республики Югославия?

Объясняя причины трагических событий в Югославии, С. Милошевич в своем защитном слове говорил: «Есть один фундаментальный исторический факт, из которого следует исходить, чтобы понять события, и из которого проистекало все, что происходило на территории Югославии с 1991 года по сей день. Это насильственное разрушение той Югославии, что возникла из государственности Сербии." И далее: «Проблема в том, что Югославия не распалась и не волшебно исчезла. Это государство разрушалось планомерно, насильственно и путем войны, которая все еще ведется и в ходе которой были совершены военные преступления». И еще: «Международной общественности придется столкнуться с истиной, и проблема ответственности тем тяжелей, что разрушено не только одно государство, а разрушена правовая система Организации Объединенных Наций, разрушена система нравственных начал, на которых покоилась мировая цивилизация».278

В своих выступлениях на гаагском судилище, о незаконности которого будет сказано особо, С. Милошевич с фактами в руках разоблачил клеветнический характер мифа о так называемой «Великой Сербии», вытащенного на свет враждебными СМИ в стремлении обвинить сербов в якобы присущей им агрессивности в отношении хорватов и словенцев, мусульман и македонцев, а сербских руководителей — в том, что они будто бы разработали и осуществляли некую «программу» порабощения этих и других народов. Милошевич показал, что фундамент мифа о «Великой Сербии» и сербской опасности в Юго-Восточной Европе был заложен еще австро-венгерской пропагандой, воспринятой затем германскими и итальянскими фашистами. Под прикрытием этого мифа осуществилась стратегия нейтрализации сербского фактора на Балканах, политика геноцида сербов в ходе Первой и Второй мировых войн и при разрушении Югославии. «Термин „Великая Сербия“ у сербов никогда не появлялся в качестве ответственной программы правительства или какой-либо подобной политической силы», — подчеркивал Милошевич. Все дело в том, заявлял он, что «сербские освободительные устремления были главным препятствием на пути установления австро-венгерского, а потом нацистского и фашистского господства на Балканах».279 Милошевич убедительно и аргументировано доказал, что в наше время разрушение Югославии и попытки окончательно ликвидировать «сербский фактор» продиктованы захватническими интересами западных держав на Балканах и, добавим, — целями использования этого региона в качестве плацдарма для дальнейшего расширения НАТО на Восток.

Информационная война в виде разнузданной антисербской кампании западных СМИ с самого начала стала составной частью политики разрушения Югославии. Активное использование мифа о «Великой Сербии», наряду с бесчисленными примерами гнусного шельмования сербов, как невыносимых в своей жестокости «оккупантов» территорий других государств, а режима С. Милошевича — как самое исчадие ада и «последнего оплота коммунизма» на Балканах, создавали тот фон, который был необходим Западу для поощрения сепаратистских тенденций в многонациональном государстве и для прямого вмешательства во внутренние дела Югославии.

В выступлениях С. Милошевича на гаагском судилище, в богатой мемуарной литературе, исследованиях ученых-международников и славяноведов, в том числе российских, содержатся неопровержимые доказательства того, что развязывание югославского кризиса было преднамеренно спровоцировано политической и дипломатической поддержкой, оказанной западными державами, а также международными организациями, в том числе ООН, провозглашению независимости Словенией и Хорватией в июне 1991 года. При этом указывается на особо пагубную роль ЕС в лице главным образом Германии, а также США и НАТО, задолго до этого вынашивавших планы расчленения Югославии.

Так, Е. Гуськова в фундаментальном труде «История югославского кризиса (1990–2000)» приходит к выводу о том, что официальное признание Германией независимости Словении и Хорватии уже 23 декабря 1991 г. было прямо связано с ее стратегическими целями на Балканах, которые предполагали включение этих новоявленных государств в зону ее экономических интересов для овладения международным перекрестком дорог, обеспечения прямого выхода Германии на Адриатику, к Средиземному морю и Дунаю. 280

Хорошо известно, что именно Германия оказала решающее воздействие на ЕС, побудив эту международную организацию к признанию Словении и Хорватии (15 января 1992 г.), а затем и БиГ (9 апреля 1992 г.). При этом Франция согласилась на признание этих новых государств лишь под угрозой Германии пересмотреть свои обязательства перед ЕС. Признанным фактом является и то, что Германия тесно координировала свои действия на этом направлении с Ватиканом, который еще в середине 1991 г. возглавил процесс признания отделившихся от Югославии республик.

Не менее активно Германия добивалась и международного признания БиГ как мусульманского национального государства. Расчет делался на то, что такая линия обеспечит благосклонное отношение арабских государств к Германии и, в частности, откроет ей более широкий доступ к энергоносителям Ближнего Востока. Интересы Германии в этом отношении тесно переплетались со стратегическим курсом США, направленным на то, чтобы превратить мусульман Боснии в главную силу в борьбе против сербов, за свержение режима Милошевича. Объективно, с точки зрения их империалистических интересов ни США, ни Германия не были, следовательно, заинтересованы в сохранении единства Югославии, а наоборот с самого начала взяли курс на ее развал и расчленение.

Существовало, правда, и видимое разделение функций: США в большей степени ориентировались на использование против сербов мусульман, а Германия — хорватов. При этом и США явно были заинтересованы в использовании поддержки мусульман в Боснии и в целях сохранения мостов сотрудничества с арабами на Ближнем Востоке, мостов, изрядно расшатанных произраильской позицией Вашингтона в вопросах ближневосточного урегулирования и попытками наведения угодного США «порядка» в Ираке.

Практические действия США, Германии и ЕС в югославском кризисе в целом вполне соответствовали стратегическим установкам Вашингтона и Берлина. В Словении, Хорватии и БиГ они выливались в прямую политическую и военную поддержку сепаратистским силам. Они проявлялись также в установлении тесных связей с «пятой колонной» в югославском руководстве в целях блокирования усилий, предпринимавшихся руководством Сербии для недопущения раскола Югославии.

Еще в конце июня 1991 года ЕС потребовало от ЮНА — легитимной армии Югославии, оставаться в казармах и воздерживаться от сопротивления сепаратистским силам. Как заметил в этой связи С. Милошевич, это означало «добровольное превращение армии в узника в собственной стране, что вполне логично создавало возможность для действий паравоенных группировок и сецессии».281

В Словении, пользуясь такой ситуацией, паравоенные формирования, насчитывавшие 36 тысяч нелегально вооруженных бойцов, подняли вооруженный мятеж против государства и учинили преступную расправу над солдатами ЮНА, охранявшими границу с Венгрией и Италией. Преступления словенских паравоенных формирований были документально зафиксированы, и тем не менее 10 июля 1991 г. орган ЕС — Европейский парламент — принял резолюцию, осуждавшую не мятежную сторону, не сепаратистов, а вооруженные силы ЮНА, которые, как известно, по закону находились на всей территории СФРЮ. Фактом было то, что ЮНА изгоняли из городов и баз, где эта армия размещалась в течение 50 лет, а отнюдь не пришла на эти базы из Сербии, как пытались представить дело антисербские СМИ. 282

В Хорватии, как и в Словении, также происходило именно насильственное отделение республики от единого государства СФРЮ. Преступления над сербами в Хорватии начались еще до провозглашения отделения, причем теми же методами и в тех же областях, где происходил геноцид сербского народа в 1941 году, учиненный формированиями усташей в созданном немецкими оккупантами «Независимом государстве Хорватия».

Известно, что уже в 80-х годах в Хорватии оперировали вооруженные группировки хорватских паравоенных формирований, так называемые «Добровольные организации народной защиты», получавшие оружие из Германии. Немцы вооружали Хорватию вплоть до 1994 г., готовя ее для нападения на БиГ и Сербскую Крайну, о чем пойдет речь ниже. В Хорватию были поставлены даже самолеты «МИГ», которые «по наследству» Германия получила от уничтоженной ГДР. 283

После принятия Белградом 18 июля 1991 г. решения об отходе ЮНА из Словении и Хорватии вооруженные действия паравоенных группировок Хорватии переросли во фронтальную войну. С 20 июля по 9 августа 1991 г. было совершено 75 нападений на подразделения ЮНА, 23 — на казармы, 13 — на авиацию — с применением самого современного оружия из арсеналов НАТО. Началась массовая ликвидация сербов. 284

«С приходом к власти в Хорватии националистов, — говорил С. Милошевич в выступлении в Гааге, — в один прекрасный день была принята новая Конституция вопреки воле равноправного сербского народа, и сербы моментально стали гражданами второго сорта. Отделение Хорватии стало открытой целью. Сразу же, впервые после Второй мировой войны началось насилие над сербами, которые именно в Хорватии во время войны были жертвами геноцида со стороны марионеточного националистического «Независимого государства Хорватии». А территории, на которых они жили, были их родными местами на протяжении веков." 285 Только с июля 1991 г. по август 1992 г. в Хорватии были этнически вычищены 193 села с сербским населением, о чем ЕС были представлены достоверные документы. 286

Хорватское руководство во главе с Ф. Туджманом с не меньшим рвением готовилось и к войне против мусульман БиГ. О взглядах этого деятеля вполне можно судить по его разговору с Государственным секретарем США Мадлен Олбрайт в 1996 году, о чем она сообщает в своих мемуарах. В «длинном шовинистическом монологе об истории Балкан» Туджман говорил своей собеседнице о «необходимости для католической Хорватии сломать „зеленый полумесяц“ мусульман, который простирается с Балкан на Ближний Восток», и «православный крест сербов, затеняющий весь этот регион». «В соответствии с традиционными европейскими ценностями, — сказал он М. Олбрайт, — вы должны помочь мне создать этнически чистое «западное государство».287

В БиГ, как в Хорватии и Словении, инициаторами и организаторами гражданской войны были не менее отъявленные националисты. Идеологическим фундаментом их действий стала опубликованная еще в 1970 году «Исламская декларация» А. Изетбеговича, в которой подчеркивалось, что «не может быть ни мира, ни сосуществования между исламским и неисламским вероисповеданием». «За суверенную Боснию и Герцеговину я готов пожертвовать миром», — заявил Изетбегович 21 декабря 1991 г. на заседании парламента БиГ. 288

На принципах «Исламской декларации» были проведены референдум о независимости БиГ (без участия сербов) и всеобщая мобилизация, что и привело к началу гражданской войны. Авантюрный курс Изетбеговича был поддержан Организацией Исламской Конференции (ОИК), которая на своем саммите, состоявшемся еще 9—12 декабря 1991 г. приветствовала «братьев по вере» и их борьбу за «целостность первого исламского государства в Европе». В БиГ потекла обильная финансовая помощь из Саудовской Аравии, Ирана и других исл амских стран. Оттуда прибыли и многочисленные моджахеды. По тайным каналам поступало оружие из США, многих европейских и азиатских государств. 289

Вскоре после объявления независимости Хорватии и БиГ их лидеры Туджман и Изетбегович подписали в столице Хорватии г. Загребе договор, который предусматривал, что вооруженные силы боснийских хорватов будут являться частью единых вооруженных сил БиГ. За этим последовало изгнание сербов из областей, находившихся под контролем мусульманских сил. Десятки тысяч сербов были изгнаны из г. Мостар, 2,5 тыс. из г. Горажде и т. д. Наподобие того, как было в Хорватии, в БиГ были направлены якобы отставные американские офицеры, как инструкторы хорватско-мусульманской армии. 290

Приведенные факты не оставляют сомнения в том, что отделение от Югославии ее республик: Словении, Хорватии и БиГ произошло насильственным путем при активном вмешательстве в этот процесс внешних сил в лице, как отмечал Милошевич, «объединенных сецессионистов Германии и Ватикана, а потом и прочих стран Европейского сообщества и США».291 Ни в Словении, ни в Хорватии, ни в Боснии, подчеркивал Милошевич, сербы не начинали войну, а являлись лишь объектом неспровоцированных вооруженных нападений и открытого насилия. Что касается собственно Сербии, то она не находилась в состоянии войны ни со Словенией, ни с Хорватией, ни с БиГ и никогда не воевала с ними. К тому же СРЮ, т. е. Сербия и Черногория, была единственной страной на пространстве СФРЮ, в которой за все годы югославского кризиса не было национальной дискриминации. СРЮ полностью сохранила ту этническую структуру, которую она имела и до кризиса.

В соответствии с Конституцией 1974 г. Югославия определялась как федерация, образованная на основе свободного волеизъявления пяти югославских народов: сербов, хорватов, словенцев, македонцев и черногорцев и их права на самоопределение, предполагавшего и возможность отделения. Позднее и мусульмане были определены как особый народ и на гербе СФРЮ был добавлен шестой факел. При этом всякое изменение статуса любого югославского народа могло быть осуществлено лишь при согласии всех народов, входивших в состав Югославии.

В этом контексте совершенно ясно, что насильственное отделение Словении, Хорватии и БиГ от Югославии носило антиконституционный характер. Оно было также несовместимо с принципом нерушимости границ в Европе, зафиксированном в Заключительном акте Хельсинского совещания 1975 г., и подтвержденном в Парижской хартии 1990 г. Заключительный акт Хельсинкского совещания, как известно, предусматривал, что границы в Европе могут изменяться лишь «в соответствии с международным правом, мирным путем и по договоренности». Понятно, что в случае с Югославией это положение Заключительного акта было грубо нарушено, что усугублялось еще и бесцеремонным вмешательством западных держав во внутренние дела СФРЮ.

Из анализа выступлений Милошевича в Гааге следует, что руководство Сербии делало все от него зависящее, чтобы, не прибегая к силе, предотвратить распад и разрушение страны, сохранить ее целостность и единство. Однако сепаратисты ответили на это разжиганием национальной вражды и ненависти, геноцидом сербского народа. И то, что западные державы, прежде всего Германия и США, весьма энергично способствовали этому, мало у кого вызывает сомнение. Милошевич приводит на этот счет весьма характерную оценку одного из исследователей югославского кризиса, немецкого писателя Ергена Элзецера: «Тип всех войн, которые произошли в бывшей СФРЮ, был одинаков. Главным поджигателем войн в Югославии была Германия, а американцы гасили этот пожар бензином».292

Антиюгославская позиция западных держав оказывала крайне негативное влияние на работу Конференции Европейского Сообщества по Югославии, учрежденную по решению ЕС 27 августа 1991 г. Эта конференция, переименованная в августе 1992 г. в Международную конференцию по бывшей Югославии (МКБЮ), ставила своей целью мирное урегулирование югославского кризиса, развитие которого все более угрожало международному миру и безопасности.

В рамках МКБЮ объединялись соответствующие усилия ООН, ЕС и других международных организаций, таких как Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе (СБСЕ) — позднее Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) и Организация Исламская Конференция (ОИК). МКБЮ, штаб-квартирой которой стало Отделение ООН в Женеве, должна была функционировать до достижения окончательного урегулирования проблем бывшей Югославии. Ее постоянными сопредседателями назначались Генеральный секретарь ООН и глава государства (правительства) страны, председательствовавшей в ЕС.

Оперативной деятельностью МКБЮ руководил Координационный (руководящий) комитет, сопредседателями которого являлись представители Генерального Секретаря ООН и страны-председателя в ЕС. В состав комитета входили также представители «тройки» ЕС, «тройки» СБСЕ, пяти государств — постоянных членов Совета Безопасности ООН, представитель ОИК и два представителя от соседних государств.

Характерно, что сопредседатель Координационного комитета МКБЮ от ЕС лорд Каррингтон, бывший министр иностранных дел Великобритании и Генеральный секретарь НАТО обусловил свое пребывание в новой должности тем, что «не будет международного признания какой-либо из шести югославских республик до тех пор, пока они не заключат общий договор о своих разногласиях».293

Знаменательно также, что примерно на таких позициях стоял и Генеральный Секретарь ООН Х. Перес де Куэльяр. Во всяком случае одним из его последних шагов на этом посту (1 января 1992 г. его сменил египтянин Бутрос Гали) было направление правительству Германии «составленного в весьма сильных выражениях» послания с просьбой ни в коем случае не признавать суверенитет Хорватии. Перес де Куэльяр «отлично понимал, — пишет в своей книге «Непокоренная Организация Объединенных Наций Б. Гали, — что если международное сообщество признает независимость Хорватии, то другие входящие в состав Югославии республики последуют ее примеру и тогда начнется ожесточенная борьба за дележ территорий».294

Новый Генеральный секретарь ООН, судя по всему, разделял эти опасения, однако уже на пятнадцатый день его пребывания в этой должности ЕС под жестким и непрекращавшимся давлением Германии признало 15 января 1992 г. независимость Словении и Хорватии. К тому же 2 января 1992 г., т. е. на второй день пребывания Б. Гали на посту Генерального секретаря ООН, сопредседатель Координационного комитета МКБЮ от Генерального секретаря ООН Сайрус Вэнс, бывший Государственный секретарь США, «настоятельно» просил Б. Гали направить группу военных наблюдателей ООН в Хорватию, где ему удалось добиться согласия Хорватии и ЮНА на очередное прекращение огня.

Надо сказать, что Б. Гали с самого начала обуревали сомнения об эффективности намечавшейся первой операции ООН в Югославии: ООН была весьма стеснена в финансовых средствах, и пока что ни одна страна не заявила о готовности взять на себя соответствующие расходы. К тому же Б. Гали находился под сильным впечатлением от заявления своего заместителя М. Гулдинга о том, что «голубые каски» «скорее всего будут возвращаться из Югославии в черных мешках, предназначенных для транспортировки трупов». Сам же Б. Гали опасался, что в Югославии могут повториться трагические события в Конго в 1960—1961 гг., приведшие к гибели Генерального секретаря ООН Д. Хаммаршельда. 295

К моменту вступления Б. Гали в должность Генерального секретаря ООН сторонами в конфликте в Югославии было подписано четырнадцать соглашений о прекращении огня, но ни одно из них не соблюдалось. Призывы руководства СФРЮ оказать Югославии помощь перед лицом действий сепаратистов наталкивались на глухую стену молчания. В Москве М. Горбачев и его сторонники тщательно избегали принятия на себя каких-либо конкретных обязательств в этой связи. Из заявлений МИД СССР от 26 и 29 июня 1991 г., а также из телеграммы Горбачева председателю Президиума СФРЮ С. Месичу от 5 июля 1991 г. следовало, что Москва фактически ограничивалась благими пожеланиями Белграду договориться «о мирных демократических способах разрешения кризисной ситуации» и сохранить единство и территориальную целостность государства. Односторонние действия Словении и Хорватии даже не осуждались, а лишь рассматривались «как не способствующие решению спорных проблем Югославии».296

Все это происходило на фоне безудержного стремления Горбачева ублажить США и ЕС сладкоречивыми перепевами о наступившей новой эре в развитии международных отношений. «Новой Европе вместе с Соединенными Штатами и Канадой, — говорил он 8 июля 1991 г., — предстоит великая роль в созидании народами и государствами всего мира беспрецедентного мирового порядка, основ цивилизации будущего».297 Применительно к Югославии, как вскоре выяснилось, эти концептуальные установки, по сути, означали отказ горбачевского руководства от самостоятельной линии в югославском кризисе, принятие им политического курса и действий США и ЕС в этом кризисе в качестве главных ориентиров для собственной политики в отношении Югославии и в целом на Балканах.

Не случайно, что уже 30 июля 1991 г. появилось на свет совместное Советско-американское заявление по Югославии, в котором не давалось никакой квалификации действиям сепаратистов Словении и Хорватии, а лишь осуждалось «применение силы в целях разрешения политических разногласий» и подчеркивалась необходимость «уважения всеми сторонами» фундаментальных принципов, зафиксированных в Хельсинском Заключительном акте 1975 г. и в Парижской хартии для Новой Европы 1990 г. В совместном заявлении СССР, США и ЕС от 18 октября 1991 г. уже вообще ни слова не говорилось о необходимости сохранения территориальной целостности Югославии, как впрочем, и в последнем официальном заявлении от имени МИД СССР (от 8 ноября 1991 г.) по югославскому вопросу. 298

Отдав югославскую политику на откуп США и ЕС, горбачевское руководство ответило отказом на обращенную к нему еще в начале июля 1991 г. официальную просьбу о поставке СФРЮ вооружения, так необходимого в тот момент югославской армии. 299 Более того, Советский Союз, хотя формально и не присоединился к эмбарго на поставку вооружений и боевой техники Югославии, произвольно наложенного на нее США, Германией и рядом других стран, но счел необходимым уведомить председательствовавшего в органах ЕС о том, что он «практически прекратил спецпоставки» в Югославию. Уведомление было сделано Заявлением МИД СССР от 19 сентября 1991 г. 300

25 сентября 1991 г. Совет Безопасности ООН с подачи США и при соавторстве СССР принял резолюцию 713, которая постановляла, что для целей установления мира и стабильности в Югославии все государства должны немедленно ввести «всеобщее и полное эмбарго на все поставки оружия и военного снаряжения» в эту страну до принятия Советом иного решения. Именно с этой акции Совета Безопасности началось активное вовлечение ООН в югославский кризис и, как видим, в конкретных условиях того политического момента ООН сразу же противопоставила себя официальному Белграду.

Наряду с этим резолюция 713 Совета Безопасности ООН содержала призыв ко всем сторонам строго соблюдать соглашения о прекращении огня и урегулировать свои конфликты мирным путем в рамках Конференции ЕС по Югославии. Совет предложил также Генеральному секретарю ООН незамедлительно подключиться к усилиям по разрешению югославского кризиса.

27 ноября 1991 г. в резолюции 721 Совет Безопасности ООН заявил о готовности рассмотреть и предпринять немедленные действия в соответствии с любыми рекомендациями, представленными Генеральным секретарем ООН, включая возможное учреждение операции ООН по поддержанию мира в Югославии.

15 декабря 1991 г. Совет Безопасности ООН принял резолюцию 724, в которой согласился с оценкой Генерального секретаря ООН (тогда еще Переса де Куэльяра) относительно того, что из-за отсутствия гарантий обеспечения соблюдения прекращения огня условия для учреждения операции ООН по поддержанию мира в Югославии еще не созданы. Вместе с тем Совет поддержал предложение Генерального секретаря ООН о направлении в Югославию небольшой группы сотрудников Секретариата ООН и военно-полицейского персонала для подготовки развертывания

такой операции. 19 декабря эта передовая группа ООН прибыла в Белград.

2 января 1992 г. в результате усилий сторон при посредничестве С. Вэн- са в Сараево было подписано так называемое Реализационное соглашение о безусловном прекращении огня между Хорватией и ЮНА, что дало основание американскому дипломату, как отмечалось выше, в настоятельной форме поставить перед новым Генеральным секретарем ООН Б. Гали вопрос о необходимости срочного учреждения операции ООН по поддержанию мира в Югославии. Заинтересованность США в проведении такой операции явно вытекала из стремления Вашингтона эффективно предотвратить всякую возможность противодействия руководства Югославии сепаратистским силам с целью восстановления единства страны.

8 января 1992 г. Совет Безопасности ООН приветствовал заключение Реализационного соглашения и одобрил незамедлительное направление в Югославию группы военных офицеров связи для содействия поддержанию прекращения огня (резолюция 727). Группа из 50 офицеров прикомандировывалась к генштабам ЮНА и Хорватской народной гвардии и к их полевым штабам и ей предписывалось действовать в координации с направленными ранее в Югославию наблюдателями ЕС.

15 февраля 1992 г. Б. Гали, несмотря на возражения «некоторых политических групп Югославии», рекомендовал Совету Безопасности ООН учредить Силы ООН по охране (СООНО), исходя из того, что возможный провал этой операции из-за явного отсутствия сотрудничества между сторонами все же не имел бы таких тяжелых последствий, как срыв перемирия и новый виток обострения ситуации из-за дальнейшего откладывания принятия Советом Безопасности ООН решения о проведении значимой операции ООН по поддержанию мира в Югославии. 301

21 февраля 1992 г. Совет Безопасности ООН в принципе одобрил рекомендации Генерального секретаря (резолюция 743) и своей резолюцией 749 от 7 апреля 1992 г. дал указание о полном развертывании СООНО на местах. О готовности передать под эгиду ООН свои воинские контингента сразу же заявили Великобритания, Франция, Канада, Дания, Бразилия, Швеция, Польша, Чехословакия, Австралия — всего свыше 30 государств. Численность СООНО была первоначально определена в 14 тыс. человек с расходами на операцию в 640 млн долларов в год.

Персонал вооруженных сил и полиция предоставлялись государствами-членами ООН на добровольной основе, хотя, конечно, направляющая и координирующая роль в этом принадлежала США и их союзникам. От участников операции требовалось быть абсолютно беспристрастными в отношении сторон в конфликте. Военный персонал получил постоянные инструкции применять силу на минимально необходимом уровне и, как правило, лишь в целях самообороны. Имелось в виду, что Силы ООН по охране, действуя на временной основе, должны были создать условия мира и безопасности, необходимые для всеобщего урегулирования югославского кризиса в рамках Конференции ЕС по Югославии.

Воинские подразделения Сил ООН по охране были размещены в тех трех районах Хорватии, где сербы составляли значительную часть населения и где этнические конфликты уже привели к вооруженным столкновениям: в Восточной и Западной Славонии и в Книнской (Сербской) Крайне. Районы, где размещались войска ООН и наблюдатели, обозначались как «находящиеся под охраной ООН». СООНО обеспечивали демилитаризацию этих районов и осуществляли контроль за выводом частей ЮНА из Хорватии.


Warning: include() [function.include]: URL file-access is disabled in the server configuration in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

Warning: include(http://www.barichev.ru/photo/index.php?id=) [function.include]: failed to open stream: no suitable wrapper could be found in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

Warning: include() [function.include]: Failed opening 'http://www.barichev.ru/photo/index.php?id=' for inclusion (include_path='.:/usr/local/share/pear') in /www/barichev/www/htdocs/book/index.php on line 81

к оглавлению


При использовании материалов ссылка на сайт http://www.barichev.ru обязательна

 

Об авторе | О проекте | Документы ЦК | Публикации | Выступления | Книги | Письма | Ссылки| Архив